Екатерина Мурашова - «Радж» – значит «бродяга»

– Это Раджу в ресторане презентовали, – объяснил он. – Может, отмоем, обрежем и сами съедим?

Подруга категорически отказалась есть собачью подачку и колбасу отдали-таки Раджуле.

Во избежание всяких случайностей на ошейнике Раджа всегда висела самодельная металлическая бляха с выгравированными на ней кличкой собаки и нашим городским телефоном. Впрочем, обычно Радж прекрасно ориентировался на местности и совсем не склонен был теряться…

…Мы с мужем только-только вернулись из экспедиции и ещё не успели распаковать рюкзаки, когда зазвонил телефон.

– Это ваша собака Радж – такая большая, чёрная? – взволнованно прокричал в трубке слегка визгливый женский голос.

– Да, а в чём дело? – встревожилась я. – Что с ним случилось?

Ехать за Раджем к подруге мы собирались в конце недели.

– Приезжайте немедленно, – велел голос из трубки. – Ваша потерявшаяся собака у нас.

– Простите, а где это – у вас? – резонно поинтересовалась я.

– Станция Солнечное, с дорожки к заливу второй поворот направо, ведомственный санаторий «Чайка», – отрапортовала женщина.

Я облегченно вздохнула.

– Всё в порядке, – объяснила я неведомой доброжелательнице. – Раджуля вовсе не потерялся. Он там недалеко от вас живёт на даче у наших друзей. Часто гуляет один вдоль залива. Отпустите его, и он легко найдёт дорогу домой.

– Ни в коем случае! – отчеканила женщина. – Собака в очень плохом состоянии. Голодная и заморённая. Наверное, ваши друзья не ухаживают за ней, или она всё-таки потерялась. Приезжайте сами. Мы ждём. Отдадим пса только в руки хозяевам.

– Придется ехать! – вздохнул муж, когда я объяснила ему ситуацию.

Оставив на полу неразобранные рюкзаки, едва переставляя ноги, мы потащились в автобусе к Финляндскому вокзалу.

Тётка из телефонной трубки встречала нас у ворот. Платье в горошек, «шестимесячная» химическая завивка, лицо простое, доброе и энергичное…

– Идите за мной! – скомандовала она.

Вид Раджа поразил меня до глубины души. Узнав нас, пёс явно с трудом поднялся на ноги и, пошатываясь из стороны в сторону, слабо завилял хвостом. Голова опущена к земле, язык вывален на сторону, из пасти течёт слюна… Посередине туловища какое-то странное утолщение.

– Раджуля, что с тобой?! – едва сдерживая слёзы, кинулась я к собаке.

Энергичная тётка давала пояснения происходящему:

– Собака прибежала к подъёму, когда отдыхающие выходят на зарядку. Сразу видно – бродячая. Живот втянут, в шерсти репьи. Красивая собака – жалко. Увидели ошейник, прочли телефон, позвонили с вахты, никого нет. Понятно – есть хозяева. Собака добрая, ласкается, смотрит, умирает с голоду – жалко. Я решила: надо спасти. Выступила в столовой, люди понимают. На завтрак были котлеты. По две штуки. Все отдали по одной. Три смены. Собака наконец позавтракала… Но всё равно – видите, в каком она состоянии? Кажется, ей даже стало хуже. А может быть, она просто поняла, что попала в хорошие руки, и расслабилась… После завтрака всё время лежит…

– Так! – Муж, о чём-то догадавшись, прервал монолог женщины. – Скажите, пожалуйста, сколько отдыхающих в санатории?

– Приблизительно триста человек, – бодро отрапортовала тётка.

Я негромко застонала. Радж, как все бывшие бродяги, великолепно умеет прикидываться бедным, несчастным и умирающим от голода. Но тут он явно перестарался.

– Сожрать зараз триста котлет! – воскликнул муж. И с почтительным восхищением взглянул на Раджа.

Тётка непонимающе таращила глаза. Наверное, у неё никогда не было собак.

Радж снова лёг и вытянул лапы. Я осторожно поглаживала распухшее Раджино брюхо. Пёс тихонько повизгивал от удовольствия – он явно был рад меня видеть. И всё-таки не каждый день удаётся так позавтракать…

ИСТОРИЯ О ВОИНСКОЙ ЧЕСТИ

Однажды на прогулке я стала свидетелем психологически замечательной сцены. Мы с Раджем шли вдоль высоковольтной линии, по колено утопая в буйно разросшихся травах. Внезапно Радж принял боевую стойку (шея параллельна земле, уши прижаты, шерсть на загривке вздыблена, хвост – чуть опущенное перо). Я напряглась, закрутила головой и безнадёжно скомандовала:

– Радж! Фу! Нельзя!

И тут же увидела предполагаемого Раджиного противника. Сначала я не поняла, кто это. И только спустя несколько секунд догадалась, что медленно идущая навстречу нам собака – ризеншнауцер. Вообще-то ризеншнауцеры – узкие, чёрные собаки, подтянутые и мускулистые. Но тот, что сближался с нами, больше всего напоминал огромный седой кирпич. Его размеры и ширина груди внушали невольное опасение. Вместе с тем было заметно, что пёс уже очень немолод. Позади шла пожилая хозяйка. Было очевидно, что так же, как и я, она не в силах предотвратить грядущую схватку. Приближаясь, старый ризен поднял загривок, вытянул обрубок хвоста и приглушённо зарычал, обнажая сточенные клыки. Против матёрого и более крупного Раджа шансов у него не было никаких, но и сдаваться он явно не собирался. Меня, как всегда в подобных случаях, затрясло. Собаки медленно сближались, идя по параллельным тропинкам, протоптанным собачниками в высокой траве…

Когда расстояние между ними составило около трёх метров, внезапно произошло нечто поразительное. Радж полностью убрал из позы агрессию, вытянулся вверх на напружиненных передних лапах, задрал кверху морду и поднял хвост. Несколько секунд он оставался в этой странной, никогда раньше не виданной мною позе. Потом отвернулся – и спокойно потрусил дальше, миновав ризена параллельным курсом и как бы не обращая на него никакого внимания. Ризен облегчённо вздохнул, расслабился и медленно двинулся своей дорогой. В тот раз я так и осталась в недоумении: что это было? Хотя сама поза мне что-то смутно напоминала…

Спустя некоторое время от местных собаководов я узнала, что лет пять назад кирпичеобразный ризеншнауцер по кличке Роджер держал в страхе всех собачников и собак района. Как и Радж, он грыз всех без разбору пола и возраста. И несомненно был самым сильным бойцом в районе от высоковольтки до автомобильного магазина. Узнав об этом, я сразу поняла, что именно напомнила мне поза моей собаки.

Можете смеяться, но я совершенно уверена в том, что те несколько секунд были собачьим воинским салютом. Новый молодой лидер, боец и вожак приветствовал и чествовал доблесть старого.

Таким он мне и запомнился…