Алистер Маклин - Дрейфующая станция «Зет». Караван в Ваккарес

С другой стороны, я уверен, что вы не будете стоять насмерть, чтобы помешать уйти мне и обеим девушкам. Они всего лишь парочка романтичных и пустоголовых туристок, которые решили немного поразвлечься и, помимо своей воли, оказались в самой гуще грязных дел. — Боуман старался не смотреть на Лилу и Сессиль. — Правда, мне будет нетрудно организовать вам неприятности, но ничего серьезного у меня все равно не получится. Я могу выдвинуть против вас только словесное обвинение. У меня нет ни единого доказательства, а убийство в пещере вам не пришьешь. Единственное мое доказательство — это сами ученые и их жены, но к тому времени, как я успею что–либо предпринять, они уже будут на полпути в Китай, так?

— Я считаю, что твои рассуждения не лишены здравого смысла, — медленно произнес ле Гран Дюк. — Если ты попытаешься заставить нас драться и выдать ученых или их жен, ты не покинешь это судно живым. Ты и эти две дурочки, как ты сказал, совсем другое дело. Вы можете только возбудить подозрения против нас, но не более, а это лучше, чем жертвовать своими людьми.

— Среди жертв можешь оказаться и ты сам, — вставил Боуман.

— Такая вероятность существует.

— Ты для меня самый ценный заложник, — сказал Боуман.

— Я тоже так думаю. — Ле Гран Дюк тяжело поднялся на ноги.

— Мне это не нравится, — вмешался Кзерда. — А что, если?..

— Ты хочешь умереть первым? — спросил ле Гран Дюк усталым голосом. — Оставь мне решение проблем, Кзерда.

Кзерда замолчал. По знаку Боумана обе девушки покинули каюту и поднялись по сходням. Боуман шел следом, спиной к ним и лицом к цыганам. Его пистолет был приставлен к груди ле Гран Дюка. В конце сходней Боуман обратился к девушкам:

— Отойдите и скройтесь с глаз. — Он выждал секунд десять, а затем велел ле Гран Дюку: — Повернись!

Тот повернулся. Боуман сильно толкнул его вниз по сходням, и ле Гран Дюк, спотыкаясь, почти падая, влетел на судно. Сам Боуман в тот же миг бросился на землю: существовала реальная опасность, что кто–нибудь из его противников передумает. Выстрелов не последовало, и шагов не было слышно. Боуман осторожно поднял голову. Моторы снова взревели.

Катер отошел уже на расстояние двадцати ярдов и стремительно удалялся. Боуман быстро поднялся и вместе с Сессиль и Лилой побежал к «роллсу».

Карита удивленно уставилась на него.

— Вон! — рявкнул Боуман.

Карита раскрыла было рот, чтобы возразить, но Боуман не пожелал и слушать. Он рывком открыл дверь и буквально вынес девушку на дорогу, а сам сел за руль.

— Подожди, мы едем с тобой… — начала Сессиль.

— Не сейчас. — Боуман наклонился и взял ее сумочку. Сессиль смотрела на него раскрыв рот, но не сказала ни слова. — Идите в город. Позвони в полицию, в Сен–Мари, скажи, что в кибитке, в километре к северу от города, заболела девушка и что ей срочно нужна помощь. Ничего больше не говори, а просто положи трубку. — Он кивнул в сторону Лилы и Кариты: — Эти сойдут для начала.

— Для начала? — Сессиль была явно изумлена.

— В качестве свидетельниц со стороны невесты.

Дорога между Эгю–Морте и Гро–дю–Руа, длиной всего в несколько километров, почти все время идет параллельно каналу и на расстоянии нескольких футов от него. Единственной границей, если вообще подходит такое определение, между дорогой и каналом является узкая полоска тростника. Сквозь заросли этого тростника Боуман и увидел в первый раз катер менее чем в ста ярдах впереди. Он шел с огромной скоростью, и разбегающиеся от кормы волны с силой бились о берег.

Серл стоял у руля. Эль Брокадор и Ференц внимательно следили за пассажирами, а ле Гран Дюк и Кзер–да о чем–то разговаривали, сидя у входа в каюту. Кзер–да, выглядевший огорченным, глядя на ле Гран Дюка, сказал:

— Но почему ты думаешь, что он не причинит нам вреда?

— Я убежден. — К ле Гран Дюку вернулась былая самоуверенность.

— Но он, как пить дать, пойдет в полицию.

— Ну и что? Ты же слышал, что он сказал. И вообще, что он может один против нас всех, когда все его живые свидетели будут уже на полпути в Китай? В полиции подумают, что он сумасшедший. А если и нет, то все равно они ничего не докажут.

— Мне все равно не нравится, — продолжал Кзерда упрямо. — Я думаю…

— Предоставь это делать мне, — грубо оборвал его ле Гран Дюк. — Боже мой!

Раздался звук выстрела, звон разбитого стекла и глухой вскрик. Серл выпустил штурвал и схватился за левое плечо. Катер развернуло, и он пошел прямо на левый берег. Ситуацию спас Кзерда. Хотя он был самым старшим по возрасту и стоял дальше всех от штурвала, но отреагировал очень быстро и крутанул штурвал вправо. Ему удалось не посадить катер на мель, а возможно, даже спасти от крушения, но предотвратить удар левым бортом о берег он не смог. От удара все повалились на пол, за исключением самого Кзерды и тех, кто в этот момент сидел.

Внезапно Кзерда заметил Боумана, который мчался по дороге, сидя за рулем зеленого «роллс–ройса». В открытое окно он целился из пистолета в ле Гран Дюка.

— Ложись! — заорал Кзерда, и сам оказался первым, кто очутился на полу. — Всем лечь!

Опять прогремел выстрел, раздался звон разбитого стекла, но на этот раз никто не пострадал. Кзерда поднялся, передал штурвал Мазэну и присоединился к ле Гран Дюку и Ференцу, который на четвереньках пробрался на корму. Все трое пригнулись за планширом, затем снова выпрямились, пряча пистолеты за спину. «Ролле» отстал ярдов на тридцать: впереди него шел трактор, который тащил за собой огромный трейлер. Боуман не мог обогнать их из–за потока встречных машин, идущих с юга.

— Быстрее, — сказал Кзерда Мазэну. — Держи катер так, чтобы трактор прикрывал нас. Вот так! — Он увидел, что встречный поток машин кончился, и Боуман увеличил скорость. — Он пошел на обгон!

Появился длинный зеленый капот «роллса». Трое на катере прицелились. Тракторист, видя все это, резко затормозил и повернул руль. Все закончилось тем, что трактор остановился, когда его переднее колесо зависло над самой водой. «Ролле» появился в зоне видимости. Боуман с пистолетом в руке моментально оценил ситуацию, бросил пистолет и нырнул на пол машины. Он вздрогнул от резких ударов пуль в обшивку. Лобовое стекло неожиданно покрылось мелкими трещинами, и смотреть сквозь него стало совершенно невозможно. Боуман ударом кулака вышиб стекло, вдавил педаль акселератора в пол и стал быстро набирать скорость. Было ясно, что момент внезапности упущен, и теперь у него неважные шансы выстоять против трех вооруженных мужчин. Неожиданно он подумал о том, как отнесется ле Гран Дюк к тому, что его «ролле» вдруг резко упал в цене.