Н. Аббре - Приказ для дамы

Что главное для сочинителя? Главное сделать ноги от известности и популярности. Косвенная известность, если ее автор выносит — допустима, но прямая популярность, если она не предназначена для получения денег, вообще не нужна. Если автора хвалят, то чаще для того, чтобы зависнуть крепко в его коммах для увеличения личной популярности. Если ругают, то для потопления ближайших конкурентов. К чему песня? В сети снизошли до сетевого автора. Вникните, господа сочинители! Всемогущая сеть дошла до того момента, когда авторы известные в сети, могут стать объектом для общего обсуждения. Актеры и певцы, которых уже со всех сторон обгрызли словами, не давали подписку на то, что их будут третировать в сети по любому поводу. Результат? Чище стала главная страница сайта, и остальных литературных сайтов, испугались господа авторы и покинули блок пост известности. Не за горами то время, когда тысячи неизвестных авторов тонкой струйкой попадут на главное чистилище — на главную страницу сети. Для чего человек пишет? Для того чтобы отвести душу и очистить голову от назойливых мыслей.

Публикации в сети для этого более чем достаточно. Кто хочет опубликоваться на бумаге, должен иметь деньги и бронированную нервную систему. При публикации в бумаге автор теряет личную индивидуальность. Его творчество исправляют до такой степени, что автор теряет чувство реальности. В его душе появляется устойчивая ненависть к тем, кто его тексты исправил, снимая с него часть ответственности. Если тексты не правят за автором, то они неизбежно становятся болотом. Чтобы стать популярным автором, надо хорошо поссорить деньгами для личной рекламы. А оно надо? Современные книжные магазины угнетают затоваренностью. Ваши книги оставят под потолок, и никто их не увидит. Книги современных классиков так многочисленны, что вызывают ужас своим количеством. Книги авторов, в которые автор вложил тьму денег на издание и на рекламу, поражают своей не дееспособностью. Авторы, живите долго и счастливо, главное обдумывайте свою популярность заблаговременно.

Он пытался писать лежа. О чем? Скорее о ком. Была в его жизни платоническая любовь по имени Агнесса. Он посмотрел в окно: белесое небо ответило ему полным спокойствием. Да и он был спокоен. Его любовь, проверенная временем, никогда не имела физического завершения. Это было тогда, когда не было компьютеров и сотовых телефонов. Ему захотелось создать повесть о той, которая постоянно попадала в его поле зрения, но никогда его не любила. Он всю сознательную жизнь работал домашним детективом этой женщины. Его она не замечала, даже тогда, когда он был рядом. Джек увидел Агнессу в окно агентства, расположенного рядом с ювелирным магазином, где он был негласным охранником. Из его окна был виден вход в магазин, за которым он невольно наблюдал. Он увидел молодую особу в белой шубке, с красным длинным шарфом, завязанным под воротником. Концы шарфа совпадали с длиной шубки. На руках у нее были красны варежки, а на голове был — белый берет с красным помпоном. Столь яркая девушка заставила его подняться с места и выйти на улицу.

Снег летел и кружился. Легкие изящные снежинки танцевали свой снежный танец. Они спокойно цеплялись за темно — зеленые иголки елей и сосен. Иголки не удерживали снежинок, и они, срываясь с иголок, летели на землю. В кирпичной башне, расположенной рядом с сосновым бором, разместился магазин 'Серебряное копытце'. Джек вошел в магазин. Свет дневных ламп освещал маленькие блестящие камни на кольцах и сережках. Девушка стояла у витрины с золотыми украшениями, ее неудержимо притягивали к себе прозрачные сверкающие камни в золотом оформление. Агнесса попросила продавца показать сережки с бриллиантами. Хрустальные грани сверкали на ее ладони так близко и призрачно, что она невольно приложила их к мочке уха, и посмотрела в зеркало. Прозрачные грани, переливаясь в лучах света ламп, вызвали у Джека странное чувство, о том, что он знает, как можно найти в этом мире бриллианты. В его доме никогда не было бриллиантов, но когда он о них читал в книгах или смотрел фильмы с погоней в поисках бриллиантов, ему всегда казалось, что он все знает раньше любого героя. Он очень любил детективы с алмазами, другие камни его не привлекали. Девушка на секунду задумалась, и тут же вернула сережки с маленькими бриллиантами продавцу. Денег у нее хватило на сережки — гвоздики с красным камнем, турмалином, которые напоминали ей ягоды рябины. Джек и не сомневался тогда, что она купит красные камни под цвет шарфа и помпона.

Через несколько дней Джек вновь увидел очаровательное создание. У него появилась жгучее желание с ней познакомиться, но он упустил свой первый шанс.

Легкий снег искрился в лучах уличного фонаря. Агнесса крутилась на одной ножке вместе со снежинками, как ножка сережки в ее ухе, когда она проверяла, на месте ли она. Ее светлая шубка в снежинках превратилась в сверкающее чудо. Рядом с девушкой остановился Марк. Девушка удивленно посмотрела на него. Он был в темном коротком пальто, с пушистым шарфом на шее.

— Спасибо за фотографию с рябиной у губ, — промолвила смущенно девушка, вспоминая молодого человека, которого она встречала один раз.

Не все умела Агнесса: она плохо ориентировалась по компасу. Как-то ее пригласили участвовать в соревнованиях по ориентированию по пересеченной местности на лыжах. Идти на лыжах одно удовольствие, но держать ориентир, и выяснять с какой стороны у деревьев мох растет — это не по ее части. Она могла запросто в лесу заблудиться. Девушка могла запоминать ориентиры на лыжне, но поставить ориентир на карте она не могла. Тормозило ее что-то. В результате Агнесса почувствовала, что проигрывает соревнования по ориентированию из-за своей неумелости.

Господин случай ей помог. По лыжне шел самый обыкновенный чайник на старых лыжах с убогими палками в руках. На нем был застиранный костюм зеленого цвета. Шапочка неопределенного цвета закрывала лоб. Ничего красивого во встречном лыжнике не было. И шел он плохо. И выглядел скверно. Агнессе лыжник не понравился, и она растерянно взирала на компас и планшет с картой. Страшилка на лыжах остановился, посмотрел на муки лыжницы. Его глаза мгновенно стали умными, а пальцы без грубых варежек оказались необыкновенно красивыми. Незнакомец поставил нужную точку на карте и рукой показал, где следующий ориентир на местности.

Он сказал странную фразу:

— Девушка, вы остановились на историческом месте: здесь в 1812 году проезжала карета, а в 1941 году по льду проехал танк…

— Простите, но я сейчас участвую в соревнованиях по лыжному ориентированию, — бросила на ходу Агнесса. — Спасибо за точку на карте!