Леонид Млечин - Мир приключений 1985. Сборник фантастических и приключенческих повестей и рассказов

— Да, но вы, профессор, что-то говорили про Карибское море?

— Некоторые искатели эликсира жизни находили на островах Карибского моря небольшие золотые россыпи, но отказывались от добычи золота, чтобы не отвлекаться от главного — поисков живой воды. И вот ведь что интересно: на таких островах, как Гваделупа, действительно чудесная вода. Это обнаружил еще Колумб. На его кораблях как раз кончились запасы пресной воды, и в этот момент судьба послала им остров с прекрасной водой. Первооткрыватели Америки окрестили его в честь святой девы Гваделупы, покровительницы одного из источников в Испании. Как бы там ни было, жители Гваделупы славятся тем, что долгие годы сохраняют юношеский вид, в чем ты, Виктор, сможешь лично убедиться, когда побываешь на этом острове.

— Насколько я понял, профессор, вместо страшного жаркого полуострова Адена, где средняя продолжительность жизни человека до изобретения кондиционера составляла двадцать шесть лет, мне предстоит лететь на чудесный остров Гваделупа и пить целительную «живую» воду.

— Абсолютно верно, Виктор! Кроме того, на Гваделупе ты встретишься со своим богатым другом, владельцем дорогой яхты, в компании с которым, а также с группой легкомысленных девиц вы отправитесь изучать историю пиратов Карибского моря. Завидую тебе! Такая шикарная морская прогулка!

— Будем плавать под черным флагом, Поль?

— Ну, если быть исторически точным, то пираты под черными флагами не плавали. Флаги у них были разных цветов. И вместо черепа и скрещенных костей на пиратских флагах изображали животных, чудовищ или святых — покровителей кораблей. И лишь в XIX веке авторы романов о пиратах придумали им черные флаги с черепом и костями. Но если твоим друзьям понравится черный флаг, можешь попробовать. Правда, как бы вас местные канонерки не приняли за настоящих современных пиратов и не пустили, на всякий случай, ко дну… Сейчас морских бандитов развелось немало, особенно в Тихом океане. В Карибском море они тоже попадаются.

— А кто мой друг, имеющий роскошную яхту?

— Очень известная личность — твой старый знакомый Жорж. Он уже на Гваделупе. Правда, сменил фамилию и профессию. Теперь это сын парижского миллионера, имеющего крупные вклады в ЮАР. Легкомысленные девицы тебе тоже знакомы, одна из них сейчас приедет, и, по-моему, ты не будешь возражать. Так что перелет через Атлантический океан окажется весьма приятным.

Дверь открылась, и в кабинет вошла Жаклин. Куртье сразу утратил свою насмешливость и перешел к серьезному инструктажу. Речь шла не более и не менее, как об уничтожении секретного компьютера международных монополий, на котором велись расчеты по подготовке проекта «Дождь Шукры».

Полет над Атлантическим океаном в обществе Жаклин действительно оказался очень приятным. Не знаю, что испытывала Жаклин рядом со мной, но сам я в ее присутствии чувствовал невероятный прилив сил и энергии. Когда я смотрел на ее чистое нежное лицо, мне казалось, что нет ничего невозможного, ничего такого, с чем бы я не справился. Жаклин давала мне заряд бодрости, уверенности, оптимизма. Она тоже была в прекрасном настроении и с юмором (и с определенной долей нежности) рассказывала мне о своих родителях.

— Внимание! — раздалась на палубе команда Жоржа, прервавшая мои воспоминания. — Остается четыре часа светлого времени. Через пятнадцать минут начинаем операцию!

Через десять минут шесть человек, в том числе и я, в легких водолазных костюмах спустились в трюм. Костюмы предназначались для того, чтобы оберегать нас от медуз и прочей мелкой пакости. Кроме того, в них была вмонтирована аппаратура, иммитировавшая многократно усиленные импульсы электрического ската, которые заставляли удирать даже крупных акул.

Прежде чем надеть шлемофоны, Жорж еще раз кратко повторил задачу каждого из нас в предстоящей операции.

— Учитывая хорошее кислородное питание в наших костюмах, на суше мы их снимать не будем. Это затруднит движение, но обезопасит нас от возможных химических или биологических ловушек, — сказал в заключение Жорж. Он посмотрел на часы и, взмахнув рукой, произнес: — Пошли!

В трюме находились две «барракуды», с помощью которых нам предстояло добраться до берега. Первой должен был командовать Жорж, второй — я.

Экипаж моего аппарата состоял из Леона и Ива. Второй конструктор «барракуды», Мартен, вошел в команду Жоржа: у каждой «рыбы» механик должен был находиться под боком, в прямом смысле этого слова. Я проверил, насколько прочно Леон прикрепился к скобам. Все было в порядке. Ив тоже надежно пристегнулся. Ива я знал мало. В основном встречал на волейбольной площадке: этот смуглый худощавый длинноволосый парень обладал неотразимым ударом правой.

Вообще, многих своих коллег я знал прежде всего как спортсменов, так как встречался с ними, главным образом, на спортплощадках, в бассейне или спортзале. Чем они занимались в лабораториях, мне, естественно, известно не было, за исключением случаев, когда я соприкасался с кем-либо по конкретным вопросам совместной работы. Что касается Ива, то вчера, во время репетиции операции, я впервые узнал, что он кибернетик и от него во многом будет зависеть финальный успех. Я занял свое место под брюхом «барракуды», положил руки на руль управления.

— Готов? — раздался в шлемофоне голос Жоржа.

— Готов, — ответил я.

— Начали!

Трюм стал заполняться водой и днище под нами раскрылось.

Мы шли к берегу немногим более часа, метрах в тридцати друг от друга, на глубине пятнадцати метров. Когда по нашим расчетам до острова оставалось около километра, «барракуды» всплыли ближе к поверхности и подняли перископы. Я увидел остров, покрытый густой зеленью. Ничего особенного в нем не было.

По плану моя команда должна была выходить на берег первой и выполнять основную операцию. Жорж со своими ребятами нас только страховал. Мы проплыли еще метров девятьсот, после чего я опустил «барракуду» на дно, закрепил ее якорями, и наша тройка вплавь двинулась к берегу. Больше всего меня тревожила узкая полоска пляжа — расстояние между водой и растительностью, несколько метров голого пространства. Если нас заметят на этой узкой полоске, то поднимут тревогу и операция будет сорвана. Но по сообщенным мне данным (у Куртье на острове был свой агент) в том месте, где была намечена высадка, никаких постов охраны не было. Меня это удивляло и беспокоило.

Мы, действительно, благополучно пересекли пляж и углубились в заросли. Я шел первым, за мной Ив, замыкал Леон. Пробираться сквозь тропическую растительность — удовольствие небольшое. Острым ножом типа мачете я рассекал лианы и ветки, загораживавшие проход. Нервы были напряжены до предела. Вдруг что-то стукнуло меня в левое плечо. Я посмотрел налево и на мгновение остолбенел от ужаса: прямо перед моими глазами покачивалась голова огромной змеи. Я не успел отпрянуть назад, как змея вторично ударила меня, на сей раз в голову. По прозрачному шлемофону растеклись капельки яда. Гидрокостюм и шлем спасли меня. «От верной смерти», — пронеслось в голове, потому что я уже сообразил, что на меня напала лабария. Одного укуса этой змеи было более чем достаточно, чтобы человек погиб.