Анри Верн - Корона Голконды

— Похоже, они трубят сбор, — мрачно заявил Боб. — Но почему они избрали столь странный сигнал?

— Что это за человек, по-вашему? — забеспокоилась девушка.

— Хотел бы я и сам знать ответ на ваш вопрос. Но бесспорно одно: это один из тех, кто убил Раджа Сингха и его стражу, а также обратил в бегство всю дворцовую прислугу. Ясно также, что эти люди достаточно сильны, чтобы опустошать все, что находится перед ними.

Моран замолчал и начал внимательно всматриваться в пространство, освещенное фарами, но человек больше не появлялся.

— Поехали не останавливаясь в отель, — наконец сказал француз. — Хотя этот тип и не претендовал сию секунду на наши жизни, что-то подсказывает мне, что необходимо как можно скорее покинуть эти сады, где, кажется, устроили встречу все злые духи из окрестных мест…

Он включил мотор, и они двинулись дальше.

А вот и монументальный выезд, охрана которого явно дезертировала. Боб без остановки проскочил это место и через необычно пустынную площадь повел машину к отелю. Создавалось ощущение, что этот маленький городок покинули все его обитатели или что они по крайней мере забаррикадировались в своих домах, тщательно закрыв все окна и двери.

У отеля «Королевский тигр» их с Джини ожидал новый сюрприз. Дверь была заперта изнутри, а в окнах не видно ни единого лучика света. Когда беглецы вышли из машины и уже собрались начать колотить в дверь, они увидели длинный острый кинжал с окровавленным лезвием, который торчал, воткнутый в гостиничную дверь на уровне их лица.

Сароджини не смогла сдержать крик.

— Что это значит, Боб? Когда же кончится весь этот ужас?

— Мне и самому хотелось бы это знать. А что касается кинжала, так это явно означает предупреждение нам, чтобы не заходили в отель, вот и все…

Казалось, мужество опять мало-помалу покидает девушку.

— Но что же они хотят от нас? — дрогнувшим голосом проговорила она. — Почему же нас еще не убили?

— Наверное, потому, что мы еще можем быть им полезны. А что они хотят, я, кажется, догадываюсь. По-моему, нам остается только одно: ехать прямым ходом в храм Кунвар, встретиться с Думпа Раи и узнать у него, как добраться до могилы, а там и до тайника с сокровищами.

Девушка вздрогнула. На этот раз, когда она заговорила, в ее голосе прозвучали гневные нотки:

— Забудем о сокровищах, Боб! Я больше не хочу о них слышать. Они уже и так стоили многих человеческих жизней…

— Все это так, но мне кажется, что наши противники хотят добыть именно эти сокровища и не дадут нам с миром уйти отсюда, не доведя их до тайника. Две наши жизни против сокровищ. Ничего даром не дается. Вот почему мы должны поговорить с Думпа Раи. Покажите, где тут дорога на Кунвар. Лучше не терять времени.

Мягко, но настойчиво Боб Моран подтолкнул свою компаньонку к машине. Уселся рядом с ней и включил мотор.

— Показывайте мне дорогу, — снова сказал он девушке.

— Обогните ограду дворца слева, — объяснила Джини. — Затем поезжайте прямо. Так следует ехать километров десять, а потом слева покажется монастырь, как раз почти перед самыми развалинами Старого города.

Моран резко надавил на газ, затем развернул послушную машину и снова рванул вперед в направлении, указанном девушкой.

Но едва машина отъехала, неподалеку раздался тот же самый знакомый им дикий вопль. Ему ответил другой откуда-то с севера, третий прозвучал с запада и еще два с юга и востока.

Боб усмехнулся.

— Они вокруг нас, как звери в засаде, — констатировал он. — Если мы потеряем бдительность, то станем их добычей…

Несмотря на все его мужество, при одной только мысли о встрече с этими существами — теперь уже ясно, что с людьми, хотя и издающими звериные вопли, — у Боба зашевелились волосы на голове.

В течение пятнадцати минут Моран вел машину, не используя всех ее скоростных возможностей из-за плохого состояния дороги. Мощное авто катилось по долине с проплешинами земли, а в лунном свете нет-нет да и обозначались красные, будто покрытые запекшейся кровью скалистые образования. Иногда мелькали речушки и озерца. Но вскоре тропическая растительность заполнила все вокруг. Банановые рощицы шли вперемешку с зарослями кактусов, усеянных по верхушкам колючими шарами, напоминающими гранаты времен первой мировой войны.

И вот наконец, когда они объехали довольно крупную скалу, Джини протянула руку к ветровому стеклу и воскликнула:

— Вот он, Старый город!

Он располагался всего в нескольких километрах от них на огромном каменном холме. С этой точки обзора и в неверном лунном свете он не казался разрушающимся. Но приглядевшись, можно было обнаружить, что в куполах зияли обширные проломы, верхушки минаретов отсутствовали, а стены зданий были увиты растительностью. И главное, над городом нависла гробовая тишина. Такая тишина предшествует смертельному удару.

— А там неподалеку храм Кунвар, — продолжала девушка, показывая на этот раз налево.

Кунвар жил. Его стены и постройки, храм и монастырь действительно почти не были тронуты временем. В свете луны казалось, что монастырь был сделан из одного гигантского мраморного блока.

Боб уже свернул на второстепенную до-рогу, которая оказалась в отвратительном состоянии и по которой было лучше ехать на каком-нибудь копытном транспорте, чем в современной машине. Дорога вела прямо к бронзовой решетке, возле которой находились два изваяния Будды нз порфира. Тут же, напротив одного из Будд, висел большой, тоже бронзовый, гонг и при нем колотушка, обшитая толстой кожей.

Моран остановил машину возле решетки, легко спрыгнул на землю, ухватил колотушку и ударил ею изо всей силы в гонг. Звук отдавался как раскат грома, пронесясь через монастырь.

Потекли долгие минуты. Джини, тоже выйдя из машины, приникла к решетке и рассматривала двор. Наконец показался какой-то дрожащий свет из аллеи, по сторонам которой находились многочисленные статуи, представляющие собой многократные воплощения Гаутамы [6]. Потом возникло какое-то светлое пятно. Это был человек в белой одежде, держащий в руках масляную лампу. Когда он подошел ближе к решетке, Боб и девушка увидели, что череп его гладко выбрит, и поняли, что это, должно быть, бонза [7].

Священнослужитель, оставаясь по ту сторону решетки, спросил на хинди:

— Зачем вы нарушаете покой божьих людей, иностранцы?

На что Джими ответила на том же языке:

— Я дочь Савадра Хана, и мы срочно должны увидеться с Думпа Раи.

Бонза почтительно склонил голову:

— Мы все знаем и почитаем Савадра Хана. Я пойду узнаю, сможет ли Думпа Раи прервать свои упражнения, чтобы принять дочь своего оплакиваемого, безвременно ушедшего друга…