Хел Херцог - Радость, гадость и обед

Куры породы К066–500 растут почти впятеро быстрее, чем те, что разгуливали по двору вашей бабушки, а едят меньше. Корпорация Cobb-Vantress полагает, что вскорости для получения пятисот граммов куриного мяса достаточно будет семисот пятидесяти граммов корма. С точки зрения промышленности еще лучше то, что лишь небольшая доля веса современной курицы идет в отходы. После того как ее ощиплют, отрубят ноги и голову, выпотрошат и спустят кровь, 73 % тушки породы К066–500 превратится в готовый к продаже продукт.

За дешевое мясо нужно платить. Кости бройлера не в состоянии удерживать быстро растущее тело. Неестественно большая грудь тянет курицу вниз и калечит ей ноги, вызывая хромоту, разрывы связок и синдром искривления нижних конечностей. Как утверждает Дональд Брум, профессор Кембриджского университета, занимающийся вопросами благополучия животных, сильнейшие боли в ногах, которые испытывают куры, являются крупнейшей проблемой, беспокоящей защитников животных. Кроме того, постоянными спутниками промышленных бройлеров являются сердечные болезни, артрит, синдром внезапной смерти и разнообразные нарушения обмена веществ.

Условия жизни птиц, которым предстоит превратиться в куриные котлеты, мог бы описать разве что Данте. Куры не видят ни солнца, ни неба. Поскольку центр тяжести у них смещен, бройлеры большую часть времени просто лежат, обычно в грязи и экскрементах. В результате у многих развиваются серозные отеки, ожоги сухожилий и боли в ногах. Помещение, в котором выращивают кур, может иметь двести метров в длину, двадцать в ширину и вмещать в себя 30 тысяч птиц. В помещении темно и влажно, воздух насыщен парами аммиака, производимыми микробами, которые кишат в концентрированной моче и экскрементах десятков тысяч птиц. Аммиак обжигает легкие, раздражает глаза и вызывает хронические респираторные инфекции.

Когда бройлер набирает около двух с половиной килограммов веса, приходит пора отправлять его на забой. Однако прежде курицу надо поймать. Ночью в помещение входят группы низкооплачиваемых куроловов в масках и одноразовых плащах. Они хватают кур за ноги, по пять штук в одну руку, и суют в специальные ящики.

На то, чтобы переправить 30 тысяч кур в проволочные клетки, команде может понадобиться вся ночь, в течение которой каждому куролову придется поднять в общей сложности пятнадцать тонн бьющихся и квохчущих птиц. Тяжело приходится и курам, и людям. Куроловы выходят из помещения исцарапанными, исклеванными, измазанными в дерьме. Во время отлова и погрузки 25 % птиц бывает покалечено. Мой коллега Брюс Хендерсон, ныне психолог, специализирующийся на вопросах развития, в студенческие годы решил подработать ловлей кур. Он продержался шесть дней.

Неужели нет других способов ловить кур? Добро пожаловать в механический комбайн для ловли кур. Выглядит он очень громоздко и бывает нескольких разновидностей — одна даже снабжена огромными резиновыми пальцами. Наиболее популярен комбайн модели РН2000, производимый компанией Lewis/Mola Company в Беннеттсвилле (Южная Каролина). Машина имеет двенадцать метров в длину, весит семь тонн и может собрать 24 тысячи кур из помещения за три с половиной часа. В рабочем состоянии она напоминает два совка для мусора. Машина осторожно ведет две металлические плоскости, называемые «ловчими», сквозь куриную стаю. Куры подталкивают друг друга на плоскости, где их подтягивают к конвейеру, который отправляет добычу прямиком в клетки, в которых кур повезут на завод. Ассоциация гуманизма США утверждает, что механические комбайны лучше для птиц. Курам не нравится, когда ловцы хватают их за больные ноги и держат вниз головой. Куда меньший стресс им причиняет незаметное попадание в чрево машины; всего несколько мгновений, и вот они, лишь слегка встревоженные, уже сидят в проволочной клетке для перевозки. Компания-производитель сообщает, что при механическом отлове происходит на 60 % меньше переломов крыльев и на 99 % меньше переломов ног. И все же, несмотря на эти неоспоримые преимущества, большинство бройлеров, потребляемых каждый год американцами, бывает поймано куроловами.

Загрузив клетки с курами, водитель выводит грузовик на шоссе и везет наших кур на завод, где их вытряхнут из клеток, надежно сцепят ноги металлическими зажимами и подвесят кур вниз головой на конвейер. В таком виде — вверх тормашками, хлопая крыльями, — они попадут в электрическую ванну. В течение семидесяти секунд электричество будет гулять по их телу, оглушая птиц (если повезет). Следующая станция — машина для отрезания голов. Вращающиеся лезвия перережут курам сонные артерии. После того как кровь полностью стечет, тушки попадут в бак для ошпаривания. Эффективная система с двумя линиями потрошения может обрабатывать по 140 птиц в минуту. Однако система не всегда работает эффективно. Некоторые птицы попадают под нож неполностью оглушенными, а если лезвие промахнется мимо сонной артерии, птица падает в кипяток для ошпаривания в полном сознании.

И вот итог. Средний бойцовый петух с востока Теннесси проводит первые два года жизни в холе и неге. Сначала он шесть месяцев бегает где пожелает. Затем он получает семьдесят квадратных метров луга для прогулок и личную спальню. Он не испытывает недостатка в физических упражнениях, питается лучше иных людей и имеет возможность вволю топтать кур. Один только минус: однажды субботним вечером он ощутит, как короткий мексиканский нож вонзается в его грудные мышцы — а может, это будет длинная шпора, которая пронзит его горло; так или иначе, он умрет в грязи после боя, который продлится от нескольких секунд до часа под выкрики ставок, которые делают мужчины в бейсболках. Шансы на то, что он встретит воскресный восход живым, составляют 50:50.

А вот наш бройлер породы К066–500. Он живет в невообразимой грязи, у него болят ноги, горят легкие, он никогда не видел неба, не ходил по траве, не топтал кур и не клевал букашек; все сорок два дня своей короткой жизни он ест тошнотворное месиво, а потом его пихают в клетку, ставят в открытый кузов и везут на завод, где переворачивают вверх ногами, оглушают электрошоком и режут горло. Шансы встретить восход у него нулевые.

Карен Дэвис говорит, что ни один петух в мире не пожелал бы стать бойцовым по собственной воле. Ставлю 25 против 20 — она ошибается.

Как деньги и принадлежность к различным слоям общества влияют на наше восприятие жестокости

При объективном взгляде на ситуацию трудно не согласиться с тем, что петушиные бои причиняют птице меньше страданий, чем наша ненасытная потребность в курином мясе. Можно прикинуть, что на одного бойцового петуха, погибшего во время дерби, приходится 10–20 тысяч кур, которым перерезали горло на фабрике по производству куриного мяса. А еще, как ни неприятно это сознавать, бойцовый петух живет в пятнадцать раз дольше и куда как лучше, чем фабричный бройлер. Так почему, спрашивается, убивать g миллиардов бройлеров ежегодно закон позволяет, а за петушиные бои можно угодить в федеральную тюрьму?