Владимир Неволин - Иметь королеву

Оконечность правого крыла превратилась в лохмотья. Вспыхнул на мгновение и тотчас погас сорванный набегающим потоком воздуха оранжевый огненный цветок. Самолет накренился. Из кабины летчиков раздались крики. Игорь махнул остальным рукой — сидите! — и исчез в кабине.

До отказа выпустив закрылки на правом крыле, пилоты старались удержать «ЛИ-2» на курсе. Похоже, на самом деле этот видавший виды самолет был чем-то вроде воздушного «ГАЗ-21». Неуверенно плавая, как опавший лист, он тем не менее не сваливался в штопор.

Деревья замелькали совсем близко. Это было очень похоже на полет на вертолете во время поисковых работ, когда «МИ-4» несется в двадцати метрах над землей, распугивая треском винтов попадающихся на его пути медведей.

В иллюминатор было видно, как впереди замаячило пятно безлесой равнины. Самолет опустился почти до верхушек деревьев, и тут в хвостовом оперении раздался взрыв, перешедший в треск.

Самолет резко клюнул носом и нырнул вниз. Что-то тяжелое ударило Владимира по затылку, и яркие солнечные лучи, бьющие в иллюминатор, вдруг потемнели. Он успел подумать: «Так вот какой он — черный свет», — и упал на бок…

Владимир открыл глаза. Было очень тихо и щекотно — что-то ползло у него по щеке. Кучевое, плотно слепленное облако проплывало по полуденному небу. Владимир дотронулся до щеки ватной, будто чужой ладонью и, тупо посмотрев на светло-зеленую гусеницу, выронил ее за воротник расстегнутой рубашки.

От движения сразу заныло в голове. Боль распространялась от затылка, и он вспомнил, как что-то тяжелое, наверное, ящик с оборудованием, ударило его перед самым падением самолета.

Над ним склонилось знакомое лицо.

— Ожил? — сказала Лина. — Хорошо. Чувствуешь себя как?

— Нормально. Голова только побаливает. Слабость…

— Сейчас я тебя приободрю.

Лина достала из кармашка шприц, всадила тонкую иглу прямо сквозь одежду Владимиру в бедро. Он почувствовал, как жаркая волна поднимается по телу. Головная боль прошла. Он оттолкнулся локтем от земли и сел.

Метрах в ста от них догорал «ЛИ-2». Искореженный самолет с задранным хвостом напомнил Владимиру фильмы о Великой Отечественной. Воздушные бои, черные полосы дыма от горящих «мессеров» и «хейнкелей», остатки вражеской техники.

Немного в стороне вулканологи складывали в кучу разбросанные вьюки и ящики. Их число заметно поуменьшилось. К ним подошел Игорь.

— Ну как, все нормально?

— В порядке. Как остальные?

— Из наших все живы. Легкие ушибы и все такое. Вот только летчики…

— Что?

— Оба погибли. Во время удара о землю. Я едва успел выскочить из кабины. Часть оборудования сгорела. Ну да черт с ним. Не до того сейчас.

— Что делать будем? — спросил Владимир.

— Соберемся в кучку, подумаем. Сначала надо определиться, где мы находимся.

— Моя сумка цела?! — вскинулся Владимир. — У меня там карта есть.

— Целехонька. Вон она.

К ним подошли остальные.

— Ну и рожа у тебя, Шарапов, — через силу засмеялся Владимир, увидев физиономию Андрея.

— Что? — удивился Андрей. — Какой Шарапов?

— Ты что, фильм не смотрел? — удивился в свою очередь Владимир. — Вся страна эту прихватушку знает.

— А он тоже головой ударился, — сказал Игорь, — вот память и отшибло.

Они сели на пригорке, оперившемся молодой травкой, и немного помолчали.

— Ну, какие будут предложения? — спросил Игорь. — Только попрошу опираться на реалии. А они таковы: связи нет, продуктов самый минимум, куда идти — неизвестно. Есть оружие — пара ижевок, патроны. И все, слава Богу, живы и без травм. Только без фантазий и коротко.

Владимир смотрел на черную с проседью бороду Игоря и удивлялся тому, как изменился «священник». Где это мягко-любовное «брат» и теплый взгляд карих глаз? Игорь не спрашивал, не отвечал — он отдавал команды и принимал решения.

— Можно вернуться, — нерешительно предложил Андрей. — Оборудование, естественно, придется бросить. Возьмем только оружие, боеприпасы и продукты.

— Ты хоть представляешь, что это такое — пройти триста километров по тайге, сопкам и болотам? И попутно перевалить через Восточный хребет?

— Ну… не знаю.

— Мне кажется, надо остаться здесь, — решительно сказала Татьяна, — и ждать. За нами должны прилететь. Ведь не иголка в стоге сена — самолет пропал.

— Сколько ждать? Неделю? Месяц?

— Я думаю, недолго. Через день-два нас начнут искать.

— Из Питера? Для них мы улетели — и сели. Мы уже в Калчах, понимаешь? Этот идиот летун… прошу прощения, о мертвых или хорошо, или… В общем, он ничего не сообщил в Питер о сложившейся ситуации. Да и не до этого было.

— Тогда нас начнут искать из Калчей, — подал голос Леонид.

— Кому мы там нужны? Для них мы уже мертвецы. Ведь приказ сбить «ЛИ-2» был оттуда.

— А вы что думаете, Володя? — Игорь повернулся к нему.

— Я думаю, у нас один путь — в Калчи. Там не только военная часть, где, похоже, командир, отдающий приказ сбить пассажирский самолет, сошел с ума. Калчи — большой поселок. Нам нужны продовольствие, информация. Все это только там.

— Приятно слышать разумные слова, — сказал Игорь. — Признаться, я и сам склоняюсь к такому варианту. Но нужно знать, куда и сколько нам идти?

— У меня есть карта. Я сейчас.

Владимир, покачиваясь, пошел к груде тюков. Взял свою сумку, которая стояла с краю, и вытащил пакет с картой. В темной глубине сумки сверкнул футляр с авторучкой. Владимир подумал секунду и сунул его в карман. Потом осмотрел металлоискатель. Похоже, прибор не пострадал, по крайней мере, внешний осмотр не выявил повреждений. «Пригодится ли он мне?» — впервые с сомнением подумал Владимир. Тщательно продуманная операция срывалась по странным, непонятным причинам.

Он развернул карту, и все наклонились над ней.

— Мы находимся вот здесь, — показал Владимир точку на карте, — это Шивелуч. Вон он — за спиной. Слева хребет Кумроч, напротив скальный массив высотой в полторы тысячи метров. До Калчей тридцать километров. Это если по прямой, через сопки, тайгу и скалы. Но лучше, я считаю, взять левее, вот сюда. Тогда мы выйдем через два дня к реке Камчатка. Калчи — на другом ее берегу. Вот такое мое предложение.

Игорь оглядел вулканологов.

— Кто еще хочет сказать?

— По-моему, разумно, — сказал Леонид. — В любом случае надо идти до обжитых мест. Нечего тут ждать у моря погоды.

— Ну что, брат, — обратился Игорь к Владимиру, — вверяем свои судьбы в твои руки. Веди.

— Надо бы летчиков похоронить сначала, — сказал Владимир.

— Летчиков? К сожалению, от них мало что осталось, брат. Они сгорели вместе с самолетом. Вытащить их тела не было никакой возможности.