Анатолий Королев - Искатель, 2014 № 11

Усталость все же брала свое, и Алексей Давыдович стал смыкать потяжелевшие веки. Но уснуть в эту ночь ему так и не пришлось.

Неожиданно возле двери его квартиры раздалось жалобное мяуканье кошки. С каждой минутой оно становилось более настойчивым и более жалобным.

Дежуривший в коридоре квартиры лейтенант Меркурьев не выдержал, тихо матюгнулся, поднялся со стула и посмотрел в дверной глазок.

На лестничной площадке никого не было. Он вернулся на прежнее место в надежде, что у кошки проявится совесть и она уйдет мяукать на улицу. Однако у бедного животного совесть не пробудилась, и оно продолжало беспрерывно подавать жалобный голос.

У оперативников нервы тоже не железные. Лейтенант Меркурьев прошел в комнату и разбудил младшего лейтенанта Сафронова.

— Костя, подстрахуй, — сказал он и направился к двери. — Я посажу эту назойливую кошку в лифт и отправлю на первый этаж. Пусть идет на улицу и выходит замуж за любимого кота. Здесь их немало бродит.

Лейтенант открыл дверь.

И тут произошло то, чего оперативники никак не ожидали. События стали развиваться стремительно. Откуда ни возьмись, перед ними возник незнакомец в черной кожаной куртке, с бородкой и усами, в черных очках и черной кожаной кепке. В правой руке у него был пистолет с глушителем, который он наставил на лейтенанта (оперативники были в штатском), а левую ногу сунул в открытую дверь. Однако некоторое время он пребывал в некотором замешательстве. Похоже, не ожидал увидеть перед собой двух крепких парней. Скорее всего, надеялся, что к нему выйдет сам хозяин, бывший помощник прокурора Центрального района. Но в следующий момент незнакомец, видимо, сообразил, кто перед ним и что отступать поздно. Он выстрелил не целясь и кинулся вниз по лестнице.

Оперативники уже успели выхватить из наплечных кобур свое оружие, но раненый лейтенант, заваливаясь на бок, выронил пистолет на пол.

Сафронов кинулся в погоню. Дважды он стрелял в незнакомца на бегу, однако оба раза промазал. Преследуемый тоже выстрелил два раза в преследователя, но не попал. Одна из пуль буквально шоркнула по волосам младшего лейтенанта, но смерть пролетела мимо. Только холодком от нее потянуло.

При повороте на первый этаж Сафронов значительно сократил расстояние до беглеца и удачно выстрелил. Незнакомец схватился за левое плечо, но, обернувшись, выстрелил в ответ. И здесь произошло одно из чудес, которые бывают редко, но все же происходят. Развив большую скорость, младший лейтенант запнулся о свою собственную ногу и стал падать одновременно со встречным выстрелом. Пуля прошла у него под правой рукой, пробив материю пиджака. Не запнись он — пуля бы точно угодила в грудь. Упав, Сафронов сильно ударился головой о бетонную плиту. С трудом поднимаясь на ноги, он услышал громкий стук подъездной двери. Момент для погони был упущен. Вверху раненый товарищ. Что с лейтенантом?

В голове у Сафронова гудело, будто после тяжелого угара. Он не видел и не ощущал крови, наплывающей с головы на щеку. Покачиваясь и держась за стены, вошел в лифт и поднялся на восьмой этаж.

Перепуганный хозяин квартиры, в одних трусах, трясущимися руками перебинтовывал побледневшего лейтенанта. Меркурьев лежал на раскладушке и виновато улыбался.

— Как же мы с тобой, Костя, лопухнулись? — тихо вымолвил он. — Провел он нас с кошкой, подлец. У тебя кровь. Ты ранен?

— Нет. Запнулся и ударился о бетонную плиту. Ты-то как? Куда тебя?

— Под ключицу. Ничего, не смертельно.

— Я уже вызвал «скорую», — вставил виноватым голосом хозяин квартиры.

— Ты его упустил? — спросил лейтенант, тяжело дыша.

— Да. Не вовремя запнулся. Я его ранил в левую руку.

— Доложи майору Пряхину. Пусть кинолога с собакой пришлет. Может, пес возьмет след. — Лейтенант устало закрыл глаза и замолчал, дышал тяжело и шумно.

Возле открытой двери продолжала жалобно мяукать кошка. Задняя нога у нее была привязана тонким сыромятным ремешком к сточной трубе, проходящей «сквозняком» через весь этаж.

Сафронов отвязал кошку, и она тотчас же убежала вниз по лестнице. Подбирая гильзу от пистолета незнакомца, младший лейтенант обратил внимание на небольшой кусочек картона, валявшийся в полуметре от двери. Подняв его, прочел про себя: «Превет от Леньки Понтелеева. Палковник Ярцев, теперь ты седьмой».

«Собирался, видно, оставить у трупа очередной жертвы, — подумал младший лейтенант, пряча «визитку» в карман и доставая мобильный телефон. — Однако поспешил написать, гусь лапчатый».

Подошедший Глушков, одетый в шаровары и рубаху, осторожно тронул младшего лейтенанта за рукав пиджака и с нотками вины в голосе заметил:

— Константин, у вас кровь на голове. Давайте перевяжу.

— Пустяки, — махнул рукой младший лейтенант, — до свадьбы заживет.

Неловко помявшись возле, Глушков тяжело вздохнул.

— Знаете, служивый, я сейчас изменил свои взгляды на полицию. Мы часто неверно судим о ней. Вы простите меня. Ваш товарищ из-за меня пострадал.

— Вы здесь ни при чем, — отозвался Сафронов, набирая на мобильном телефоне номер майора Пряхина. — Это наша повседневная работа.

На их этаже остановился лифт. Из него стали торопливо выходить люди в белых халатах.

Прибывший с кинологом Джек понюхал «визитку» «Леньки Понтелеева» и уверенно взял след. Пробежав от дома метров шестьдесят, до парковки машин, он остановился и закрутился на месте. Потом виновато посмотрел в глаза кинологу сержанту Нефедову.

— Все, приехали, — разочарованно вымолвил сержант и посмотрел на капитана, возглавлявшего оперативную группу. — Выходит, что преступник приехал сюда на авто, на нем и укатил: наверное, и мотор не выключал. Этого следовало ожидать.

В кабинете Ярцева пахнет крепким кофе. На столе перед полковником и майором Пряхиным — три «визитки» от «Леньки Понтелеева», гильза от пистолета «ТТ», пахнущая сгоревшим порохом, и фотографии, сделанные старшим лейтенантом Алексеем Кузнецовым.

Даже несведущий человек мог определить, что все «визитки» написаны одним и тем же лицом. Малограмотным. Почерк скорее ребенка, чем взрослого человека.

— Что скажешь, Анатолий Григорьевич? — спросил Ярцев своего заместителя.

Майор потер ладонью, шрам на лбу, ответил озабоченно:

— Положение серьезное. Думаю, что этот Фартовый отрабатывает заказ покойного Беса. Недолго осталось ему бегать. Придет на сделку в ночной клуб — там мы его и упакуем.

— Да, это пока единственный вариант, — согласился Михаил Яковлевич. — Жаль, что Кузнецов упустил его после выхода из «Пиковой дамы». Знать бы — где сейчас его лежка.