Николай Золотницкий - Цветы в легендах и преданиях

За последнее время особенно красивые цветы были выведены в Англии: совершенно черные, носящие название Фауста, светло-голубые — Маргариты и винно-красные — Мефистофеля. Теперь все внимание садоводов обращено на получение махровых и сильно-пахучих цветов, так как единственно, чего не достает этому прелестному цветку — это запаха.

В Америке же, в городе Портлэнде штата Орегон, садоводы стараются увеличить размер цветка и выводят уже, как говорят, цветы в 4—5 дюймов3 в диаметре.

Но этот размер садоводам кажется еще недостаточным: они хотят придать им величину подсолнуха.

Такому исполинскому росту, по-видимому, способствует во многом и климат, и самая почва Орегона, где вообще эти цветы растут так успешно, как нигде.

Почти все крупные цветы — красного колера, тогда как желтые и белые никогда не достигают большой величины.

На предполагавшейся некоторое время тому назад выставке садоводства в Портлэнде местные садоводы думали на одной клумбе выставить 25.000 таких исполинских глазков: удалось ли им это — не знаю.

В заключение расскажем один забавный случай, происшедший в 1815 году в небольшом провинциальном городке Франции, поводом к которому послужил наш скромный цветочек.

Священник этого городка, и в то же время школьный учитель, вздумал однажды задать ученикам своим сочинение на тему «Viola tricolor» (трехцветная фиалка), так зовут на научном языке анютины глазки, и в пояснение прибавил в виде эпиграфа строку из латинского стихотворения средневекового французского поэта: «Flosque lovis varius foliis tricoloris et ipse par violae» («Разновидность цветка Юпитера с трехцветными лепестками и сам равный фиалке»).

Узнав об этом, мало смысливший по латыни и желавший подслужиться новому правительству (это было как раз при воцарении Людовика XVIII) городской голова этого города заподозрил в этих словах государственную измену и немедленно потребовал к себе учителя.

Испуганный, недоумевающий, бедный педагог поспешил к нему явиться и, к изумлению своему, услышал следующее странное истолкование своего эпиграфа.

По мнению городского головы, слова «Flos lovis» (цветок Юпитера) обозначали не что иное, как цветок изгнанного в то время Наполеона I; слова «foliis tricoloris» (трехцветными лепестками) обозначали трехцветную республиканскую кокарду, а слова «ipse par violae» — игру слов, обозначающую «le père la Violette» (отец фиалки) — название, которое, как мы видели, давали Наполеону I его приверженцы.

Допрос производился очень строго, длился долго, и учителю стоило немало труда, чтобы оправдаться...

В качестве чая сушеные анютины глазки с успехом употребляются в Германии против некоторых сыпных болезней детей. Это объясняется тем, что они содержат в себе значительную дозу (около 1,5%) салициловой кислоты, прекрасно очищающей кровь4.

1 Клузиус — латинизированная форма написания имени знаменитого фламандского ботаника (1526 — 1609) Шарля де Л.Эклюза (иногда пишется Делеклюз).2 Трапписты — католический монашеский орден, основанный в XII веке, отличавшийся исключительно строгим уставом.3 Дюйм — 23 мм.4 Виола триколор (фиалка трехцветная) как лекарственное растение была известна еще с древности. Трава входит в состав чая от золотухи, применяют ее также при кожных сыпях и экземе. Широкое применение находит и в народной медицине. Ее отвар считают кровоочистительным, мочегонным и потогонным средством («Лекарственные растения», М., «Высшая школа», 1975).

Царица вод и цветок русалок — кувшинка

Коварный цветок

Русалки

Похищение болотным царем красавицы Мелинды

Лебединый цветок

Одолень-трава

«Камыши берега облепили,Отражаясь в зеркальном пруде;Белоснежные чашечки лилийРаспустились в прозрачной воде...»

Раннее утро. На озере не шелохнет ветерком. Водная поверхность — как зеркало, и среди этого зеркала выглядывают там и сям, как головки русалок, чудные белые лилии-кувшинки с их красивыми бутонами, круглыми, в виде щитков, покрытыми как бы воском плавающими листьями...

И воображение наше невольно переносится на дальний северо-запад, в Эльсинор, в замок Кронеборг, с его дивным, светлым, как кристалл, поросшим водяными лилиями озером. Безумная Офелия в венке из кувшинок и с пуками их в руках медленно с пением спускается в озеро. Все ниже и ниже сходит она, все глубже и глубже погружается в воду и, наконец, тихо увлекаемая течением, уносится вдаль.... За ней плывут выпавшие из ее рук кувшинки, плывут оторвавшиеся от берега травы, и издалека тихо, как бы замирая, доносятся заключительные строфы ее грустной песни:

«Занялась уже денница,Валентинов день настал,Под окном стоит девица —Спит ли милый или встал?..»

Очаровательный цветок этот всегда пользовался любовью и покровительством молодежи. В Древней Греции он считался символом красоты и красноречия. Молодые девушки плели из него гирлянды и украшали ими свои головы и свои туники. По словам Феокрита, молодые гречанки сплели венок из кувшинок и для прекрасной Елены в день ее свадьбы с царем Менелаем и украсили им вход в их брачную комнату.

Точно так же любили его и в Древнем Риме, и на фреске одного из недавно раскопанных в Помпее храмов можно и теперь видеть цветы кувшинок, украшающие крылатых божков и гениев.

Дивная водяная лилия эта, как сообщает одно греческое сказание, возникла из тела прелестной нимфы, погибшей от любви и ревности к остававшемуся холодным к ней Геркулесу. От нее-то она получила и свое научное название нимфеи (Nymphaea).

Как отголосок, вероятно, этого сказания в древнегерманских сказках рассказывается о том, что в прудах и озерах среди этих цветов и тростников живут постоянно нимфы-никсы. Верхняя часть тела этих водяных красавиц представляет собой прекрасно сложенных красивых женщин с всегда улыбающимся приветливым лицом, а нижняя часть — безобразный рыбий хвост. Они завлекают людей в воду и тащат их на дно, во влажную преждевременную могилу.

Но с другой стороны, прелестный этот цветок и сам по своему свойству имеет немало сходства с этими водяными девами. Он так же привлекает всех своей красотой и так же губит тех, кто им увлекается. Не раз бывали случаи, когда желавшие нарвать прелестных кувшинок тонули, заплыв слишком далеко в окружающую обыкновенно эти цветы глубину, или задыхались под водою, запутавшись в их длинных подводных стеблях. Особенно опасны они для детей, становящихся нередко жертвой своего желания во что бы то ни стало добыть их.

В Шварцвальде в Германии существует даже большое красивое озеро, носящее название Муммельзе, от старинного немецкого слова «die Mummel» — нимфа, которыми оно, будто, во множестве заселено.