Дина Полоскова - В погоне за Иштар

Едва дождавшись, пока дверь за бравиумом закроется, Ишма схватилась руками за низ живота и заплакала в голос.

Семь драгоценностей оставила я детям Зиккурата,чтобы посмотреть, достойны ли онивозвращения величия своего мираи обладания Радостным Знанием…

— Да выключите, наконец, этот сигнал тревоги! Ей-прогрессу, действует на нервы!

— Есть, сэр.

Капитан внимательно изучал показатели приборов.

— Попробуем оторваться, капитан?

— Вряд ли это возможно. Если я прав… Атлант, как мы умудрились подпустить их так близко?

— В этом секторе повышенная плотность магнитных колебаний, кап. Они воспользовались тем, что корабли здесь не обращают внимания на показатели магнитного поля.

— Но как им удалось подобраться незамеченными? — механик Леонид — вся команда почему-то звала этого монстра «Левочкой» озабочено всматривался в экран, на котором мигали две точки — желтая, изображающая Персефону, и красная, изображающая чужой корабль. Красная была больше. Намного больше, и это никого не радовало.

— Если я не ошибаюсь, корабль окружен сетью с космической туманностью в ней. Если бы не пробоина в их сети, и не почти убежавшая туманность, мы бы и не заметили их, пока не стало бы слишком поздно, — ответил капитан.

— Вот видите! — непонятно чему обрадовался Атлант, — А ты еще не верил в мою интуицию, кап. Всего лишь пара выстрелов — и сеть-то у них… Прохудилась!

— Атлант, — не понял мистер Эддар, — Ты что, стрелял просто так? В открытое пространство?

У остального экипажа вид был тоже откровенно опешивший.

— Не просто так, — не согласился робот, — Я же говорю, интуиция!

— Глупости. У роботов не может быть интуиции, — не согласилась с Атлантом старший научный сотрудник, на что робот только развел руками, мол, победителей не судят, и то, что мои необоснованные на первый взгляд действия помогли нам обнаружить преступников, — лучшее тому доказательство!

— Ты сбрендил! — не выдержал, наконец, Деммиз, — Ты хоть представляешь, что произойдет с этими зарядами в космосе! Столкнувшись с мирным кораблем, они причинят кому-то вред! И, скорее всего, людям!

— Ну, во-первых, они могут и не столкнуться с мирным кораблем, — не согласился Атлант, — По теории вероятности в этом секторе у них больше шанс столкнуться с почтовой ракетой, которой управляет удаленная автоматика…

— Ты с ума сошел… — не поверила своим ушам Римма.

— Но и этого не случится, потому что я стрелял самоликвидирующимися зарядами, — с видом победителя закончил Атлант.

— Атлант, я всегда говорил тебе, что у тебя нездоровое чувство юмора, — хмуро сообщил капитан, на лице которого читалось некоторое облегчение.

— Но все-таки оно у меня есть, кап, — и робот подмигнул красным глазом.

— Остается решить, что делать с нападающими, — кисло заявила Римма, — Капитан, мы точно не сможем уйти?

— Не думаю. Они используют магнитное поле, превышающее мощность наших двигателей.

— Ну вот! Значит меня, наконец, освободят, — гордо подала голос я.

Сразу семь пар глаз уставились на меня. Одни, темные, глубоко посаженные, задумчиво прищурились. Другие, раскосые, принадлежащие моей лучшей подруге — расширились от удивления. Надменные и одновременно недоуменные, голубые — мол, а она вообще кто? И что она здесь делает? — кажется, помощник капитана и первый пилот по совместительству с трудом меня вспомнил. Откровенно злобные, полные презрения, желтовато-ореховые, принадлежащие рыжебородому механику… Нет, лучше не анализировать этот взгляд. И три пары глаз, принадлежащие роботам, — двое пластиковых хозяйственных роботов тоже были здесь, и даже в их глазах-кнопках я прочитала осуждение. А Атлант и вовсе укоризненно покачал железной головой.

— В ваших же интересах, мисс Кроули, чтобы вас не освободили, — усмехнувшись, сообщил мне блондин и вернулся к панели управления. Рыжебородый механик уже знакомо сплюнул и сжал жестяную банку пива в руке так, что светлая пенящаяся жидкость брызнула во все стороны, так что у пластиковых роботов сразу появилась работа.

— Это корабль тоа-цев, из системы Рыси, — лаконично сообщил Атлант и, словно этим было все сказано, и присоединился к Деммизу.

Я перевела взгляд на подругу, но та лишь нервно передернула плечами. Заглядывая через голову к Левочке, она хмурилась все больше и больше.

— Лучше вам никогда не узнать, как тоа-цы обращаются с пленными невольниками, — ответил мне за всех капитан, и, подумав, добавил, — И с невольницами. В лучшем случае — Дем, подбавь давления в левом шлюзе и блокируй правый — в лучшем случае после сексуального рабства на корабле вас ожидает место в гареме на одной из отсталых планет. Да, в лучшем случае, Тара.

— А в худшем? — я не хотела, но мой голос предательски дрогнул.

— В худшем… — мистер Эддар задумался и окинул меня быстрым взглядом.

На выручку ему пришел первый пилот.

— В худшем — не все выживают после полета на корабле тоа-цев, мисс. А если выживают, вид у них настолько… Как бы вам объяснить…

— Нетоварный, — зло бросил через плечо Левочка.

— Да, Левочка, спасибо. Атлант, проверь показатели датчика давления… М-да, потрепанный. Потрепанный настолько, что место несчастным с трудом находится в каком-нибудь захудалом борделе для добытчиков на прииске-астероиде или колонизированной луне. Добытчики и колонисты — они, знаете ли, народ неприхотливый, непритязательный.

— Мистер Эддар, — мой голос сорвался, — У нас есть шансы уйти?

— Римма, уведи свою подругу, приготовьтесь. Запритесь за двойными дверями товарного отсека, и упаси вас прогресс выйти оттуда. Приготовиться к стыковке.

Плохо слушающимися пальцами я приняла от Риммы маску. Неплохое изобретение для девушек, кто боится возвращать ночью домой. Взглянула на подругу — и еле сдержалась, чтобы не взвизгнуть. Вот знала же, что увижу — и все равно не смогла удержать дрожь. Понятно, почему капитан приказал нам запереться в товарном отсеке. Да увидев эту помесь йети с жителем планеты Оскароза, похожим на мохнатого паука, свои же первыми откроют огонь.

— Интересно, как у них в распоряжении оказался клочок космической туманности? Правда, благодаря Атланту, теперь она практически просочилась через сеть, и нам уже все равно ее не поймать… — сбивчиво бормотала Ри себе под нос.

— Римма, я не выдержу сидеть здесь.

— А мы и не будем сидеть, — невозмутимо пожала плечами подруга, протянув мне пару бластеров и метательных ножей.