Евгений Спангенберг - Записки натуралиста

— Ага.

— А зовут как? — продолжая заниматься своим делом, после долгой паузы вновь задаю я вопрос.

— Меня?

— Да нет, не тебя — его! — кивком головы указываю я в угол комнаты. Парнишка растерянно осматривает пустое место, потом переводит взгляд на меня. Но вот его физиономия расплывается в широкой улыбке. Ведь не сразу поймешь шутки незнакомого приезжего дядьки.

— Петькой зовут, — уже другим тоном, задорно, продолжая улыбаться, отвечает он.

— Ну что же, значит, Петька, — между делом продолжаю я. — Ты не охотник?

— Может и охотник, да ружья нет.

Вот так и состоится знакомство. Ну, а потом? А потом в первое воскресенье он пойдет со мной на охоту. Неделю спустя будет опять воскресенье, а там незаметно подойдут каникулы. Привыкну к мальчугану, он тоже привыкнет ко мне, и на всю жизнь мы станем друзьями.

Велика наша страна, бесконечны ее просторы, но куда ни загляну я во время своих обычных поездок, всюду найду близкого человека. И эти люди — или выросшие ребята, встреченные когда-то мной во время охоты или научной командировки, или молодежь, прочитавшая мою книжку о беспокойной, но полной происшествий жизни.

Привет вам, молодые друзья — охотники и натуралисты!

ВАСЯ

В летние месяцы 1947 года я проводил исследовательскую работу на Рыбинском водохранилище в Дарвинском государственном заповеднике. Уехал туда в конце мая и, поселившись со всей семьей в отдельном деревенском домике, прожил, кажется, до конца августа. В этом заповеднике я и познакомился с подростком Васей.

Чудный был мальчишка! Сколько ему было лет, я точно не знаю. В то время числился он подсобным рабочим заповедника и выполнял самые разнообразные поручения.

Быть может, кто-либо из вас уже читал в этой книге рассказ «Средства защиты». В нем я описываю смешной случай, когда во время кольцевания птенцов моего спутника Васю отделали речные крачки. Увидев, что Вася поймал одного из плывущих пуховых птенчиков, речные крачки тесной группой спикировали с большой высоты почти до самой воды и облили всего мальчишку бел-м пометом. Пострадавший и есть мой герой Вася.

В июне кто-то из сотрудников поймал маленького лосенка. Перепуганного зверя со связанными ногами и широко раскрытыми дикими глазами привезли на лодке к нашему дому и поместили в овине. Уход за пойманным лосенком и кормление его поручили Васе. Вот мальчик и бегал к нам раза три, а то и четыре в течение дня. Прибежит, бывало, чуть свет, схватит весла и, усевшись в лодчонку, уплывет на соседние острова. Не пройдет и получаса, глядь, вернется он с целой охапкой молодых веток краснотала, накормит своего питомца и побежит в деревню по другим поручениям.

— Вася, подожди! — иной раз окликал я убегающего мальчугана. — Я на острова еду, поедешь со мной?

— Поеду, поеду, — отвечал мальчик. — Я только мигом в контору сбегаю.

И верно, минут через десять босоногий Вася появится на нашем крыльце, готовый ехать куда угодно, хоть на край света, хоть на неделю, в любое время дня и ночи. «Замечательный мальчишка! Удивительные способности выполнять любые поручения с неподдельным удовольствием и весельем», — не раз думал я, присматриваясь к жизнерадостному и энергичному мальчугану. Особенно любил он ездить со мной, потому что без охотничьего ружья я никогда не отправлялся на экскурсию: вдруг попадется что-нибудь интересное, а ружья нет. Поездив несколько раз с Васей, я, наконец, понял, что охота для этого мальчугана самое большое удовольствие, а охотничье ружье — заветная мечта.

— Елена Генриховна, Васе просто необходимо ружье купить, — обратился я к матери Васи, встретив ее как-то на улице. — Парень ведь мечтает стать настоящим охотником, а ружья нет.

— По-вашему, значит, нужно купить? Признаться, я об этом сама думала. Купить, что ли? Пускай охотится. И в то же время страшно как-то ружье в руки давать — мальчишка ведь, в голове ветер.

— Вот поэтому и нужно именно сейчас купить. Пусть смолоду научится с ружьем обращаться и не смотреть на него как на игрушку. Тогда ружье совсем не страшной вещью будет. Только перед тем как его подарить, самые суровые условия поставить необходимо.

— Что же, Евгений Павлович, давайте купим. Вы уж помогите мне в этом деле, а то я в ружьях ничего не понимаю, да и Васе, пожалуйста, внушите, что с ружьем надо быть осторожным.

Одним словом, мой совет купить мальчугану ружье был принят. Через несколько дней я собирался съездить в Москву и обещал Елене Генриховне выбрать и привезти для Васи ружье.

— Ну, гражданин охотник, — обратился я к нему на одном из привалов. Мы загнали лодку в чащу затопленного мелколесья и решили здесь позавтракать. — Так, вот, гражданин охотник, у тебя скоро собственное охотничье ружье будет. Твоя мать деньги на ружье дала, я его в Москве покупать буду.

В тот же миг Вася кинулся мне на шею с такой силой, что я едва удержался в легкой лодчонке.

— Смотри только, если ружье хоть один раз у тебя случайно выстрелит или я увижу, что ты в кого-нибудь целишься, хотя бы в курицу или собаку, не увидишь больше своего ружья никогда. Сам возьму и заброшу его в воду. Запомни это…

С этого дня Вася бродил, как в тумане. Деликатный мальчишка не решался спросить меня о дне выезда, но, видимо, ждал этого момента, как небесной манны. И когда, наконец, я уехал, он часто бегал на пристань и встречал все пароходы, привозившие людей из Рыбинска и Весьегонска.

А я тем временем закончил дела в Москве и, выбрав для Васи дешевенькую, но добротную одностволочку, выехал в заповедник не совсем обычным путем, то есть не поездом и затем пароходом, а на попутной машине. Она довезла меня до деревеньки Противье, расположенной на берегу залива, как раз против пристани заповедника.

Издали я видел, как пришел сначала один пароход с юга, потом подошел и отчалил другой из Весьегонска, а я сидел на вещах в Противье и ждал попутной лодки. Потом минут сорок езды по беспокойной свинцовой воде, и я почти дома, в своем заливчике.

— Ружья тебе не привез, не нашел подходящего, — с напускным равнодушием говорю я Васе, пока он вытаскивает на берег мои веши.

— Ну ничего, в другой раз, — без всякой тени досады, весело отвечает Вася.

Хороший мальчишка!

— На, держи свою драгоценность! — протягиваю я ему купленную одностволку. — За патронами потом придешь, когда распакую вещи.

Одно мгновение растерянный Вася стоит на месте, потом вырывает у меня ружье и сломя голову несется к своему дому.

— Одурел парнишка от радости, — говорит хозяин лодки. Действительно, совсем одурел! Со смехом слежу я, как мелькают по улице босые Васины ноги.