К теплым морям. Том первый - Sgtmadcat

— А чё я? Я охуел.

— А он чё?

— Поржал и говорит: «Кореша зови».

— А ты чё?

— Чё-чё! Тебя вот позвал. Иди на корму — тебя теперь спрашивать будет.

— Ясно. А корма — это куда?

— У-у-у… Сразу незачёт. Это я тебе как боцман говорю. Корма — зад, нос — перед. Не перепутай!

Глава 20

Рабочие моменты

Дневная жара раскалила бетон пирса, но Обмылок, не обращая на это внимания, сидел, обхватив голову руками, и, раскачиваясь взад-вперед, усиленно думал. Бардья стоял рядом и нервно курил, глядя на приятеля.

— Ну ты зачем ему про это-то начал рассказывать?

— Да ты ж сам сказал: «Говори как есть!»

— Я тебе такого не говорил, — возмутился Бардья. — Я сказал, что я всё как есть рассказал. Он не первый день в море — всё равно бы всё понял. А ты зачем ему начал хвастаться, что ты «шустрила» уличный? Сказал бы, что хочешь на моряка выучиться, взяли б тебя юнгой каким и дело в шляпе!

— Ну вот мог бы предупредить.

— Да мне-то откуда было знать, что ты так тупанешь в ответственный момент? Ты ж всегда пиздец каким смышлёным был.

— Ну не разбираюсь я в этих ваших морских делах… — Обмылок решительно вскочил: — Ладно. Дело-то в сущности плёвое…

— В смысле?

— Бородатый сказал, что мне надо у его помощника, который на мачте кукует, портсигар спереть, когда он в город пойдет. Проверить хочет мои способности.

— И ты собираешься…

— А че тут собираться? Я что, портсигар у морячка не отмучу? Сто раз такое проворачивал!

— Ты только смотри аккуратно… Это не простые «морячки».

— С чего ты взял?

— Опыт подсказывает. Военный корабль. Новые движки ставить будут. Собираются в Острова. Никакая мысль не проскакивает?

— Вольные?

— Угу. И я тебе скажу — отношения с господами офицерами на таких судах лучше не портить. Объяснить почему?

— Валяй…

— Потому, что на вольных кораблях капитан — Король и Всемогущий в одном лице, а офицеры за апостолов и только от них зависит, будешь ли ты иметь отдельную каюту и жирную долю в добыче, или тебя отправят за борт в тысяче миль от ближайшей земли.

— Ой да ладно, — раздраженно отмахнулся Обмылок. — И не таких видали…

— Смотри сам… — нахмурился Бардья. — Но если капитан попросит тебя постирать его портянки, лично я советую тебе задать один вопрос: «Хозяйственным или банным?»

— Мне б сперва на борт попасть.

— Тут тоже смотри сам. Помощник этот неспроста так высоко забрался. С ним ухо востро держать надо.

— Не учи ученого…

Обмылок покосился на Старпома, который махнул Марио: «Я в город за… Запчастями для рации!» — и, лихо сбежав по сходням, скрылся за воротами верфи.

— Ладно — я пошел. Займи мне пока шконку получше… — вскочив, Обмылок отряхнул задницу и припустил следом.

— «Койку», придурок. Шконки в тюрьме…

Аккуратно погасив бычок об подошву, Бардья неодобрительно посмотрел ему вслед и пошел обратно на судно. Сам он уже успел обосноваться в восьмиместном кубрике с Марио и Федором. Отдельная каюта ему пока не полагалась, тем более, что они на судне стремительно заканчивались: кроме корабельного лазарета и соседствующей с ней каютой врача, Доктор истребовал себе отдельное помещение под изолятор, ссылаясь на то что в Островах есть риск подхватить заразное, медицинскую лабораторию и склад медикаментов, а также небольшую «темнушку» для физических приборов. После чего его «владения» на судне стали вторыми по размеру, после вотчины Механика. Старпом активно поддержал его начинания и Капитан сдался, разрешив занять под это дело практически все оставшиеся двухместные каюты для младшего офицерского состава.

Уложив свои нехитрые пожитки в рундук, Бардья запер его на личный замочек, повесил веревочку с ключом на шею и пошел разбираться в боцманском хозяйстве попутно присматривая себе матрац помягче.

* * *

Тем временем Старпом, расположившись в маленьком уличном ресторанчике в тени огромного каштана с чашечкой кофе, отдыхал от жары, курил и, при помощи зеркальной витрины, посматривал за пырящимся на него из-за угла Обмылком, которого он заметил еще по дороге из порта. Тот же, не подозревая, что его заметили, пристально наблюдал за лежащим на краю стола портсигаром. Старпом сидел к нему спиной с беспечным видом прихлёбывая из чашки. Оглядевшись по сторонам и еще раз убедившись, что зной загнал всех по тенистым укрытиям, Обмылок наконец решился и начал разбег.

Ухмыльнувшись такой простоте, Старпом залпом допил кофе, щелчком пальцев отправил портсигар на другой конец стола и носком туфли выдвинул пустующий стул вбок. Разогнавшийся Обмылок об этот стул предсказуемо навернулся, предварительно цапнув рукой пустоту, прочертил в пыли длинный тормозной след и, вскочив, на четвереньках скрылся за углом. На шум из помещения высунулся хозяин.

— Воришка… — спокойно пояснил Старпом, ловким движением ноги возвращая перевернутый стул на место. — Хотел стянуть мой портсигар.

— Ай-яй-яй… — хозяин сочувственно покачал головой. — Такая молодежь пошла, синьор… Совсем не хотят работать! Еще кофе?

— Если вас не затруднит…

Старпом с вежливой улыбкой подал ему блюдце с чашкой, достал из портсигара сигарету, постучал ей по крышке, прибивая табак, и, закурив, задумчиво посмотрел в том направлении, куда скрылся Обмылок.

* * *

Механик, увлеченно перебиравший отмокавшие в масле детальки, оторвался от своего увлекательного занятия и вопросительно посмотрел на сунувшегося в отсек Бардью. Тот осторожно козырнул и вошел весь.

— Я, господин старший механик, познакомится… Новый боцман я. Сегодня взяли.

Понимающе кивнув, Механик помыл руки и поставил на плитку чайник. Бардья, тем временем, с удивлением оглядывался. Изрядное количество имевшегося свободного времени Механик использовал на всю катушку, так что теперь мастерская была оборудована решительно всем что могло понадобится и даже больше.

Капитан, как и обещал, разорился на оснастку и, имея «святую троицу» в виде токарного, фрезерного и сверлильного станков, Амяз вдохновенно принялся творить. Теперь одна стена была занята огромным стеллажом где рядами были закреплены всевозможные приспособы и насадки позволявшие нарезать зубья на шестернях, фрезеровать детали сложных форм, сверлить отверстия с высокой точностью, затачивать, обтачивать, вытачивать все, что душа пожелает и что не пожелает тоже.

Вдоль другой растянулся огромный верстак над которым был закреплен стенд с молотками, ключами, напильниками, съемниками и еще чем-то что даже опытные слесаря называли «вон та хрень». Заглянув в соседнюю дверь Бардья обнаружил столярку, оборудованную с тем же размахом, уважительно крякнул и достал карманные часы.

— Господин старш…

— Амяз… — прервал его Механик, и отобрав часы, поднес к уху, — Совсем-воопше не ходят.

— Ага. И когда трясешь — внутри че-то пересыпается… Я, если