Enahma [<a href="/cdn-cgi/l/email-protection" class="__cf_email__" data-cfemail="680d0609000509281109000707460b07461d03">[email&#160;protected]</a>] - Счастливые дни в аду

Снейп с любопытством уставился на мальчика. Сколько ему лет? Тридцать? Сорок? Невероятно, что ему только 15. Он покачал головой.

– Перестаньте, Поттер, пожалуйста, – наконец сумел он открыть рот. – Я решил рассказать Вам и хочу Вам сказать. С другой стороны, я расскажу потому, что тоже доверяю Вам. Понимаете?

Гарри посмотрел в глаза Снейпу.

– Спасибо, сэр, – сказал он и слегка покраснел.

Взаимные признания успокоили их, и Гарри непроизвольно придвинулся ближе к теплу тела Снейпа. Он почувствовал, что дрожь утихла, и мускулы приняли этот незначительный факт с огромным облегчением.

Снейп прислонился к стене, но не отодвинулся, его взгляд был рассеянным.

– Мне было 18, когда я присоединился к Волдеморту, сразу после окончания Хогвартса. Я сделал это свободно и охотно, никто не принуждал меня и не уговаривал. Ни один из моих родителей; хотя они были последователями Волдеморта с самого начала, и восхитились моей идеей. Так что у меня нет никаких оправданий. Я полностью ответственен за свое решение. – Снейп на мгновение замолчал, потом глубоко вздохнул и продолжил: – Я сделал первый шаг к этому, когда мне было 11, и меня распределяли. Сортировочная Шляпа спросила меня, хочу ли я в Рейвенкло, где учились многие члены моей семьи, но я настаивал, чтобы стать слизеринцем, так что я попал туда. Мои родители были счастливы, когда я пересказал им свой разговор со Шляпой, а я был горд. Это была первая проигранная битва.

– Сэр, действительно так важно, к какому факультету ты принадлежишь? – спросил Гарри после короткой паузы.

Снейп бросил на него удивленный взгляд.

– Хороший вопрос. У нас было множество споров по этому вопросу с Альб… э… с директором Дамблдором, и он всегда настаивал, что это не настолько важно, как мне кажется.

– Наша теперешняя ситуация – доказательство его утверждения, не так ли? – улыбнулся Гарри.

– Почему? – Снейп был смущен.

– Я – гриффиндорец, Вы – слизеринец, и, тем не менее, нас ждет одинаковая судьба, правда?

– Поттер, причины, которые привели нас сюда, совершенно различны! – раздраженно ответил Снейп. Гарри усмехнулся.

– Хорошо… у меня нет НИКАКИХ причин быть здесь, это был просто несчастный случай, что они меня поймали, я никогда специально не делал ничего для того, чтобы попасть сюда. Но Вы, профессор, Вы решили разделить мою судьбу. Это очень по-гриффиндорски, не так ли?

– Поттер, – тон Снейпа был удивленным и немного грустным. – Я – не гриффиндорец. Я – слизеринец. Я здесь, скорее, из-за клятвы, а не из-за своего храброго сердца. Перестаньте думать обо мне лучше, чем я есть на самом деле.

– Я не думаю, что тот инцидент с оборотнем и помощь моего отца – достаточные причины, чтобы меня защищать. Мой отец в той ситуации, скорее, пытался спасти Сириуса и профессора Люпина, чем Вас. Так что, по-моему, у Вас нет никакого долга жизни по отношению ко мне. И, тем не менее, Вы спасли мне жизнь, и сейчас Вы рядом со мной.

Снейп покачал головой.

– Стоп. Вы торопитесь с выводами. Во-первых, Ваш отец спас мне жизнь, и даже если также он спасал и жизни своих друзей, это не важно. Долг жизни есть долг жизни, независимо от мотивов спасителя. Во-вторых, Вы должны знать, что я пытался спасти Вас не из-за Вашего отца. Я оплатил тот долг уже давно. У меня была другая причина: как я уже Вам говорил, я дал клятву.

– Кому?

– Вашей матери.

Мальчик поднял голову и посмотрел на профессора. Их лица были теперь очень близко, и Гарри отчетливо мог видеть выражение лица Снейпа.

– Вы знали мою маму? – недоверчиво спросил он.

– Не совсем. Я знал ее в школе, но никогда не разговаривал с ней. Знаете, в моих глазах она была только грязнокровкой… в конце концов, грязнокровной ведьмой… И я…

– Я понимаю, – Гарри почувствовал, как сильная боль сжала больную грудь. Грязнокровка! Снейп сказал: грязнокровная ведьма! Он много раз потряс головой, чтобы стряхнуть это жестоко ранящее чувство, но не смог. Это было так больно!

– Поттер, – Снейп слегка коснулся его руки. – Я сказал Вам, что не был хорошим парнем. Никогда не был. Но когда я сейчас сказал «грязнокровка», я хотел показать, как думал тогда. Не сейчас. Действительно.

Гарри не смог сказать ни слова, только кивнул. Слезы пытались брызнуть из глаз, но он стиснул зубы и попытался загнать их назад.

– Поттер, я не хотел причинить Вам боль, извините, – словно издалека услышал он извиняющийся голос Снейпа. Ему было нужно некоторое время, чтобы восстановить самообладание.

– Пожалуйста, сэр, продолжайте, – сказал он, когда опять смог думать.

Снейп кивнул, с беспокойством глядя на Гарри.

– Ваша мать заставила меня дать эту клятву.

– Когда?

– Когда я пришел в их дом, чтобы предупредить о планах Волдеморта против них. В августе, если я правильно помню. Потом они решили использовать чары Фиделиус.

– А как она могла заставить Вас? Трудно поверить. Вы гораздо сильнее, и как … Пожиратель Смерти Вы должны были быть хорошим дуэлянтом.

– Э… – Снейп слабо улыбнулся, – Вы правы. Но я не подозревал. Я нашел ее дома одну. Я сообщил ей новости и, когда повернулся, чтобы уйти, почувствовал, что ее палочка уткнулась мне в шею.

– Она напала на Вас!? – Гарри, не сдержавшись, выкрикнул последнее слово.

– Ну…да. Потом она заставила меня поклясться защищать Вас, если они погибнут.

– Но… почему она хотела, чтобы это были Вы, а не кто-нибудь другой? – с любопытством спросил Гарри.

– Я не знаю. Возможно, из-за моей роли шпиона… она подумала, что я смогу защитить Вас более эффективно, чем кто-либо другой. Она не могла знать, что Волдеморт исчезнет сразу после ее смерти…

Гарри кивнул, удивляясь.

– Да… конечно. Но это так… странно.

– Для меня тоже. Но пока Вы не поступили в Хогвартс, у меня не было возможностей исполнять свою клятву. Альбус сказал, что Вы в безопасности у родственников. Но потом…

– Это постоянная клятва? – снова перебил его Гарри.

– Что Вы подразумеваете под «постоянной»? – в ответ спросил Снейп.

– Вы должны защищать меня до своей или моей смерти? – Снейп неохотно кивнул. – Ох, это так… занятно, – пробормотал Гарри. – Вы были моим клятвенным защитником все эти годы…

Снейп неловко шевельнулся.

– Э… да.

Гарри, казалось, не заметил его дискомфорта.

– Это не могло быть нелегко, – размышлял он. – Вы… не любили меня, и в то же время были вынуждены охранять…

– Это действительно было нелегко, – усмехаясь, подтвердил Снейп.

– Я никогда не догадывался об этом, – сказал Гарри, думая об уроках зельеварения. Конечно, ожидалось, что защитник будет действовать в более дружеской, более того, покровительственной манере….