Олег Бондарь - Проклятое место

— Ну, и?..

— А вот это уж — дудки! Я свой дом не для нее строил! Это — моя земля! Отсюда меня могут убрать только ногами вперед! Тебя это, конечно же, ни в коей мере не касается. И я очень прошу тебя — уехать. Возможно, это нужно сделать прямо сейчас…

— Влад, мы эту тему уже проехали. Так что не выпендривайся, а колись до конца.

— Ну и жаргончик…

— Мне кажется, тебе такой более понятен.

Наслушался анекдотов о «новых»? Ну да, ладно… Только сначала расскажи, что происходило с тобой?

Я не возражал.

Глава девятнадцатая

Несмотря на переполнявшие меня эмоции, рассказ получился коротким и сжатым.

Начал я с первой встречи с Поликарпом Степанычем, поведал о своей экскурсии по бывшему графскому имению, о найденном на пепелище черепе и последовавших вслед за этим кошмарах. Рассказал о необычном происшествии во время пикника, о том, как оказался на заброшенном сельском кладбище, об очередной встрече со старухой, разговор с которой прервал внезапно появившийся Поликарп Степаныч, и закончил тем, как наткнулся на его могилу…

Влад слушал молча и очень внимательно.

— Хороший сюжет для мистического романа, — изрек он, когда я закончил. — Беда лишь в том, что кроме меня никто в такой бред не поверит. А вообще, с тобой за эти дни произошло таинственного гораздо больше, чем со мной за все прожитые здесь годы…

— Но что-то же происходило?

Не без этого. Первый раз старуха пожаловала ко мне, лишь только я заключил договор с сельсоветом на право владения землей. Она ничего не говорила, являлась в кошмарах, размахивала руками, как привидения в мультиках, отрывала себе голову и угрожала мне ею. Тогда я всерьез этого не воспринимал, как и ты поначалу, считал, что слегка переутомился на работе. Потом, когда уже начал строиться, старуха являлась почти каждую ночь. Теперь уже со словами: проклинала меня, велела убираться… В общем, несла тот же бред, что и сегодня, лишь с тем отличием, что не называла конкретных дат. Должен заметить, что постоянные ночные кошмары таки выбили меня из колеи и, вполне возможно, я бы послушался и подыскал себе другое место для дома, если бы уже в этот не угрохал столько бабок. Я посоветовался с врачом, он убедил, что у меня слегка расшаталась нервная система, и посоветовал пару месяцев отдохнуть где-нибудь подальше. Я выбрал Кипр. Прекрасно провел время, ужастики по ночам не мучили, и я успокоился. Когда вернулся, дом уже был готов. Поначалу я жил в нем только летом, приезжал на выходные, и все было спокойно… До сегодняшней ночи…

— Влад, старик говорил о подземелье под замком. Тебе о нем что-нибудь известно?

— Конкретно — ничего. Но… — он закурил сигарету, и я последовал его примеру. — Когда рыли котлован под фундамент, рабочие наткнулись на старинную каменную кладку. Один камень вывернуло ковшом экскаватора, и под ним была пустота. Естественно, мною овладело любопытство, хотелось исследовать странное помещение. Я раздобыл фонарь, обвязался на всякий случай веревкой (снаружи меня страховали рабочие) и уже готов был залезть в черную дыру, когда внезапно отказался от этой затеи. Сам не знаю, почему Меня туда словно бы что-то не пустило. Не в прямом смысле, а на неком подсознательном уровне. Я приказал рабочим положить камень на место и прочно его замуровать. Конечно, полностью обойти древнюю стену не удалось, и сейчас она является одной из стен моего подвала. Не знаю, поверишь ли ты мне, но с тех пор у меня ни разу не возникало желания разобрать ее и посмотреть, что за ней скрывается…

— Теперь, наверное, придется.

— Наверное, — согласился Влад, но в его голосе напрочь отсутствовал энтузиазм.

Глава двадцатая

За все время пребывания в замке я так толком с ним и не ознакомился. Владу было некогда, чтобы просветить меня, а сам я не очень интересовался архитектурными фантазиями. Поэтому я очень удивился, когда узнал, что, кроме двух, уже известных в общих чертах мне этажей существует еще один, не менее обширный, только — подземный.

Конечно, я догадывался о наличии подвала, где должны были храниться запасы продуктов, но в моем представлении он сводился к обыкновенному погребу, где преобладают мрак и сырость.

Увиденное значительно поколебало мои устоявшиеся стереотипы.

Узкой изящной винтовой лестницей из небольшой кладовки, расположенной рядом с кухней, мы спустились метра на четыре вниз и оказались в квадратном тамбуре с одной металлической дверью, закрытой на обыкновенный засов. Влад открыл ее, и мы вошли в большое помещение, тщательно выбеленное, но совершенно пустое.

— Здесь я планирую сделать сауну, да все никак руки не доходят, — на ходу объяснял Влад.

Из недоделанной сауны выходило несколько дверей. Мы направились к ближней, в боковой стене и, наконец-то, оказались в комнате, которая по сути и исполняла роль погреба. Только по сути, ибо температура здесь была не ниже, чем в жилых помещениях, а продукты хранились в огромном, на всю стену холодильнике.

— А если электричество выйдет из строя? — поинтересовался я.

— Это — новейшая холодильная камера, — с гордостью объяснил Влад. — Мне ее доставили из Италии. Она способна работать в автономном режиме до сорока суток. А за такое время что угодно починить можно. Не знаю, что макаронники туда запихнули, может аккумуляторы какие-то, но суть в том, что, если, конечно, верить рекламному проспекту, эта штука — вечная… Ну, что, по пивку и — за дело?!

Он прислонил ружье, с которым теперь не расставался ни на миг, к стене, открыл одну из многочисленных дверец холодильника и достал пластиковую упаковку баночной «Баварии».

— Туфта, конечно, по сравнению, со «Славутичем» или «Оболонью». Но так, для разнообразия, держу…

Вслед за ним я сковырнул с баночки металлический козырек, и густая пена с тихим хлопком плеснула мне на руку.

— Ну что, с Богом!

Влад подошел к противоположной стене и, немного поколебавшись, подцепил монтировкой одну из досок деревянной обшивки. Доска с треском разломалась посредине, и он уже руками вытащил ее наружу. Под доской оказалась идеально ровная, заштукатуренная стена.

— Ты уверен, что не ошибся?

— За кого ты меня принимаешь?

Без особых усилий, еще бы, при его то габаритах, он вывернул еще с пяток досок, после чего взялся за лом. Несколько мощных ударов, и от стены откололся громадный пласт штукатурки, обнажая неровную поверхность каменной кладки.

Не знаю, о чем думал Влад, кроша камни, я же представления не имел, что нам следует делать дальше. Сразиться ведь предстояло ни с чем иным, как с нечистой силой, то есть, вторгнуться в область, человеком совершенно неизученную. Бредовые сочинения авторов мистических триллеров, я в счет не беру, да и их сейчас припомнить не мог.