Пропавшие. В погоне за тенью - Сергей Александрович Милушкин

— Это уж точно, — ответил я, вспомнил свои метания, разговор с Ильей, разговор с пьяницей и прочие несуразности

— Я понял. Это место вашей… высадки… То-то она сюда часто приходила… А фотограф… Кеша этот, он ведь не узнал тебя?

— Нет. Здешний Кеша вообще не в курсе, что происходит.

— Значит, когда он сообщил тебе, что я перенес нашу встречу в часовую мастерскую, ты не удивилась?

— Я удивилась твоей находчивости. Впрочем, я никогда не сомневалась в тебе.

Я был польщен. И все же, вопросы оставались. Много вопросов.

Мы крались вдоль толстых красных стен, пока не дошли до того самого слухового окна, в которое когда-то или где-то затянул меня Кеша.

Окно было завалено мусором, ветошью, ветками, жжеными покрышками и прочим мусором. Однако внушительную кучу мы разгребли меньше чем за пару минут — скорее всего, она была сделана для видимости.

Света развернулась и пролезла в окошко первая. Я с неохотой последовал за ней. Мы оказались почти в полной темноте. Света потянула за какую-то веревочку и весь мусор, который мы отбрасывали левее, зашуршал и загородил окно.

— Ну и дела, — удивился я.

— Школу закрыли после того, как в ней пропал ребенок, — сказала Света.

— У нас школа продолжала работать, — ответил я глухо.

— И дети продолжали пропадать, — сказала она.

— Да.

— Это все последствия взрыва? — догадался я, затем вспомнил, что в сумке у меня припасен походный фонарик, достал его и в этой удушающей темноте стало чуть веселее.

Мы дошли до главной галереи, а через несколько минут блужданий оказались в том самом зале, где я видел кожаные кресла, Диану и Иннокентия.

— Последствия взрыва на заводе «Звезда» оказались гораздо серьезнее, чем выводы, сделанные по результатам расследования Госкомиссии. Результатом стали не только исчезновения людей, но и ЦИБ и другие непонятные явления.

— В соседнем дворе играли пацаны в прятки, один забежал в подвал хрущевки. Его так и не нашли, — сказал я тихо. — Я знал его мать, она училась в параллельном классе, Наташка Дорогина девичья фамилия, а сына ее Леша звали. Потом я уехал в экспедицию и не знаю, чем дело закончилось.

Света кивнула.

— Эти случаи участились, а в моем новом мире, как ты уже понял — это все приняло характер эпидемии, цифровая болезнь не щадит никого.

— И всему виной тот самый взрыв?

— Да. Он каким-то образом связал миры… которые нельзя было связывать. И эта эрозия начала проникать все глубже и разъедать без разбора все подряд. И некоторые… такие как твой двойник… воспользовались ситуацией. «Чайка» ближе всех подошла к пониманию того, что произошло. И мы пытаемся исправить ситуацию.

— Исправить ситуацию? — изумился я, очерчивая тонким лучом фонаря огромный подземный зал, в центре которого, к своему изумлению, я увидел те же два кожаных кресла и небольшой столик между ними.

Света махнула рукой и как ни в чем не бывало сказала:

— Присаживайся. Мы должны вернуться на завод в момент взрыва и попытаться предотвратить его.

Я плюхнулся в удивительно мягкое и упругое кресло и только теперь почувствовал, как же я устал.

— Вернуться в момент взрыва? Ты не шутишь?

Я посмотрел на Свету, но она была предельно серьезна.

— Боюсь, если мы не справимся, то тебя, меня, всех нас ждет что-то гораздо худшее, чем объявление в розыск по уголовной статье.

Где-то в глубине этого чудовищного подвала раздался глухой рык, и моя кожа покрылась мурашками. В последний раз я слышал что-то подобное ночью на охоте в бразильских джунглях. Но здесь были не джунгли, это был почти центр города.

Внезапно у Светы в кармане что-то пискнуло. Она вытащила небольшой телефон, прочитала сообщение и повернулась ко мне.

— Новая жертва. Антон нашел еще одного обладателя часов. Если он опередит нас, ты даже не представляешь, что может случиться.

Я с минуту переваривал эту информацию, потом медленно произнес.

— Он что, тоже хочет туда попасть?

Глава 5

— Я до сих пор не верю, не могу, не получается верить, что мы тут сидим, в подвале седьмой школы, которая данным-давно не работает, там наверху живут люди, ездят трамваи, работают предприятия, контролеры ловят безбилетников — все почти неотличимо, но это… чужой мир!

Света нагнулась к квадратному столику между нами, оказавшемуся тумбой, открыла дверцу и достала оттуда… я не поверил своим глазам.

— Гари Олдман… — прочитала она на этикетке. — Думаю, ты не откажешься…

— Спрашиваешь… только Гари… как? Это что ли тот самый? Который в «Пятом элементе» снимался?

— И в «Трассе 60».

— И в Леоне!

— Ха, а в «Дракуле» помнишь?!

Я усмехнулся.

— Интересно, это тот же самый Гари или другой?

— Давай попробуем? — предложила Света.

Она разлила виски по стаканчикам.

— Из закуски только шоколадка.

— Лучше шоколадка, чем соленый огурец.

Я слегка пригубил янтарную жидкость, губы защипало и, не задумываясь, вылил содержимое стаканчика в рот. Внутри полыхнуло и почти сразу вслед за огненным пожаром по телу разлилась какая-то фантастическая нега.

— Как же он хорош, этот Гари! — выдохнул я.

Света с улыбкой посмотрела на меня, пригубила виски, но целиком пить не стала.

— Меня от виски развозит, если честно, — призналась она. — Но я тебе верю.

— Ага, — кивнул я.

Внезапно в темноте за углом послышался шаркающий звук, я от неожиданности дернулся и едва не выронил стаканчик. Сердце глухо забилось. Я моментально вспомнил одноклассника фотографа — Кеши, которого тот заманил и закрыл в этом самом подвале из мести и в итоге пацан пропал с концами. Ведь это мог быть он!

Я даже привстал, но Света протянула руку и удержала меня.

— Нет, — сказала она. — Это просто коты.

Она знала об однокласснике Кеши? Наверное знала, ведь она работала в «Чайке», которая наверняка собирала все подобные