Виктор Потиевский - МАГА УВОДИТ СТАЮ

Переярок не мог не видеть, как неожиданно находил Пришлый точный ход в тактике охоты, стремительно действовал, четко подавал сигнал стае. Не подчиниться — значит погубить охоту, оставить стаю без добычи.

Но молодой волк постоянно следил за Пришлым, находился вблизи от него, словно ждал команды матери-волчицы, чтобы напасть на Пришлого. Это ей не нравилось. Не то чтобы Мага боялась за нового вожака — она не могла допустить в семье раздора. Ведь из-за потери осторожности, из-за несобранности и разобщенности стаи люди могут вмиг уничтожить всех…

Сумерки еще не наступили, а обеспокоенная волчица уже поднялась. Тотчас встали и остальные. Вскоре волки уже были готовы к охоте. Стаю, как всегда в последнее время, возглавляли Мага и Пришлый.

Первым на след лося напал новый вожак. Он едва слышно заурчал, подзывая мать-волчицу. Обнюхав четко отпечатавшиеся следы крупных лосиных копыт, Мага тут же свернула в сторону. Без очень опытного вожака нечего было и думать о преследовании этого могучего и свирепого быка-одиночки. Волчица сразу узнала, что здесь прошел Большой Уг. Когда-то, еще при Вое, стая не смогла одолеть его даже с помощью ловко задуманной засады. Лось ушел, убив при этом сильного и смелого самца-переярка.

Волчица-мать двинулась дальше. Пришлый пытался задержать ее, еще и еще раз подзывая к лосиному следу, но когда понял, что бесполезно, побежал догонять стаю. Раздался короткий резкий крик зайца. Он сразу же оборвался. Это Зуа, подняв косого с лежки, быстро и удачно перехватила его. Рядом был Ва, они мгновенно разделались с беляком. Волки расширяли поиск — отходя в сторону, снова возвращались на след стаи, старались не упускать из виду Пришлого: он уже показал себя хорошим охотником. Вскоре мать-волчица обнаружила новые лосиные следы и, следуя за ними, длинными прыжками спустилась вместе со стаей с холма. Выйдя на лосиную тропу, понеслась по ней, увлекая за собой семью.

За оврагом тропа вновь поднималась на холм, и тут Пришлый, бегущий последним, внезапно отделился от остальных и стал огибать холм по снежной целине.

Мага поняла и оценила его маневр. Он догадался свернуть наперерез лосям.

Когда волки вышли на вершину холма, они увидели молодого лося-бычка, которого уже гнал.навстречу стае Пришлый. Ему удалось отбить лосенка от стада, и он гнал свою жертву уверенно и неотступно.

Дальнейшее произошло очень быстро — лосю не пришлось долго сопротивляться…

Звери жадно кормились, отрывая куски от добычи. И так уж получилось, что у одного большого куска мяса оказались Пришлый и Ва. Едва быстрый Ва вонзил крепкие молодые зубы в добычу, как Пришлый строго, как подобает вожаку, зарычал и сильно рванул кусок к себе — вожак должен есть один!

Переярок понял это действие как вызов и тотчас вызов принял. Отступив на шаг в сторону, подражая отцу — старому Вою, чуть присел на задние лапы, пригнул книзу голову, оскалился и зарычал.

Осторожный и хитрый Пришлый вынужден был тоже приготовиться к бою. Не осталась безучастной и Зуа. Спокойно, не рыча и не скалясь, она проскользнула между двумя березами, отделявшими ее от ссорящихся, и встала рядом с переярком Ва. Он был ее братом и ровесником, давним товарищем по охоте, и она ясно заявила, что вступает в бой на его стороне. Дело принимало опасный оборот. Но Мага была на страже. Быстрый прыжок волчицы — и Ва, едва не сбитый ею, отскочил в сторону и замолчал. Он не смел ослушаться волчицы-матери. Его верная подруга Зуа, делая вид, что ищет что-то в снегу, отошла в сторону. Когда-то так же сурово и решительно пресекал ссоры отец-волк.

Внимательно, с острым интересом смотрел волчонок Ко на все происходящее. Он познавал жизнь, познавал отношения внутри стаи, познавал своих собратьев и себя. Смотрел, запоминал, учился.

Ссора была прекращена, все как будто бы успокоились, но недовольство внутри стаи оставалось. И любой повод, любая самая малая искра могли вызвать новый пожар вражды. Мудрая Мага понимала это.

— Карл!

Звери подняли головы. Это был знакомый всем в округе старый ворон. Он давно присмотрел лакомый кусок, спрятанный в снег одним из волков, и с нетерпением ждал, когда насытившаяся стая покинет место трапезы. Но волки задерживались — они затеяли ссору.

— Карл! — сказал он еще раз раздраженно, напоминая серым бродягам, что их ждет дорога (а его — мясо!).

После потери старого вожака семья близко к жилью человека не подходила. Нападения на домашних животных были прекращены совсем. Волчица выбирала для охоты и отдыха места удаленные, глухие, труднопроходимые для человека и даже для волка. Потому и оставили люди стаю в покое.

Но сегодня, после двух переходов вслед за лосями, волки вновь оказались невдалеке от людского жилья. По многим признакам было ясно, что деревня недалеко: временами стая улавливала запах дыма, несколько раз пересекла натоптанную человеком тропу.

Но вот Мага встала как вкопанная. Одновременно остановились все. За бугром, совсем рядом с волками раздавалась отчетливая человеческая речь… Голоса приближались. Волчица поняла, что люди идут по петляющей между деревьями тропе. Она еще стояла какое-то мгновенье перед тем, как броситься прочь от этих пугающих звуков. И тут на бугре неожиданно появились люди.

Только миг волчица смотрела на них. И за этот миг поняла, что это детеныши человека, они безопасны, у них нет ружей, они не собираются нападать на волков. Но у них был тот же пугающий человеческий запах, волки уже уловили его и — по железному закону стаи — ринулись в глубь леса.

И Мага, и Пришлый, и молодые волки привыкли избегать человека, уходить при виде его не теряя ни мига, без раздумий и колебаний. Это правило осторожности было основным условием сохранения жизни.

Длинными мощными прыжками перелетая сугробы, мать-волчица уводила стаю. После утраты Воя она была особенно осторожной.

Две девочки, которые, весело разговаривая, шли из деревни в деревню по знакомой лесной тропе, тоже увидели замерших на мгновение зверей и тоже встали как вкопанные. Испугались. Вернее — даже не успели толком испугаться, как стая стремительно сорвалась с места.

— Волки…

— Ой!.. А они нас не съедят?.. — зубы у ребенка стучали.

— Да убегают они! Разве не видишь? — успокоила вторая девочка, бледная от испуга (она была постарше).

— Вижу…

— И вообще, — тоном учительницы добавила старшая, — волков не надо бояться. Мой дедушка говорит, что он не знает ни одного случая за всю свою жизнь, чтобы волки напали у нас на человека.

— Разве твой дедушка знает про все на свете?

— Может, и не про все, но про нашу деревню и про наши леса знает. Ведь он здесь самый старый. Про него говорят: «старожил».