Наталья Патрацкая - Роковой поцелуй

– Лиана, а что если и прошлый раз вас эти мышка с кошкой напугали?

– По идее их здесь не должно быть.

Кошка и мышка исчезли среди мебели или в пространстве.

– Нам показались они, – сказал тихо Валера, – здесь никого нет.

В этот момент подломились ножки стола, и он плашмя упал на пол, а Лиана нагнулась поднять стол.

– Валера, здесь разбитая бутылка водки у ножки стола, – шепотом проговорила она.

Он нагнулся над ножкой стола, сзади на него упали янтарные часы, вместе с деревянным корпусом. Мужчина попытался поднять часы, но потерял равновесие, прокатившись, по разлитому напитку из бутылки, и часы ровно легли на него. Лиана пыталась к нему подойти, но мимо нее быстро пробежали кошка с мышкой, она сама упала и стукнулась о янтарь на корпусе часов. На секунду она потеряла сознание.

Через час в комнату постучали, женщина в белом фартуке открыла дверь, заглянула в комнату. На полу лежали: мебель, люди и опять мебель, сверху сидели кот и мышь.

Она погрозила кошке пальцем, и та спрыгнула с пирамиды, под шкафами задвигались люди.

– Что с вами, вы живы? – елейно прокричала служащая гостиницы.

– Кто жив, а кто нет, – поднялась Лиана с пола.

Две женщины подняли янтарные часы и дали возможность подняться Валере.

– Спасибо, бабы, выручили, а, что час веселья прошел?

– Ваше время вышло, с вас причитается доплата.

– За, что? За эту мебель, которая падает?

– А здесь разве, что упало? – спросила женщина в белом переднике, то есть горничная.

Лиана и Валера оглянулись вокруг себя, все стояло на своих местах, а часы безвинно показывали, что прошло два часа, так и время на лодке проходит, надо доплачивать за номер. Они наскребли денег еще на час, и вышли на улицу. Лиана пришла к Валере. Он лежал на железной кровати, на большой подушке.

– Все, вы свободны, – строго сказал Валера, проработав неделю преподавателем, он изменил свою речь.

– Что ж так официально? – обиделась Лиана, – лучше идемте, погуляем.

– Неудобно, ученики увидят, засмеют.

– Вы изменились за неделю!

– А вам, чего бы хотелось? Вы живете в трехэтажном дворце, а я в этой лачуге без удобств! Однажды я уже жил в охотничьем домике, потом оказалось, что это был домик целительницы, а сейчас я живу, говорить не хочется, – он махнул рукой и отвернулся к крошечному окну.

– Да, вам здесь плохо, я жила на вашем месте, на вашей кровати, но нашлись люди – перевели меня в санаторий, потом во дворец.

– Принца встретили?

– Неважно, не знаю, чем я вам могу помочь? Сдать вам комнату в своем дворце?

– Денег у меня нет на комнаты во дворцах.

– Уезжайте домой.

– Не могу.

– Почему?

– Я человека убил, любовника моей жены, об этом там знают, а я здесь скрываюсь от правосудия.

– Мне зачем говорите такие страсти?

– Чтобы вопросов не задавали, кто я, что я и почему без денег.

– Вам надо искупить свой грех!

– Я год жил в тайге и сейчас в бегах, я уже готов пойти и сдаться. Зверем жить надоело.

Лиана, удивленно смотрела на него. Валера неожиданно потерял сознание. Она подошла к нему, потрогала его лоб. Он был холодный. Признаков жизни в его теле не было. Пульса не было. Лиана закричал истошным голосом, на крик прибежала хозяйка, Лидия Ивановна:

– Что случилась? Что с ним?

– Не знаю, лежал, потерял сознание, умер.

– Типун тебе на язык! Давай, делай мужику искусственное дыхание! – и вышла из домика.

Лиана тронула его руку, пульс появился, она нажала двумя руками на грудную клетку, но и визуально было видно, что Валера оживал.

– Я жив?

– Жив.

– Что было?

– Не знаю, отключился, как лампочка и включился.

– Ты кто?

– Лиана.

– Ты не медсестра?

– Нет.

– А я, что здесь делаю?

– Живешь.

– Я тут живу? А я кто?

– Валера, преподаватель технического колледжа.

– Правда? Вроде я был инженером. Тебя не знаю. Что это за дом?

– Вы сказали, что убили любовника жены и потеряли сознание.

– Я никого не убивал, я только институт окончил. Я хороший мальчик.

– Бред, но не пойму где?

– Как?

– Что? – Лиана засмеялась, сквозь стянутые от напряжения скулы, – что будем делать?

– Надо что-то делать? Мне трудно, я какой-то весь чужой и тяжелый.

– Надо все забыть, иначе вы в себя не придете. Вы чем убили человека?

– Не помню, чтобы я кого-то убивал.

– Каким оружием вы владеете?

– Холодным.

– А это, что такое?

– Складной нож.

– Как же вы им убили?

– Песок не убивают!

– Почему песок?

– Потому, что я кидаю ножи в песок или в дерево.

– И случайно метнули в человека?

– Нет, в человека нет, не бросал нож.

– А, что бросили?

– Снежки.

– Снежком убили?

– Вы понимаете, что спрашиваете?

Лиана поняла, что его мозг прячет ненужные знания глубоко и надежно, и он пытается взять, таким образом, свои слова назад.

– Здесь снег бывает в феврале, – задумчиво сказала Лиана.

– Что сейчас февраль?

– Нет, сентябрь.

– А снег, откуда взялся?

– Снега нет! – воскликнула Лиана, и вышла из комнаты, в спину ей полетел нож, но он вонзился в косяк.

Она посмотрела на вибрирующий в косяке нож и выбежала за калитку маленькой усадьбы. Объяснять ей больше ничего не надо было. Она все поняла, но страха не было, она быстро села в свою машину; резко нажав на газ, и уехала.

Валера встал, вынул нож из косяка, сложил его, засунул в карман. Взял деньги, паспорт, вышел во двор, улыбнулся хозяйке, и вышел за калитку. Теперь он точно решил поехать в тайгу, к целительнице. Он сел на попутную, большую машину, но приехал не в тайгу, а к своему дому, заставив ножом изменить маршрут шофера газели. У его дома стояла Мийлора, смотрела на Григория Сергеевича, а сын играл в песочнице. Валера скрипнул зубами, но из машины выходить не стал, он вспомнил о даче Григория.

Глава 5

Валера ехал на дачу без единой мысли, он даже не знал, как открыть ее ворота, поэтому попросил таксиста поставить машину рядом с забором, и с крыши перемахнул через забор. Дача была пуста. Он здесь и остался. Он медленно обходил дачу братьев. В помещении охранника он обнаружил вязанку ключей, которую бросила Нинель Андреевна. Ему оставалось найти двери к этим ключам. Больше всего его интересовала столовая, и ее запасы. Поскольку народ сбежал с дачи внезапно, то продукты в наличии имелись.

Он открывал все двери, открыл музей. Он не ожидал увидеть дощечки, привезенные им самим из тайги. Но они замечательно украшали мебельный гарнитур, и так слились с основной массой дерева, что переход был практически не заметен. Ему вообще понравилось сидеть в музее, к которому он приложил свои руки, ничего мистического он здесь не наблюдал. Одно плохо, поговорить было не с кем, и еще ему очень надоело скрываться.