Anya Shinigami - Между небом и землей

— Прости. — Как можно жестче и холоднее произнесла я, придавая взгляду отстраненность.

Хотя моя собственная душа металась от предательских слов, которые встали стеной между мной и друзьями. Я только что отгородила себя от всего мира, и была, возможно, даже хуже самого Волан-де-Морта.

— Не советую прикасаться ко мне. — Произнесла я еще грубее.

Сириус застыл от шока и боли, пронзивших его рассудок. Он любил меня искренне и безответно, и после всего сказанного никак не мог повлиять на мои действия. Озлобленный взгляд сверлил его уставшие, потерянные глаза. Он занес руку, но я успела перехватить её своей. Снова Сириус хотел ударить меня. В его взгляде вновь разжигалась испепеляющая злоба.

— Опомнись, дура! — Безнадежно кинул он.

Я откинула его руку от себя, просто развернулась и пошла в сторону двери, но путь мне перегородил Гарри.

— Не смей! — Проговорил он отчаянно, когда Сириус нагнал меня.

Близнецы, Билл, Флер и Чжоу смотрели на меня в ужасе, они знали, что-то происходит.

— Если ты сейчас не отойдешь от двери, я тебе помогу. — Сказала я, разжигая в кулаке пламя, моментально осветившее мое злобное лицо.

— Я не позволю тебе идти туда. — Гарри отчаянно замотал головой.

Вот оно, внезапно я поняла местонахождение Лорда, это были всего лишь предположения, но Гарри почему-то подумал о Визжащей хижине и Запретном лесе, ведь Волан-де-Морта в замке не было, и хижина, в которой по легендам жили злобные приведения, подходила для укрытия идеально. На свой страх и риск, я доверилась суждениям парня и не пошла в Запретный лес в первую очередь.

— Хм. — Самодовольно ухмыльнулась я и повернулась к проходу, соединяющему Выручай-Комнату и Кабанью Голову.

Сириус пытался еще что-то сказать, но слушать его, увы, больше не могла, драгоценные минуты капали, разбивая надежду увидеть Северуса живым. Влезая в не столь широкий лаз, даже не взглянула на ополоумевшего от горя и несправедливости Сириуса, и Гарри, который держался из последних сил, чтобы не послать в меня какое-нибудь бесполезное заклинание.

— Я иду с тобой! — Послышался голос сзади.

Я удивленно выпрямилась в уже расширенном проходе и обернулась, Сириус полез за мной. Мои глаза только увлажнились в нестерпимом рокоте вырывающейся наружу истерики от всего того, что им наговорила и на что обрекла. Он нагнал меня быстро.

— Если уж ты обрекаешь всех на гибель, — Снова взывая к моему рассудку, сказал он, — То я иду с тобой, ты выбрала мою судьбу. Так пожинай плоды своего выбора…

— Не мели чуши, Сириус, я умирать не собираюсь, и тебе уж точно не позволю.

— Ты идешь в ловушку! — Не унимался он.

— Забудь! — Повысила голос я. — Возвращайся в замок, Ордену и остальным нужна твоя помощь, даже не думай следовать за мной!

— Анна…

— Хватит! — Придавая голосу агрессии, произнесла я, — Или я замурую этот проход!

Он смотрел в её жестокие глаза, отражавшие первобытную злобу, она шла лишь к одной цели, спасение этого чертова Снейпа, которого ненавидел всей душой, за то, что он забрал у него бесценное сокровище, идущее сейчас на добровольную казнь. Анна не знала, как сильно Сириус её любит, как дорожит каждым мгновением рядом с ней, её глаза, излучающие сейчас злобу, разрушали последние частички чего-то живого и доброго в его сердце. Она ранила его осознанно, намеренно отталкивала. Девушка спятила от жестокой любви к Северусу, готова была положить жизни всех людей за спасение этого никчемного человека. Никто не имел права обвинять бедную Анну в столь глупом поступке, она шла лишь по велению сердца.

— Слышишь! Уходи! — Закричала она от отчаяния.

Он не видел в почти кромешной тьме потайного хода, но знал, что сейчас на её глазах блестят слезы отчаяния, а душа разрывается на сотни осколков, умирает с каждой секундой осознания того, что она творит.

— Я справлюсь, я уничтожу его. — Как заведенная проговорила она.

— Ты ведь даже не знаешь где его искать.

— В Визжащей хижине…

Сириус оторопел, он знал это предположение, слышал его из уст Гарри, но не был уверен на все сто процентов. Конечно, хижина была отличным укрытием и удобно связывала Хогвартс с внешним миром, но сколько защиты было на нее поставлено, сколько пожирателей охраняли чудовище отнявшее у Анны спокойную жизнь и любимого человека, но это не доказывало присутствия там Лорда.

— Прошу, уходи, у меня мало времени… — Сдавленно произнесла я.

— Нет, я сказал, что пойду с тобой! — Перебил мужчина.

Внезапно он почувствовал, как тело перестает его слушаться, словно застыл от заклятия: "Остолбеней" и неведанные силы потянули его обратно к Выручай-комнате.

— Перестань! — Взмолился Сириус, не желая вот так сдаваться, отпускать Анну одну.

Однако она была сильнее, и как он не боролся, стихия воздуха, словно взяла его в невидимый кокон…

— Прости за всё, Сириус… — Горько прошептала девушка.

Мужчина отдалялся и его грустные глаза, едва различимые в темноте прохода, молили остановиться, он пытался достучаться мысленно: "Остановись, пока не поздно, Анна, умоляю, ты совершаешь ошибку…" Он беспомощно боролся с силой, одну из которых однажды уже испытал на себе, когда неконтролируемый холод, едва не превратил его в глыбу льда, это было почти год назад… Сириус увидел, как глаза девушки вспыхивают неестественным зеленым цветом. Ненависть? Какая боль сейчас у нее в душе? Как глуп её поступок по велению сердца? Мужчина видел, как прорывая хрупкие стены и потолок, обрушивая щебень, прорываются растения, путы вяза, замуровывающие тоннель.

— Анна!

Зеленые горящие глаза девушки уже едва виднелись за толщей веток…

Так было нужно, я больше не могла выносить его присутствие, он угнетал, разоблачал истинное лицо предательницы, бесчестной девушки, шедшей на гибель, из-за неправильной, невменяемой любви. Я развернулась и быстрым уверенным шагом двинулась к выходу в Кабаньей Голове. Меня преследовали тянущиеся путы вяза, занимающие весь проход. Нет, я не замуровала его, когда уйду, магия ослабнет, и растения будет легко убрать при помощи простых заклинаний.

Я вылезла из портрета и оглядела комнату, но Аберфорта в ней не было, спустилась вниз в пустой бар, который привыкла видеть наполненным местными пьяницами, незнакомцами, странно выглядящими путешественниками, и лишь изредка нормальными людьми, преподаватели сюда захаживали лишь перекинуться парой слов с хозяином забегаловки. Опустевшее помещение даже в свете тусклой керосиновой лампы казалось грязным. Стараясь не думать ни о чем, направилась к двери.