Моррис Вест - Виселица на песке

— Я больна?

— Очень. Вы наступили на каменную рыбу. Ваше счастье, что остались в живых.

К ней медленно возвращалась память. Она попыталась приподняться, я не позволил:

— Лежите спокойно. У вас много времени. Не волнуйтесь — все будет в порядке.

Капризно, как ребенок, она протянула:

— Что это за палатка? Где я?

— На моем острове. Палатка моя.

— Вы меня перенесли?

— В палатку — да. На остров — нет, вы уже были здесь. За вами нужно было присмотреть, мы и положили вас сюда.

— Кто это мы?

— Джони Акимото и я. Он мой друг.

— А…

Неожиданно она поникла, закрыла глаза, и я подумал, что она заснула. Но через секунду она посмотрела на меня.

— Пожалуйста… дайте воды. Очень хочу пить.

Я приподнял ее голову, поднес к губам стакан. Она жадно выпила, на последнем глотке поперхнулась. Серьезно, как школьница, поблагодарила меня.

— Хорошо. Большое спасибо!

Я отвернулся, чтобы поставить стакан, когда снова посмотрел на нее, она спала.

Я вымотался, но не пал духом. Казалось, мы боролись вместе и победили. Упав на кровать, я мгновенно заснул.

Джони Акимото принес завтрак — только что пойманную и изжаренную на углях форель, густо намазанный маслом хлеб и чай, сдобренный сгущенным молоком. Когда он увидел, что девушка проснулась, на ее усталом лице — встревоженная, удивленная улыбка, он радостно рассмеялся. Я представил их друг другу.

— Пэт Митчел, это мой хороший приятель — Джони Акимото. Джони, это Пэт.

— Наверное, я должна вас поблагодарить. Я… я почти ничего не помню.

— Ну и испугали вы нас, мисс Пэт, — сказал Джони. — Я думал, вам конец. Заглянул и увидел, что вы спите. Тогда я решил, что, может быть, вам понравится на завтрак свежая рыба.

Он поставил миску у кровати и с тревогой наблюдал, как она привстала на одном локте и стала отщипывать кусочки.

— Нравится, мисс Пэт? Это была здоровенная форель, около двух килограммов.

Ее глаза блеснули, она улыбнулась и тихо ответила:

— Очень вкусно. Спасибо, Джони!

Мы позавтракали и немного поболтали. Рыба действительно оказалась очень вкусной. Через серое полотно палатки просвечивало солнце. Я увидел, как на лице Пэт появился румянец. Она сделала несколько глотков горячего чая, подняла голову и посмотрела на меня. Ее волновал один вопрос:

— Это была каменная рыба?

— Совершенно верно. Разве вы забыли?

— Почти ничего не помню. Я гуляла по рифу…

— Очень глупо гулять босиком.

Она моментально вспыхнула.

— За кого вы меня принимаете? Я была в сандалиях. В один попал камешек. Я сняла его, поскользнулась, упала в лужу. И, наверное, наступила на каменную рыбу.

Ее гнев вызвал у нас улыбку. Она покраснела и стала рассказывать дальше.

— Не помню, как добралась домой. Ужасная боль. Как будто парализовало все тело. Несколько раз я падала и боялась, что меня застигнет прибой. После этого… пустота. Сколько я была без сознания?

— Не знаем. Мы приехали только вчера вечером.

Неожиданно ей пришла в голову мысль. Она осторожно вытянулась, посмотрела на больную ногу.

— Это вы меня перевязали?

— Джони вскрыл нарыв. Придется вам некоторое время полежать.

— Нет… — И опять осторожная подготовка к вопросу. — На мне совсем другая одежда.

Я отвернулся, стал искать сигареты, вместо меня с еле заметной улыбкой ответил Джони Акимото.

— Вам было очень плохо, мисс Пэт. Ренбоссу пришлось сменить ее и вымыть вас.

Она покраснела как мак, гордо вздернула подбородок.

— Вы очень добры. Большое спасибо за заботу!

— Еще чайку, мисс Пэт? — с вежливостью джентльмена спросил Джони.

— Спасибо, Джони. У меня пересохло во рту.

Акимото взял кружку, отошел к костру. Она повернулась ко мне.

— Вы сказали, что это ваш остров.

— Совершенно верно.

— Извините, не знала. Я не хотела злоупотреблять вашим гостеприимством.

— Ничего страшного, — я нескладно запнулся. — Когда вы поправитесь, Джони отвезет вас на берег.

— Нет необходимости, у меня есть лодка. Не хочу доставлять вам неудобства.

Наступила неловкая пауза. Из-за своей вежливости я мог попасть в положение, которого тщательно избегал. Девушка была больна. Она разговаривала с таким смущением и достоинством, что я растерялся. Тем не менее факт оставался фактом — я хотел, чтобы она поскорее уехала.

В это время вернулся Джони и сделал предложение, которое дало мне передышку.

— Вы были больны, мисс Пэт. Вы и сейчас больны, хотя лихорадка прошла. Вы должны как можно больше отдыхать. Если хотите, мы перенесем вас на пляж. Сделаем навес от солнца, и вы сможете наблюдать за нашей работой.

Она обрадовалась.

— Отлично! Я могла бы отдохнуть, сделать несколько записей и посмотреть на вас. А что вы делаете?

— Ренбосс хочет научиться плавать с аквалангом. Я его учитель.

Она громко, радостно рассмеялась.

— Это не работа, а забава.

— Джони очень строгий наставник, и забава превращается в тяжелую ношу. Посмотрите и убедитесь.

Ее ни на минуту не усыпили мои авантюрные сказки. Она бросила на меня долгий пристальный взгляд и тихо сказала:

— Это ваш остров, мистер Ландигзи? Вы можете делать все, что хотите. Обещаю не совать свой нос в чужие дела и уехать как только почувствую себя лучше.

Джони Акимото закашлялся, пробормотал что-то о косточке в горле и выбежал из палатки. Патриция Митчел улыбнулась и устроилась поудобнее.

— Ренни Ландигэн? Ходячая легенда. Никогда не думала, что встречу вас.

— Черт возьми, о чем это вы?

— Естественно, вы не знаете. Вас уволили, правда? Нашли пьяным под окнами у декана в девять часов утра.

Я задохнулся. С ее лица сползла улыбка, она положила холодную маленькую ладошку на мою руку.

— Нехорошо смеяться после того, что вы для меня сделали.

Я тоже из Сиднея, читаю естествознание в университете. Мир тесен.

— Тесен, даже чересчур, если твое прошлое преследует тебя на острове посреди огромного океана, — во мне закипел гнев и выплеснулся наружу потоком грубости. — Итак, вы меня знаете, но я не хочу вас знать. Вы мне мешаете! Ваше счастье, что вы больны и я ничего не могу поделать. Пока вы здесь, мы будем заботиться о вас, кормить, ухаживать, доставлять как можно больше удобств. Но как только вы начнете ходить, вы сразу уедете. Если вы не можете справиться с лодкой, Джони доставит вас на берег. До тех пор прошу вас не вспоминать прошлое: его нет, оно умерло. Не спрашивайте о друзьях, у меня их нет. Оставьте меня в покое! Забудьте о нашей встрече, когда вернетесь домой.