Удивительные приключения кроликов - Ричард Адамс

4+4+4+4. Гроза разразилась

К вечеру стало невыносимо душно. На зеленой дорожке у берега реки сидел до крайности встревоженный Орех. Он ломал голову, пытаясь догадаться, что сейчас происходит в Эфрафе.

— Разве Лохмач не просил тебя напасть на часовых вчера вечером? Разве он не говорил, что во время поднявшейся суматохи уведет крольчих? — в сотый раз спрашивал он у Кихара.

— Да, говорил, но что-то сорвалось. Тогда сказал — уходи, приходи к ночи!

— Значит, план его остался без изменений. Однако неизвестно, когда Лохмач сумеет убежать. Ведь уже темнеет. Что ты думаешь по этому поводу, Серебристый?

— Если ты так волнуешься, почему бы нам немедленно не двинуться к арке, где мы должны встретить Лохмача с крольчихами?

— Нет, риск слишком велик! По окрестностям непрерывно ходят патрули. Если нас заметят, в Эфрафе подадут сигнал тревоги и Лохмачу снова не удастся бежать!

— Послушай, Орех-ра, — сказал Смородина. — Почему бы нам не спрятать отряд у лодки в прибрежных кустах? Кихар нападет на часовых, прилетит сюда и скажет нам, когда вступить в бой!

— Это чудесно, только тогда мы должны будем со всех ног мчаться к арке, чтобы поспеть на помощь к Лохмачу. Мы понадобимся ему не меньше Кихара!

— Где уж тебе, с твоей ногой, мчаться к арке! — заметил Пятый. — Лучше всего тебе забраться в лодку и заняться канатом. К тому моменту, как прибежит Лохмач с крольчихами, ты должен ровно наполовину перегрызть его. А о сражении пусть позаботится Серебристый!

Орех задумался.

— Мне все-таки не хочется прятаться за вашими спинами! Может быть, кого-нибудь из вас тяжело ранят или убьют!

— Нет, Пятый прав! Ореху нельзя рисковать, он хромает и может попасться в лапы эфрафанцев! Сейчас его главнейшая задача — перегрызть канат, и именно наполовину. Это не всякий сумеет! Канат должен оборваться только в нужный нам момент — не раньше, не позже! — заявил Смородина.

Убеждать Ореха пришлось долго, но в конце концов он с большой неохотой согласился остаться в лодке, пока его друзья пойдут навстречу Лохмачу.

Лохмач открыл глаза, услыхав, что кто-то зовет его.

— Тлейли! Тлейли! Проснись! — кричала Хайзентли.

— В чем дело? Что стряслось?

— Нельтильту арестовали! А она знает о побеге!

Лохмач вскочил на ноги.

— Вербейник пришел за ней и приказал ей немедленно явиться к капитану Кервелю! Там ее уже поджидали два сенатских полицейских. Ах, Тлейли! Она нас выдаст!

— Время не ждет! Забирай крольчих и тащи их в мою нору! — приказал Лохмач.

Едва поступь Хайзентли замерла вдали, как в туннеле раздались чьи-то чужие шаги.

— Кто идет? — резко повернувшись, вскричал Лохмач.

— Это я, Кервель! Нам грозит куча неприятностей! Только что полиция арестовала Нельтильту. Меня вызвали в нору Сената. Вы с Гравилатом остаетесь на посту. Немедленно выставь часовых! Никакого сильфлея! Никого не выпускать ни под каким предлогом!

— Ты уже отдал приказ Гравилату? — спросил Лохмач.

— У меня нет времени его разыскивать! Немедленно ступай и расшевели часовых! Сразу же вызови Гравилата и передай Бертсии, что Блэкавар сегодня не понадобится! Затем засядьте вместе с часовыми у всех нор! Не знаю, может быть, в самом деле существует какой-то заговор и кролики решили поднять восстание! Нельтильту взяли без шума, но в метке скоро догадаются о том, что произошло. Ну, я бегу! Пока!

Лохмач проводил Кервеля до конца туннеля. У выхода дежурил Майоран.

— Ты слышал приказ? — спросил его Лохмач. — Из-за плохой погоды назначен ранний сильфлей. Нужно немедленно выводить кроликов!

Лохмач с тревогой ожидал ответа. Если Кервель уже отдал Майорану приказ никого не выпускать, придется с Майораном подраться. Однако тот невозмутимо спросил:

— А что, раскатов грома еще не слышно?

— Немедленно выгоняй их на сильфлей, слышишь? — уже грозно повторил Лохмач. — Вызови охранников с Блэкаваром! Да не тяни!

По-видимому, Хайзентли не теряла времени даром, так как у Лохмача в норе уже сидели три крольчихи, а кучка крольчих во главе с Сесусиннан жалась к стенкам бокового туннеля. Все были порядочно перепуганы, а кое-кто был от ужаса близок к оцепенению. Все молчали.

— Сейчас не время для припадков и нервного тсарна! — твердо сказал Лохмач. — Выполнять мои приказания, если вам дорога жизнь! Через минуту охранники притащат Блэкавара. Я нападу на охрану! Как только услышите шум схватки, бегите со всех ног в поле!

Тут в проходе послышались шаги охраны, ведущей арестанта. Лохмач узнал усталую поступь Блэкавара. Тот едва волочил лапы. Лохмач двинулся к выходу.

— Боюсь, что я зря вас вызвал, — обратился к Бертсии Лохмач. — Сию минуту объявили, что сильфлей на сегодня отменяется. Выгляни и сразу поймешь почему.

Бертсия направился к выходу, а Лохмач проскользнул поближе к Блэкавару.

— Ага, похоже на грозу, — сказал Бертсия, высунувшись из норы.

— Не зевай, Блэкавар! — воскликнул Лохмач, набросившись на Бертсию с тылу. Бертсия от неожиданности вывалился наружу, а Лохмач воспользовался моментом, уселся на него верхом и принялся колотить. Однако Бертсия недаром служил в Ауслафе и славился как опытный боец. Он изловчился и вонзил свои зубы в плечо Лохмача. Раньше такой прием всегда приносил ему успех. Однако вряд ли этот метод был уместен в бою с кроликом такого тяжелого веса и выдающейся отваги, каким был Лохмач. С рычанием высвободив обе задние лапы, Лохмач с силой ударил ими Бертсию в бок и через минуту уже стоял над поверженным врагом, не обращая внимания на острую боль в плече. Увидев, что Бертсия ранен и не может подняться, а только бессильно дергает лапами, Лохмач отскочил в сторону.

— Считай, тебе повезло, что я тебя не укокошил! — сказал он, ругаясь и обливаясь кровью.

Затем Лохмач стремительно кинулся обратно в нору. Здесь Блэкавар уже боролся со вторым часовым. В глубине туннеля к ним бежали Хайзентли и Сесусиннан. Лохмач нанес второму охраннику ужасный удар по голове. Тот отлетел в конец туннеля, в нишу для заключенного.

— Не двигайся с места, а то получишь еще! — пригрозил ему Лохмач. — Ты живой, Блэкавар? — спросил он.

— Да, сэр! Что прикажете делать?

— За мной, все за мной! Бежим! — вскричал Лохмач.

Он помчался к выходу. Когда Лохмач обернулся