Дмитрий Зуев - Времена года

И вдруг тишину пронзил резкий крик. Уселась на елку голубокрылая, с хохолком сойка, родня вороне. Хищным глазом воровато заглядывает под козырьки снежной нависи. На все лады чужими голосами притворяется. А птичек и след простыл… Все знают, что это за птица.

Только под хвойным балдахином слышит сойку заяц, длинные уши прижимает плотнее к спине, косится и от испуга дрожит: как бы не увидела сплетница!

Но сойка, распустив голубые веера крыл, рванулась дальше в поисках птичек. У зайца на сердце отлегло. Зашевелился, поудобнее улегся и заснул.

Лежачего зайца ни собаки, ни лисицы не чуют. Только на бегу пахучи потные лапы, что оставляют гончим свежий, горячий след.

Под вечер из чащи поползли синеющие тени. Попрятались белки и птицы. Беляк выпрыгнул из-под мшистого навеса и прыжками начал согревать озябшие ноги. Днем покойно было лежать зайцу под елкой. Синицы заглядывались на него, но никому свистуньи вести о косом не подали. Сойка — та непременно выдала бы зайца. Хуже нет вороватых глаз этой хохлатой доносчицы.

Ждал-ждал косой ночи, да не утерпел, встал с лежки и сразу оторопел: а вдруг заметит какой хищник? Тьма скрывает от хищных глаз, а следы-то — их не спрячешь, они на снегу остаются, всем рассказывают, куда побежал заяц.

Гончие собаки хоть лаем предупреждают, а волки неожиданно набрасываются, всей стаей охотятся на зайцев. Приходится ухо востро держать. Главная защита зайца — ноги.

Один-то волк не страшен, не догонит, а от стаи никуда не уйдешь. Впрочем, «волков бояться, в лес не ходить». Без леса беляку все равно не обойтись. Побаивается, да на свои резвые ноги надеется.

Опасливо поковылял беляк, а темь — глаз коли. Одни березы ясно светятся в темноте. Но только нечего тут делать зайцу. Осины-кормилицы — те подальше, за полянкой.

Припустился заяц, снежный простор пересекает. Скорей, скорей, а то сова увидит. Еще наддал, прыжок, другой через лощинку с можжевельником, и на полном ходу — трах-тарарах! — валится бедный зайчик с размаху куда-то в ямку. А под ним вдруг столбом взметнулась снежная пыль. Обдало холодом, запорошило глаза. Ой, страсти какие!

Заколотилось, застучало робкое заячье сердце. С перепугу ноги отнялись, из ямки нет мочи выбраться. А под ногами бьются чьи-то крылья, ходу не дают. Оседает перепуганный зверек в рыхлую снежную воронку, а из-под него с трепетом взлетела черная птица, больно задела бок коротким, но сильным клювом.

Заяц и не рад, что рано поднялся. Лучше бы подольше под елкой полежать, чем в такую кутерьму угодить. Что-то будет?

А из лунки с куриным кудахтаньем выпорхнула еще одна серая птица. Ба, да,это тетерка! Встрепенулся заяц и прытко поскакал дальше. Ног не видать, как промелькнул через поляну. А у опушки стоял лось. Видел сохатый, какое было приключение с косым. Но смеяться лось не умеет. Только головой великан покачал, как бы отряхиваясь: «Чепуха какая!»

Остановился заяц у ивового куста среди поляны и тут только опомнился. Хорошо, что на своих наскочил. Сонных тетерок напугал.

Мирного соседа за вредную лису приняли бестолковые куры. Нашли кого пугаться. Никому вреда нет от кроткого зайчика — тише воды, ниже травы живет. И сам шороха листа боится. Страху от птиц навидался, думал — конец пришел.

Потихонечку заяц попрыгал дальше через поляну. Нагнув голову, обнюхал снег: пора ему погрызть чего-нибудь. За день проголодался, да и ночью вот не дают покоя. Никак в себя не придешь!

Голод пронял зайца. Беляк встал, поднял передние лапы, осмотрелся. Ни звука. И скрытый темнотой, потихоньку добрался до опушки. Присел дух перевести.

Ух, пронесло! А тут и до осин недалеко. Приятно закусить хрусткой, горьковатой на вкус корой.

Следы на снегу поведали следопыту лесную быль.

В ЗАСАДЕ НА РЫСЬ

Страшный лесной разбойник, рысь — гроза подмосковных зверей. Нетерпима эта лесная кошка у нас под Москвой, где для обогащения фауны акклиматизируются многие ценные животные, имеются заповедники и заказники.

Рысь нелегко поддается охоте и промысловика и любителя-спортсмена. Оклад флажками ее не удерживает. Лучшее время охоты — канун весны. Лесных котов можно найти по слуху: они завывают, мяукают, царапают когтями. Зато на пороше она добычлива.

Хорошо охотиться за рысями с гончими. С воем и визгом лают гончие, помкнув по следу рыси или «в узерку». Вот где воскрешается давняя старина охоты — гоньбы на выносливость, до упаду зверя.

…Известна рысья повадка — взобраться на сук или перекладину над тропой, караулить и сверху прыжком наскочить на зайца-беляка, лосенка, олененка или косулю. Такая же участь постигает телят и овец.

Прежде чем стрелять загнанную на дерево рысь, нужно привязать собак. В агонии рысь-подранок может зацарапать собак. Долго потом не заживают глубокие раны от рысьих когтей.

В засаде охотник губами подражает писку мыши. Смотришь, набежит лиса, а то и рысь. Зимой можно подмануть ее и голосом зайца. А если случайно нападешь без собак на дружное семейство лесных кошек с котятами, не теряйся. Стреляй в воздух, а сам скорей на след. Затаись в засаде и карауль (хорошо и капкан поставить). Сперва звери разбегутся, потом, наверняка «в пяту» придут своим следом прямо на мушку ружья или угодят в капканы.

…Все способы промысловиков уступают по красоте охоты несравненному методу знаменитых в истории русской охоты егерей-окладчиков — псковичей, уроженцев деревни Острова. Волнующая облава на рысей без флажков так и называется — псковский нагон.

Вот картина появления гонного зверя при облаве на номере стрелка, что становится на входном следу. Ухо охотника ловит шорох. А в глазах — быстрый промельк лап вдалеке. Зарыжело пятно на снегу. Померещилось?! Стрелок настораживается… Бдительный взор обращен вдоль звериной тропы. О! Плавно катится из чащи пепельно-голубая кошка… Крадется, стелется за кустами, припадает к земле и все норовит держаться под сенью заслона, в тени приземистых елочек.

Красиво выходит рысь на охотника: тихо, скрытно, бесшумно… На прыжках быстро перебирает широкими пружинистыми лапами. Белеет шея. Темными космами отвисли баки на щеках. Как бы обрублен короткий куцый хвост. Лоснится серовато-рыжая, серебристая шерсть «в яблоках».

А расстояние все сокращается. Лесная кошка скачет в полусотне шагов… Голова — настороже, торчат вверх треугольные уши с черными кисточками. Нарвавшись в упор, воззрился зверь на охотника. Недобрым огнем вспыхнули хищные аметисты глаз.

Мгновенна вскидка ружья, а рысь уже отскочила на несколько шагов. Точный прицел, и эхо выстрела рвануло лесную тишь. С дикой угрозой засверкали зеленые огоньки.