Линкор «Альбион» - Борис Вячеславович Конофальский

Глава 36

⠀⠀ ⠀⠀

И к вечеру, ещё до того, как день стал угасать, приехал к её дому на новеньком электромобиле. И они снова, по настоянию Зои, поехали на улицу Дитмар-Коль. Там было всё по-прежнему, вот только прохожих в эти вечерние часы почти не наблюдалось.

— Сейчас здесь тихо, — заметил Ройке с некоторым намёком.

— Думаете, их стоит выманить из дома в восемь часов вечера? — поняла Зоя его задумку.

— Так и думаю, — Генрих припарковал автомобиль на свободное место совсем невдалеке от дома с табличкой «Торговый дом Мусаифф». Большой паровой экипаж был на месте, стоял прямо напротив входа в контору и выглядел безжизненным и холодным.

Зое эта идея тоже понравилась.

— Возможно, вы и правы, — задумчиво произнесла она. Ведь в это время большинство полицейских уже дома, лишь дежурные экипажи работают. Да и они в основном торчат не на тихих улочках спальных и коммерческих районов, а патрулируют там, где бушует веселье и разврат. И она продолжила: — Генрих, экипаж должен быть невзрачным, не новым и обязательно с подъемным верхом.

— Хорошо, подберу что-нибудь, — беззаботно отвечал молодой человек, продолжая этой своей беззаботностью раздражать Зою.

Наверное, поэтому она спросила у него:

— Генрих, а вы сможете выстрелить в человека?

— Выстрелить в человека? — искренне удивился такому вопросу Ройке. — А зачем?

Девушка помолчала и добавила:

— Когда приедем домой, я научу вас пользоваться револьвером. А вы пока подготовьте себя к тому, что всё может пойти таким образом, что вам придётся стрелять.

— Ну, если и придётся, я буду стрелять в ногу, в бедро. Чтобы остудить пыл, и только.

— В ногу? В бедро? — Зоя неожиданно засмеялась. — Купленные нами револьверы — серьёзное оружие; выстрелив бедолаге в ногу, вы скорее всего сделаете его калекой, а если попадёте человеку в бедренную артерию, так он и вовсе умрёт от потери крови.

Ройке повернулся к ней; он был серьёзен.

— А почему вы спрашиваете об этом, фройляйн Гертруда?

— Мне кажется, вы слишком легкомысленно относитесь к тому, что затеваете, — так же серьёзно отвечала ему девушка. — Люди не захотят по доброй воле отдавать свои сокровища. Не захотят! Их придётся отнимать, и угрозы могут и не сработать. Понимаете, герр Ройке? Не сработать! И тогда придётся применять силу, а если они вздумают сопротивляться… Вам придётся применить оружие!

— Но почему вы сейчас меня об этом спрашиваете, фройляйн?

— Потому что я хочу знать, с кем иду на дело, — твёрдо произнесла девушка. — Мне нужно знать, кто будет со мной — взбалмошный юнец под воздействием амурных настроений или настоящий, твёрдый мужчина. Возможно, от этого зависит моя жизнь. В общем, я должна всё знать заранее… А не удивляться во время дела.

Теперь молодой человек уже не казался ей беззаботным; губы его были сжаты, глаза холодны, он снял перчатку, почесал переносицу и произнёс серьёзно:

— Ну, раз придётся, так применю.

«Что произошло с этим человеком? — удивлялась девушка. — Ещё недавно пределом его мечтаний была лётная школа, теперь он готов грабить ювелиров и, если потребуется, он будет стрелять!».

— Ладно, — наконец произнесла она, — поехали, Генрих. Давайте проедем по дороге, по которой предположительно ювелиры поедут ко дворцу Холодной. Выберем удобное место для экспроприации.

И, проехав до самого дворца герцогини, они после заехали на телеграф номер сто и оттуда дали телеграмму Джеймсу.

«Мы готовы, назначайте им встречу на завтрашний вечер. На восемь».

И только после этого Зоя и Генрих вернулись в свою очаровательную квартирку, доедать холодный гуляш и допивать токайское. А потом любить друг друга.

⠀⠀ ⠀⠀

*⠀ *⠀ *

⠀⠀ ⠀⠀

Ей было жарко. Леди Джорджиана не смогла толком раскрыть глаза. Вернее, полностью открылся только правый, да и он ничего, кроме света, различить не мог, и тогда старуха произнесла хрипло:

— Доктор…

Несколько секунд ей никто не отвечал, и она повторила попытку:

— Мистер Мюррей… Эй, тут есть кто-нибудь?

И, к своей радости, она наконец услышала низкий и хорошо поставленный голос доктора:

— Да, миледи.

— Вы тут? — чуть успокаиваясь, спросила герцогиня.

— Ну разумеется, тут, где же мне ещё быть, как не рядом со своей покровительницей?

Его голос и его уверенный, чуть ироничный тон успокаивали старую женщину. Но у неё были вопросы.

— Доктор у меня, кажется, жар.

— Да, — сразу согласился он, — ваша температура чуть повышена, но всё в пределах нормы.

«В пределах нормы? Но почему я так горю? А что у меня со зрением?». Леди Кавендиш хотела всё знать.

— А что со зрением? Я почти ничего не вижу.

— Что со зрением? — кажется, над нею немного потемнело, это доктор склонился и разглядывал её глаза. И тут же ответил ей: — Ничего страшного. Это немного нагноилось из-за новых век…, — он отвлёкся: — Эй, Руни, протри герцогине глаза.

Кто-то довольно ловко начинает протирать ей глаза, и это, конечно, сразу улучшает её восприятие. Леди Джорджиана уже может рассмотреть лампы над собой, тёмный силуэт доктора, ещё кого-то рядом с ним. Но ей нравится не всё.

— Доктор, а что с моим левым глазом? Он всё равно плохо видит.

— Веко левого глаза ещё не встало как следует, я его подправлю, — уверенно и спокойно отвечает Мюррей, заглядывая ей в лицо. — Вам не о чем волноваться, миледи.

— Операция прошла хорошо?

— Нормально. Могло быть и получше, но пока всё идёт нормально. Главное сейчас — чтобы ткани приживались. Так что старайтесь не шевелиться.

Она знала, что накрепко привязана к столу и пару дней ей придётся пролежать в таком положении, но вот жар… Она не помнила, чтобы во время прошлой пересадки у неё была такая высокая температура.

— Доктор, а когда спадёт жар?

— Надеюсь, что уже через три дня температура придёт в норму, — обещал ей Мюррей. — В общем, я вижу, что у вас всё хорошо, вы пришли в сознание, а посему я отправлю вас спать…

Она хотела у него ещё что-то спросить, но услышала лишь: — Сунак, инъекцию.

Потом укол в мышцы левого бедра, она чётко это ощутила, затем шприц звякнул о металлическую чашку, и тень перед нею исчезла.

— Доктор, — позвала герцогиня. У неё ещё были вопросы.

Но вместо зычного голоса Мюррея услыхала гнусавый голос его помощника:

— Мистер Мюррей покинул помещение, миледи.

«Покинул? Как покинул?». Герцогиня не понимала, как он смел уйти, ведь она ещё собиралась с ним разговаривать. Леди Кавендиш даже собиралась сказать Сунаку, чтобы он вернул его, но тут её сознание стало зыбким и начало расплываться, а потом её взгляд снова потерял чёткость.

⠀⠀ ⠀⠀

*⠀ *⠀ *

⠀⠀ ⠀⠀

— Купим