Н. Аббре - В поисках мистики

— Тарас, будь человеком, на твоей фирме есть камеры тепла и холода. Я помню, ты о них говорил. В камеру стул влезет?

— Галина, ты чего опять придумала на мою голову?

— Я, что деньги у тебя прошу? Нет. Я прошу взять новый стул, погреть его и заморозить, раз десять и все.

— Понятно. Понимаешь, дорогая моя, так поступают с иконами, но не со стульями!

— Родной мой, я не умею рисовать иконы! Я стул покрасила золотой краской, только олифы у меня нет.

— Ладно, возьму твой стул, погрею, заморожу. Но претензии по его внешнему виду не приму.

— Спасибо, а шесть стульев возьмешь?

— Радость моя, у меня солидная фирма, один чужой стул я смогу оправдать, сославшись на то, что его склеиваю, но шесть стульев…

— Возьми один стул, склей его. У стула на самом деле передние ножки от задних ног постоянно вперед уходят, я уже их склеивала.

— Галина, слышу нормальную речь, склею стул и проведу испытания клеевого шва в дереве.

— Тарас, спасибо! Ты настоящий мужчина!

Тарас принес стул на испытательный стенд. Работница стенда согласилась помочь испытать клеевой шов в стуле. Стул ей очень понравился, и она вполне понимала желание Тараса склеить его качественно. Через пару суток Тарас вернул стул Галине. Она ойкнула и радостно покрутила стул на одной ножке.

— Галина, чему радуешься? На стуле сидеть можно, но обивка несколько сжалась, само дерево слегка потрескалось, верхний слой покрытия вообще стал в мелких трещинах, надо заново красить.

— Тарас, на этом стуле у меня в голове рождаются славные мысли, спасибо!

— Тебе видней. Я сделал то, что ты просила. Сиди на стуле и мысли. У меня сегодня много работы, стул я тебе привез. Все, я уехал. Пока.

— Счастливо, родной! — Галина расплылась в радостной улыбке, закрывая дверь за Тарасом. Она подошла к стулу, взяла его и понесла к соседке.

Соседка, пожилая, приятная женщина, встретила ее спокойно.

Галина высказала свою просьбу:

— Инесса Евгеньевна, помогите, пожалуйста! Мне от бабушки достался один старый стул, я его выкинуть хотела, потом мне так понравился его изгиб, что рука не поднялась.

— Конечно, Галина, я помогу, но чем? Почистить его?

— Что вы, ни в коем случае! Вы его сдайте в свой антикварный магазин, только не трогайте его. Я его сама довезу до магазина.

— Галина, я никогда ничего своего не продавала. Получится ли продать ваше наследство?

— Инесса Евгеньевна, бабуля мне рассказывала, что этот стул ей достался от ее бабушки, он у нее стоял в кладовке.

— Видно, что стул старый, забыли его вовремя выбросить.

— Ладно, не надо его продавать, я просто хотела вам показать бабушкино наследство.

— Галина, я поняла, что ты пошутила, насчет антикварного магазина.

— Простите, за беспокойство, — сказала Галина и спиной, неся стул, вышла из квартиры матери Тараса.

Дома она перевернула стул, оторвала пожелтевшую этикетку, еще раз осмотрела стул, поставила его в угол. Затем она вынесла из комнаты пять стульев собратьев, и без стульев поехала в магазин на новой алой полукруглой машине.

— Вас что-то у нас заинтересовало? — спросил продавец консультант Родька Селедкин.

— Да, мне вы вчера еще понравились, — сказала Галина, кокетливо улыбаясь продавцу.

— Меня среди антиквариата обычно не замечают, — хмуро ответил молодой человек.

— Что вы сегодня вечером делаете? — спросила она мужчину.

— К вам еду, я правильно понял? — усмехаясь, ответил продавец, — Рабочий день через полчаса закончиться. Только мой визит Тарасу может не понравиться.

— Можно я похожу пока по магазину, а потом поедем ко мне, я на Машине.

— Ходите, смотрите, это не запрещено, сами понимаете, — предложил вежливо Родька.

Галина два раза обошла Торговые залы, потом вышла из магазина, и села в Машину. Она с тоской подумала, что делает глупость. Ей захотелось уехать от магазина куда подальше, но на крыльце показался продавец Родька.

— Идите сюда, — позвала Галина, открывая дверцу машины.

— Женщины меня еще не возили на машине, — сказал он, глядя, на машину.

— Времена меняются, я давно за рулем.

— Что мы у вас делать будем? Мы недавно знакомы. Я понял, ты хочешь оценить свой антиквариат!

— Мы уже знакомые, а антиквариата у меня никогда не было, мебель современная.

— Хороший ответ, а я подумал, что заманиваешь меня в дом, как оценщика старой мебели.

В подъезде Галина столкнулась с Инессой Евгеньевной. Дама улыбнулась и вопросительно посмотрела на Родьку, но промолчала.

Родька прошел в квартиру и воскликнул:

— Я прав, вы меня привезли оценивать этот стул! — и он подошел к стулу, — а, что неплохой стульчик! Прямо скажем неплохой!

— Вы проницательны, — сказала Галина с некоторым внутренним раздражением, ей показалась, что афера себя не оправдала.

— Продать?

— Нет, он мне дорог, как память.

— Все так говорят и продают, а покупатели эту память покупают. Сказать вам цену на этот стул? — и он назвал цену.

— Так мало?

— Вот видите, из-за стула вы меня привезли! А мало стул стоит потому, что без легенды и тянет на позапрошлый век.

— Правда, что ли?

— А, вы, что не знали что стул восемнадцатого — девятнадцатого века?

— Нет, на самом деле я его принесла из бабушкиной кладовки. Мне его профиль понравился, изогнутость ног и спинки. Я с детства этот стул помню, я на нем сидела, когда к бабушке приходила пить чай с вишневым вареньем. Дома у нас варенья никогда не было, — увлеченно врала Галина и сама верила своим словам.

— С какой грустью вы говорите, и так красиво, но вспомнили бы лучше историю стула до варенья с чаем, или вспомните, что бабушка говорила о своей бабушке.

— Не помню, мне это было неинтересно.

— Тогда дороже не продать. Я сейчас уйду, а вы стул сами привезете, а мы его продадим. Вот и вся любовь — на один стул.

— Мне жаль, что вы уходите.

— Я без обиды, вы не первая в моей работе, которая меня увозит на оценку антиквариата под предлогом интереса.

Родька ушел.

Галина села на диван, еще раз посмотрела на стул и рассмеялась:

— Это ж надо! Восемнадцатый век!

Она позвонила Тарасу:

— Тарас, спасибо, родной мой, за стулья восемнадцатого века!

— Галина, ты откуда узнала, что они из восемнадцатого века?

— Твой друг оценщик сказал из антикварного магазина мебели.

— Ты бедствуешь, моя радость? Я подарил, а ты продаешь? Ну, ты даешь!

— Так получилось. Стулья на самом деле из гарнитура восемнадцатого века?

— А ты вспомни, где я работаю! Я теперь работаю на частной мебельной фабрике. Мы изготавливаем мебель на заказ малыми партиями. Как-то нас попросили сделать гарнитур из восемнадцати стульев, типа стульев восемнадцатого века, я ездил по музеям, нашел один стул в музеи, натуральный. Одним словом мы по этому стулу выполнили заказ, а заказчик оплатил двенадцать стульев. Шесть стульев я купил по цене с большой скидкой, и тебе подарил.