Фома Неверующая - Свет звезд

Подтверждение пришло, откуда не ждали. Китан, путешествующий теперь на корабле отца, вбежал в его каюту, с выражением огромного облегчения на лице:

— Пришло письмо от Надин!

Девушка рассчитала все верно, отправляя голосовое сообщение через удаленный доступ. Уже в письменном виде, оно попало в сеть и, пройдя через многочисленные промежуточные хранилища информации, нашло адресата. Теперь, определить, из какой точки было отправлено послание — практически невозможно!

Усмехнувшись, Кэп еще раз перечитал письмо, удостоверившись в своей правоте. Да, Надина вовсе не горит желанием встретиться с ним. Она сообщала Китану, что очень скучает по нему и передает теплый привет Карпу. Просит прощения у Алана за потерянную капсулу и обещает позже вернуть за нее деньги. Для Кэпа тоже нашлось несколько слов, правда не тех, на которые он надеялся. Надин только благодарила его. И все…

Кеперон постучал пальцами по столешнице, решая, как ему поступить. Скрипя зубами, он признал за нею право на самостоятельное принятие решения. Но, что мешает подтолкнуть Надин в правильном направлении? Это она думает, что, вся такая самостоятельная! Но, Кэп знает, что она нуждается в поддержке, как любая женщина.

Придется героически освобожденному Сержу Фотэ и осчастливленной Анне срочно отправиться на Ашалар. Со своими детьми пообщаются позже, сейчас они только мешают. Кэпу нужно время для собственной операции, под кодовым названием «Приручение строптивой». А дети… Он всегда находил общий язык с детьми и отлично заменял им мать, если нужно, и чужого отца заменит.

Да и Китану с Карпом хватит на корабле сидеть, пора за ум браться. Учебный год уже начался. Их сводные братья давно учатся, а эти по планетам шастают, то с пиратами, то от пиратов бегают. Китан полностью восстановился, вряд ли он когда-нибудь обретет силу, равную утерянной, но жалеть не о чем. Ему достаточно способностей Курт Дея. После инициации на Пикаре Китан уступает отцу лишь за счет опыта, который приобретается с годами.

Карп тоже счастлив настолько, насколько может быть счастлив ребенок, получивший и родителей и деда, считавшегося мертвым. Ветеран Пери Уот, «зрячий», которого три года продержали в застенках Пикарских лабораторий, не отходил от приемного внука ни на шаг, опасаясь разлуки. Только после обещания капитана не разлучать его с Карпом, он смог успокоиться и даже взял шевство над Китаном. Дерзкий мальчишка рядом со стариком становился невинным ягненком и послушнейшим из двух учеников. Всех потрясла рассказанная дедом история и сила воли пожилого человека. Исхудавший, похожий на обтянутый пергаментной кожей скелет, с почти прозрачными, незрячими голубыми глазами и растрепанной седой шевелюрой, он так и не согласился работать на Гриббона, чудом оставшись в живых.

Адмирал хотел использовать «Зрячего» для поиска редчайших ископаемых, на которых работало изобретенное оружие. Именно благодаря переработанным кристаллам Падрония, встречающимся только на Пикаре и стало возможным само существование парализатора электронных систем. После сдачи Гриббона и уничтожения малейших намеков на дальнейшее производство любого вида оружия, Пери Уот нарисовал Кэперону подробную карту с указанием залежей Падрония. Оказывается, дед давно почувствовал единственный оставшийся кристаллический пласт, выработав который, можно навсегда предотвратить дальнейшее использование ОПЭС.

Сначала старый солдат отнесся к Кэпу с недоверием, подозревая и его в желании обогатиться за счет «всевидения». Но, после пересказа Карпом их злоключений, похищении Китана для манипулирования капитаном и его роли в краже двух существующих экземпляров парализатора, дед изменил свое мнение и проникся уважением, повторяя каждый раз:

— Я, старый слепой вояка, вижу двуликого воина в тебе. Да хранят тебя все боги галактики!

Работа на Арвейза Коула оказалась не пыльной. В первый день он выдал Надин пропуск и объяснил принцип их взаимоотношений. Документы, которые следовало переводить, находились в соседней с кабинетом Коула комнате, запирающейся на хитрый замок, требующий именную карточку пропуска. В комнате не было ни одного окна, зато все уставлено стеллажами, как в библиотеке. Только один рабочий стол, да два кресла выбивались из общей картины. Накопилось столько рукописей на древнетранском, что справиться с ними под силу только команде переводчиков, никак не одной единственной Надин, с головой зарывшейся в переводы.

Еще сотню лет назад, древнетранский был более распространен, потому на нем писали не только члены правящей семьи, но и некоторые приближенные. Старое хранилище сгорело и документы полностью перемешались. А потому, в архиве находились и старинные предания, и мемуары известных людей, и никому сейчас не нужные хозяйственные книги управляющих, — да чего там только не было! Если в начале работ, Арвейз постоянно заходил и проверял написанное, то через три дня, уже просто забирал в конце рабочего дня переводы и сухо уточнял краткое содержание. Куда и как потом сортировались бумаги, Надин не заботило.

Да и ничего для себя секретного Надин не нашла. Подумаешь, предания о родстве Курт Деев с великими жителями Древней Трании и их особых способностях! Да Надина и не такого от Китана и Ирасмуса наслушалась. Разве ее удивишь чтением мыслей, если она сама с Колечком так общается?

Женщина вошла в привычный ритм и, расслабившись, стала смотреть в будущее с оптимизмом. Беременность протекала легко. Никто, кроме Коула не знал о ее положении. А потому, молодые преподаватели мужского пола, вскоре стали оказывать Надин знаки внимания, удостоверившись сначала, что между нею и Арвейзом ничего нет.

— Нет, Пратчер. Я не люблю мороженое. И на концерт не хочу. — устало объясняла девушка мужчине по галовизору, — Я не могу оставить сына одного… Нет, он недостаточно большой… Все, Пратчер, мне пора! — и она трусливо отключила связь.

— Ма! Я достаточно большой! Если дело во мне, можешь идти на свидание с кем хочешь. — немного обиженно сказал Ник, наблюдавший за разговором, стоя у двери. — Это который? Пятый? Чем он тебе не нравится?

Женщина удивленно поняла, что сын пытается ее сосватать. Вот, уж, не ожидала! А ей казалось, он будет сравнивать всех с отцом, и не в пользу поклонников. Все же Серж был неплохим отцом, пока не оставил их. Именно он должен был стать идеалом для Ника… Она что-то пропустила?

— Ты все время проводишь на работе. Ни с кем не хочешь встречаться. — гнул свою линию Ник. Подойдя к сидевшей матери, эмоционально продолжил, выплескивая накопившееся:

— У меня появились классные друзья! Я видел их родителей… Ма! Я хочу, чтобы ты была тоже счастлива! Отец будет жить с Анной… А ты? Поверь, я достаточно взрослый, чтобы понимать — семья, это не только дети…