Стюарт Харрисон - Белый сокол

Кречет взмыл ввысь и полетел к скалам, постепенно уменьшаясь в размерах. Эллис проследил в бинокль за его полетом и заметил место, где он приземлился.

Майкл стоял на вершине скалы, находившейся справа от Эллиса, и наблюдал за охотником. Тот рассматривал что-то в бинокль. Майкл проследил направление его взгляда и увидел стаю ворон, от которой вдруг лениво отделилась какая-то большая птица. Наверно, хищник, решил он. Сокол, скорее всего.

Эллис исчез в деревьях. Майкл замерз и подумал, что, пока не стемнело, надо бы вернуться домой, но вместо этого повернулся и зашагал в ту сторону, куда полетел сокол.

Соколиха сидела на высоком каменном уступе, укрытом от ветра скалами, и обозревала снежную долину. Человек, которого она заметила, паря над деревьями, исчез, но на снегу отчетливо виднелись его следы. Они вели к лесу. Это был тот охотник, которого она встречала почти ежедневно. Ею овладело знакомое беспокойство. В долине появился еще один человек. Он не таясь шагал в ее сторону. Она смотрела, как он приближается твердой поступью. Ее беспокойство возросло, но уже смеркалось, и ей не хотелось без нужды покидать убежище.

Эллис прикидывал, как он распорядится деньгами, когда наконец получит их. Перво-наперво, думал охотник, он придет в «Клэнсиз» и, выложив на стойку бара стольник, закажет всем пива. Ему хотелось на минуту почувствовать себя победителем, хотелось посмотреть, как Ред Паркер и Тед Хэнсон выпучат глаза при виде толстой пачки купюр. Рейчел он купит подарок, — может, платье или какую другую вещь из тех, что нравятся женщинам. И конечно же, сводит ее в ресторан, например в «Красный петух». Последние несколько лет ей пришлось с ним несладко.

Повороты судьбы порой откровенно озадачивали его. С Рейчел он учился в школе. Симпатичная, умная, она была не его круга, и он тогда даже не осмеливался заговаривать с ней. Дураком он себя не считал, просто дома никто не уделял особого внимания учебе. Отец пил и держал детей в страхе, воспитывая их по своему образу и подобию. Из-за него все они сызмальства чувствовали себя неудачниками.

Человека из него сделала армия. Там в нем проснулись самоуважение и чувство собственного достоинства, которые и позволили ему по возвращении пригласить Рейчел на свидание. Позже она рассказала ему, что поначалу даже не признала в нем Пита Эллиса, с которым училась в школе. Рейчел — лучшее, что преподнесла ему судьба. Как же случилось, что он загубил свое счастье? Ответ он знал. Виной всему были деньги. Последние годы с заказами стало плохо. Значит, он все-таки неудачник.

Эллис остановился и в просвете между деревьями отыскал уступ, на который, как он приметил ранее, опустился кречет, потом вскинул ружье и прицелился в птицу.

Майкл тоже остановился и посмотрел на ту же скалу, что и Эллис. Почти у самой вершины шевелилось что-то светлое. Он глянул в сторону леса и увидел на опушке изготовившегося к стрельбе Эллиса.

Времени на раздумья не было. Майкл не мог допустить, чтобы сокол погиб. Он поднял руки и закричал. Почти в ту же секунду прогремел выстрел. Сокол расправил крылья и бесшумно взвился в серую мглу.

— Черт, — пробормотал Эллис.

Он снова прицелился, но было уже поздно. Кречет улетел слишком далеко.

Эллис опустил ружье и огляделся, пытаясь понять, что спугнуло птицу. На склоне у скалы, где недавно сидел кречет, стоял какой-то человек и смотрел прямо на него. Потом этот человек развернулся и зашагал прочь. А ведь он его сейчас может прихлопнуть, как мошку, промелькнуло в мозгу у Эллиса. Потом порыв прошел, и он в изумлении покачал головой. На него, наверно, порчу наслали, не иначе.

В ресторан гостиницы «Долина» народу набилось много. Правда, это был субботний вечер, но обычно здесь даже по субботам бывало спокойнее. Джордж Джоунс, морща лоб, пробежал глазами список заказавших столики.

— Придется немного подождать, — извиняющимся тоном сказал он. — Может быть, минут пятнадцать.

— Ладно, подождем, — согласился Куп.

Оставив Джорджа разбираться с заказами, они с Сюзан направились к стойке бара. Куп кивком поприветствовал собравшихся там людей. В Литл-Ривер-Бенд его знал каждый. Куп пришел работать в полицию сразу же по окончании колледжа, а несколько лет назад его сделали начальником полицейского участка, хотя он и был всего лишь в звании сержанта.

Пока они ждали у стойки, к ним подошли Крэг Сондерс с женой Джулией. Крэг и Куп дружили еще со школы, и Сондерсы были первыми, с кем Сюзан познакомилась, когда вместе с Дэвидом приехала жить в Литл-Ривер-Бенд.

— Говорят, тот парень, Сомерс, поселился в родительском доме, — сказал Крэг. — Это ведь рядом с тобой, Сюзан. Старый дом у дороги, — добавил он. — Наверно, тебя тревожит такое соседство.

— С чего это вдруг? — спросила Сюзан.

— Будто не слышала, что он за фрукт, — вмешалась Джулия Сондерс.

— Слышала. Только не очень-то доверяю рассказам из третьих уст. Сами знаете, народ любит приврать.

— Но это все достоверные факты, — возразила Джулия. — Крэг его знает, и Куп тоже. Они вместе в школе учились.

— Да, — подтвердил Крэг. — Он всегда был немного со странностями.

— Он умом тронулся, — продолжала Джулия. — Пытался убить жену с дочкой и пристрелил парня, который хотел увести их от него. Его мать покончила жизнь самоубийством. По крайней мере, такова официальная версия. У нее были проблемы с психикой. Полагаю, он в нее пошел.

Тон Джулии раздражал Сюзан. Она глянула на часы, мечтая о том, чтобы для них скорее освободили столик.

— Все было немножко иначе, — сказал Куп. — В парня он, действительно, стрелял, а вот жену и дочку просто держал в заложниках.

— Какой кошмар! — негодующе воскликнула Джулия. — И ведь шести лет не прошло, а его уже выпустили из тюрьмы. Вы только подумайте! Таких на всю жизнь надо изолировать от общества.

— Последние несколько лет он провел в психиатрической клинике, — поправил ее Куп. — Полагаю, врачи сочли, что теперь он здоров.

— Что ты его защищаешь, Куп? — возмутился Крэг. — Этот парень стрелял в человека. Где гарантия, что в один прекрасный день он опять не схватится за оружие?

Сюзан покачала головой:

— Просто ушам своим не верю. Согласна, его поступку нет оправдания, но нельзя же ставить на человеке пожизненное клеймо за то, что с ним однажды случился нервный срыв.

Собеседники молча взглянули на нее.

— Я с ним знакома, — объяснила Сюзан. — Он заходил на днях и показался мне вполне нормальным.

— Ты ничего не говорила, — заметил Куп.