Юрий Кунов - Искатель, 2014 № 07

— Будет!

Майор размахнулся и швырнул ракушку далеко в реку. Когда булькнув, она ушла под воду, он сказал деловым тоном:

— Итак, попробуем воссоздать эпизод погружения.

— Я думаю, Квасова вошла в воду и…

— Поскольку была пьяна, споткнулась и, падая, порезала себе ладошки. Вот так.

Посохин выбросил вперед руки, показывая, как это могло произойти.

— Нет! Насколько я знаю, Квасова почти не пила спиртного.

— Но в тот раз она ведь могла в веселой компании расслабиться и бухануть не по-детски?

— Исключено. Поесть она любила, но хватить лишнего… Я помню, мы как-то вместе оказались в гостях, так она за весь вечер выпила лишь два неполных бокала белого вина. Что-то легкое, французское. Хотя водка была там тоже очень недурная. И коньяк на столе стоял.

— Может, в изысканном обществе застеснялась?

— Такое чувство Рае Квасовой было неведомо.

— Ладно, опросим родственников и знакомых о ее пристрастиях.

— Я, думаю, кто-то поспособствовал ее падению. Допустим, она все-таки позволила себе выпить водки. Сколько это могло быть граммов? Уверена, не больше пятидесяти.

— А если она пила вино?

— Хорошего вина она могла выпить граммов двести-триста, наверное. С такой дозы не зашатаешься даже без закуски. Тем более при ее габаритах. Экспертиза не обнаружила никаких следов токсинов в крови? Яды, лекарства, наркотики?

— Ничего из того, что наши химики в состоянии были обнаружить. Может, нога подвернулась, и она упала?

— Спуск здесь очень пологий. Ям нет. В реку она всегда заходила чинно. Благородные дамы, а она себя таковой и считала, не прыгают в воду с разбега.

— Толкнули и придержали головку?

— Человек, ее толкнувший, должен отличаться недюжинной силой. Раиса весила около центнера.

— Или это был не один человек.

— Может быть.

— Так. — Посохин глянул на часы. — Вытирайтесь, одевайтесь и пойдемте, уважаемая Валентина Васильевна, навестим соседей господ Квасовых.

— Дубко?

— Можно начать и с Дубко. Одевайтесь, а я пока поляну осмотрю.

— А что с вещами Квасовой? Вы в морге мне про них ничего не сказали. Не голышом же она сюда пришла?

— Нет, конечно. Пропали халат, босоножки, мобильный телефон. Еще очки и полотенце. Стоимость телефона, вернее смартфона, под тридцать тысяч. «Нокиа Е7». Куплен был в начале этого года. Дочка сказала. Во всяком случае, за него тетку могли укокошить. Но местных при таком раскладе я отбрасываю сразу. Связка ключей еще пропала. Квасов обещал хорошенько посмотреть, все ли в их доме на месте. Дочка приедет — ее тоже озадачу.

— Разговоры по телефону Квасовой после ее смерти были?

— Мы запрос еще не подавали. Вчера нужно было срочно одно дело закончить. А главное Карельский пока не определился…

— Павел, если это было ограбление, то почему с Квасовой кольца не сняли?

— В запале могли забыть. Утопили и тут же труп оттолкнули подальше от берега, чтобы все было шито-крыто. А потом уже плыть было поздно. Или снять не смогли. Например, времени не хватило. Хотя, никаких повреждений на ее пальцах не было. Да и на теле, между прочим, тоже. Вы сами видели. Ладно, телефончик мы пробьем, у местных урок насчет чужаков поинтересуемся… Черт! Нет у меня ощущения, что это банальное ограбление. Подсознание упорно отказывается принимать данную трактовку событий.

— Что тогда? Небанальный несчастный случай?

— Тем более не верю. Почти трезвая, выросшая на реке, здоровая как лошадь тетка и вдруг ни с того ни с сего утонула?

— Всякое бывает. Почему она случайно не могла утонуть?

— Пока по кочану, как любит говорить мой начальник. Душок какой-то нехороший от этой Квасовой идет. Она просто напрашивалась, чтобы ей голову свернули. — Посохин нагнулся, подобрал пару ракушек и, обтерев песок, сунул их в нагрудный карман рубашки. — Карельский теперь будет вынужден со мной согласиться, что здесь не все так просто. Ссоры с мужем, соседями. Причем постоянно. И с братьями по классу свары были. Я Жарких вчера поручил навести про нее кое-какие справки. Так, осторожненько. Что он и сделал. Эта бизнесменша многим дорогу перешла.

Глава 10

Посохин повернул ручку и открыл покрытые лаком деревянные воротца. Валентина Васильевна вошла во двор Дубко следом за майором.

Залитый цементом и чисто выметенный двор был пуст.

Рыбакова заметила, как в дверном проеме времянки мелькнул силуэт Льва Сергеевича. Майор его тоже не проглядел.

— Хозяин! Полиция! — крикнул Посохин.

Из летнего домика вышел голый по пояс Лев Сергеевич с пластмассовым ночным горшком на голове. В правой руке он сжимал проволочную рамку, которую энергично вращал перед собой. Рамка была сделана из толстой алюминиевой проволоки.

— Чем могу быть полезен? — поинтересовался Дубко у непрошеных гостей, подходя к ним почти вплотную.

— Это что такое? — Посохин с удивлением посмотрел на Валентину Васильевну. — Больной что ли?

Рыбакова улыбнулась — Лев Сергеевич с горшком на голове был похож на интеллигентного немецко-фашистского захватчика — и покачала головой.

— Что с вами, уважаемый? — с иронией спросил Посохин, глядя на пенсионера сверху вниз. Тот был ниже майора почти на голову.

— Защита от электромагнитных импульсов, — без тени насмешки ответил ему Дубко. — Инопланетяне пытаются разобраться в нашем мыслительном процессе, а пластик мешает им сканировать мой мозг.

— Они, что, у всех людей мозги пытаются сканировать?

— Ваши мозги инопланетян вряд ли могут заинтересовать, — задиристо вскинул голову пенсионер.

— Согласен, — кивнул Посохин.

— Лев Сергеевич, а рамка для чего? — спросила Валентина Васильевна.

— Помогает определить степень заражения территории.

— Чем? — Посохин с любопытством уставился на Дубко.

— Инопланетными фекалиями. Они достаточно токсичны.

Майор засмеялся. Рыбакова, отвернувшись, поправила прическу.

— Господин Дубко, тогда, может, мы пройдем в помещение? Есть не менее интересная тема для беседы, — все еще улыбаясь, сказал Посохин.

— Прошу в мой кабинет, — свободной рукой указал Лев Сергеевич на времянку.

— Спасибо!

Войдя в комнату, хозяин пригласил гостей сесть и снял с головы горшок. Рамку он положил на письменный стол.

— О чем будем беседовать, господа? — устраиваясь в стареньком кресле, спросил Дубко.

— Лев Сергеевич, вы хорошо знали Раису Квасову?

— Мою соседку?

— Вашу соседку.

— Более или менее. Что конкретно вас интересует?