Юрий Карчевский - Схватка с чудовищами

…Закончив университет в Штате Иллинойс, Лодейзен получил степень бакалавра философских наук. В военной школе иностранных языков овладел русским и испанским языками. Как разведчик, «обкатку» проходил в Мексике на должности вице-консула США, но вскоре был заподозрен в принадлежности к ЦРУ США и выдворен из страны.

Прослушал курс «Советское общество и русский характер» в «Институте армии США по повышению специализации в изучении России и стран Восточной Европы». Там же научился русским песням под гитару, познал русскую кухню.

С таким багажом был направлен в Советский Союз на должность одного из секретарей посольства США в Москве. Общаться предпочитал с представителями творческой интеллигенции. Отдельных из них пытался обрабатывать во враждебном нам духе и даже склонять к измене Родине. Если собеседник высказывал мысли, противные ему, взгляд его становился холодным и ненавистным. С таким человеком он тут же порывал.

В ходе разработки установлено, что в Москве Лодейзеном завербовано четыре агента. Основа вербовок — деньги, радужные посулы жизни на Западе. Кроме шпионских заданий, чтобы избежать разоблачений, одного из них подбивал на устранение неугодного спецслужбе человека.

Лодейзен происходит из семьи коннозаводчика. Фанатик-антикоммунист. Самонадеянный и тщеславный человек. Хитрый и лживый. Скупой и жадный до неприличия. Неразборчив в связях с женщинами. Напившись, не теряет над собой контроля…

Рывок, другой, и Буслаеву, казалось, удалось все же оторваться от растерявшихся и рассерженных преследователей. Оставив машину на стоянке, чтобы окончательно убедиться в этом и уточнить обстановку вокруг, он проследовал в ближайший сквер, присел на облюбованную им издалека скамейку, одиноко стоявшую в тени деревьев. С этого места было удобно вести наблюдение за тем, что происходит на площади Вивальди и на подступах к ней. Рядом, уткнувшись в газету «Вельт», сидел пожилой немец. Осмотрелся. Кругом ничего подозрительного. Но было предчувствие чего-то тревожного, недоброго. Мужчина опустил газету на колени, спросил у Антона, который час, и тут же принялся пересказывать захватившее его содержание очерка. Заключил словами:

— Надо же, какое падение нравов! Ни стыда, ни совести у людей не стало. Как вам это нравится?

Буслаев высказал свой взгляд на проблему юношества, взаимоотношения полов. Мужчина сказал, что ему нравятся его суждения. А когда он поднялся, мужчина очень сожалел, что такой интересный собеседник покидает его, иначе обсудили бы еще не одну тему. Прощаясь, протянул незнакомцу руку.

Антон принял решение отказаться от явки с агентом Фридрих, чтобы не ставить его и себя под удар, и возвращаться в посольство.

Потеряв машину Буслаева, Лодейзен забил тревогу. По рации дал команду напарнику, ехавшему в машине «ситроен», свернуть направо и следовать параллельным курсом, рассчитывая таким образом обнаружить, выйти на него и, в зависимости от обстоятельств, перехватить.

Вскоре напарник радировал, что видит «объект» в полукилометре от себя. Потом доложил, что Буслаев оставил машину на стоянке и, соблюдая меры предосторожности, направился в ближайший парк.

Терять время было нельзя. Лодейзен скомандовал по радио:

— Машину «объекта» вывести из строя. Остальным рассредоточиться по парку и вести тщательное наблюдение за ним. В случае его контакта с кем-либо немедленно докладывать. Действовать бесшумно.

Перебегая от дерева к дереву, он сам заметил Буслаева. Тот сидел на скамейке с мужчиной. Решил, что это встреча с агентом. Он уже слышал их разговор, но не различал слов. Наконец, «объект» что-то сказал и мужчина протянул ему руку. Со стороны это казалось рукопожатием, но могла совершиться таким образом и мгновенная передача секретной информации. Буслаев неожиданно покинул скамейку и быстрым шагом последовал на автостоянку.

Лодейзен растерялся. Он успел лишь подумать, что в кармане у него могут быть шпионские материалы, за этим, видно, и ехал сюда. Документами необходимо завладеть, чтобы на этом сыграть. Обстановка позволяла. Надо лишь убедиться, что он один, что его не подстраховывает контрнаблюдение. Возлагал надежду на скоротечность разговора и его бесспорный результат в свою пользу. Ну а в случае отрицательного результата, пусть пеняет на себя.

Лодейзен подумал так и решил отказаться от своих планов. Решил последовать варианту, обговоренному накануне с Алланом Бартлоу. Он предвещал удачу, был просчитан в деталях и вполне надежен.

Тем временем Буслаев приблизился к машине, сел за руль, но мотор почему-то не завелся. Подняв капот, проверил зажигание. Оно было исправно. Зато не обнаружил жиклера и очень удивился этому. Подумал, что сам он исчезнуть не мог. Значит, кто-то ковырялся в машине. Это настораживало. На крышке капота заметил следы от силовой отвертки.

Подошел водитель рядом стоявшего «ситроена».

— Вам помочь? — предложил он свои услуги.

— Благодарю вас. Вы не могли бы подсказать, где здесь магазин запчастей?

— Подскажу. Отсюда с полчаса пешком до него будет. Садитесь, подвезу. Я еду в том же направлении. — Водитель открыл заднюю дверцу машины.

Буслаев посмотрел на него о подозрением. Уж больно все неестественно: и жиклер исчез, и доброжелатель тут как тут.

— Да нет, не стоит. Время есть, сам пройдусь, не спеша.

Сзади налетели два верзилы, невесть откуда взявшиеся. Он не успел опомниться, как его затолкали в «ситроен». Машина рванула с места, унося его в неизвестность. Салон был зашторен, так что нельзя было определить маршрут, по которому его везут. Верзилы крепко держали его за руки.

— Кто вы? Куда вы меня везете? — вопрошал Буслаев, но ответа не услышал. — Я — дипломат и нахожусь под защитой немецких властей. Это — провокация, и она вам дорого обойдется. Не желаете отвечать? Но скажите, чьим заложником хотите меня сделать?

Подозрение, что за рулем «БМВ» он видел Лодейзена, все больше укреплялась в нем, и он мысленно готовил себя к любому исходу. Во всех случаях — не терять самообладания и самоконтроля. Жаль только, что явка с агентом Фридрихом сорвалась, а она обещала быть очень важной. «А может быть, Лодейзен здесь не при чем? И я — заложник других сил? Расправились же с Надейкиным», — пронеслось в голове.

Вряд ли существует другая профессия, где бы имелись такие стрессовые перепады и перегрузки, какие встречаются у разведчика. И надо иметь немалое мужество и силу воли, чтобы не поддаться им и спокойно, соблюдая конспирацию, делать свое дело.

Машина сбавила скорость, наконец остановилась. Буслаева ввели в подъезд особняка, приказали подняться на второй этаж. Там оставили его одного. Осмотрелся. Комната не выглядела жилой, хотя и обставлена была мягкой мебелью. С потолка свисала скромная хрустальная люстра. Над диваном висел гобелен с изображением средневекового замка. Посередине комнаты стоял круглый стол и на нем — букет цветов. Окно выходило в сад.