Николай Дроздов - В мире животных

— Во многих парках еще недостаточно кустарников, поэтому не так часто мы слышим в парках, например, пение соловья. Эти птицы гнездятся не на деревьях, а на земле. Им нужны характерные укрытия. Чтобы больше появилось птиц, гнездящихся на земле, следует не забывать о посадках кустарников.

— Что делают орнитологи, чтобы птиц стало больше?

— Создают искусственные гнездовья, в подходящих местах ставят специальные ящики для утайки птиц. Птицы находят убежища в специально оборудованных помещениях, их там подкармливают. Но все зависит, конечно, от отношения горожан к пернатым соседям.

— А как обстоят дела с птицами-дуплегнездниками?

— Здесь не все благополучно. В парках и лесопарках осталось очень мало старых дуплистых деревьев. Конечно, нужно очищать парки от гнили, старых деревьев, но при этом не следует забывать и о наших друзьях. В дуплах нуждаются поползни, мухоловки-пеструшки и другие птицы.

— Как еще можно увеличить плотность птичьего населения в зеленых зонах городов?

— Существуют традиционные, испытанные способы. Необходимо развешивать скворечники, синичники, дуплянки — ведь благополучие паркового леса прямо зависит от численности пернатых.

— Многие интересуются, что нужно предпринять, чтобы было больше дятлов?

— Что касается дятлов, то они практически не пользуются дуплянками, а сами выдалбливают в дереве дупла. Однако для нормального существования им тоже нужны старые деревья с мягкой сердцевиной. В них они быстро обживаются.

На ВВЦ мы обнаружили семейку большого пестрого дятла — родителей и пару птенцов-слетков. Родители обучали своих чад разным премудростям жизни, и в первую очередь добыче корма. Дятлы — одни из самых приметных птиц в парковой зоне.

Когда дятел обнаружит скопление насекомых на умирающем стволе или ветке дерева, он энергично принимается за работу — начинает долбить дерево. И тогда далеко слышны его характерные резкие звуки. В народе любят этих нарядных и крупных птиц. Они небоязливы, могут подпустить человека на расстояние нескольких метров.

Издавна за этими пернатыми закрепились образные названия: «лесной санитар», «лесной доктор», «врачеватель». Дятлы уничтожают массу насекомых-вредителей. В любое время года в парке можно услышать деловитое «тук-тук-тук!» — это дятел вышел на охоту.

В Подмосковье можно встретить большого и малого пестрого дятлов, зеленого, белоспинного, трехпалого.

Дятлы редко пользуются готовыми убежищами, чаще выдалбливают дупло и сооружают гнездо самостоятельно, причем каждый год строят новое. А старые их гнезда заселяют различные птицы-дупле-гнездники. Так что дятлы способствуют увеличению численности пернатых в наших парках и садах.

Часто эти птицы кочуют в поисках корма и иногда поздней осенью появляются в тех местах, где летом их не было. Но если корма достаточно, они всю зиму держатся на одном месте. Дятлы — большие любители устраивать лесные «кузницы и станки»: сорвав шишку, укрепляют ее в щели, а затем лакомятся семенами. Они долбят сухие и пораженные короедами деревья, расширяя ходы жучков. А затем своим тонким и острым языком извлекают прячущихся там личинок. Действительно, настоящие лесные санитары! И наши активные помощники в борьбе за здоровый лес.

Довольно часто в парках мы видим воробьев, преимущественно городских. Но в последние годы московские парки стали осваивать и полевые воробьи. А вот стрижей, довольно многочисленных обитателей города, мы как-то меньше замечаем. Вероятно, потому, что две трети жизни они проводят в полете. Стрижи — лучшие летуны из птиц. В желудке одного погибшего стрижа ученые-ор-нитологи обнаружили более 300 насекомых!

В августе над Москвой одновременно можно увидеть большие скопления летящих стрижей. Это перелетные птицы, и город их привлекает тем, что здесь они находят не только ночлег, но и обилие корма. Их гнезда можно обнаружить на высотных зданиях столицы.

Любопытен такой факт. Немецкие архитекторы для новостроек Берлина, Дрездена и Ростока сконструировали специальные керамические блоки. Их устанавливают в верхних этажах новых зданий, и там предусмотрены углубления для птичьих гнезд, главным образом для стрижей.

Уж кто легко приспосабливается к городским условиям, так это ворона.

Точнее, серая ворона. Птица эта своего рода «шимпанзе» среди птиц. Вороны нередко крадут пищу и делают это виртуозно. Например, они ухитряются стащить бумажные пакеты с молоком во время разгрузки у молочных магазинов. Видели, как ворона размачивала у водопроводного крана кусочек черствого хлеба. Кстати, в лужах они это делают постоянно. В Москве обитают две популяции ворон. Издавна здесь зимуют более северные вороны и галки — это одна популяция. Появляются «зимовщики» в Москве в октябре, ночуют в парках и на кладбищах — там их не беспокоят. Однажды орнитологи на одном из кладбищ столицы насчитали до 10 тысяч ворон и галок. На рассвете птицы разлетаются в разные стороны — их путь лежит к свалкам, где они находят вдоволь корма, — а с наступлением сумерек снова возвращаются в город на ночлег.

Другая популяция — это наши оседлые московские вороны. Зимой и летом мы видим их у себя под окнами. Гнездятся они в последние годы буквально повсюду.

Там, где идет строительство, часто можно увидеть птицу каменку. На стройке всегда много мусора — камней, различных строительных отходов. Из этого материала каменка сооружает себе гнездо. Но вот построен дом, убран мусор, посажены кусты и деревья. Теперь в этом месте каменку не увидишь. Вместе со строителями она переселилась на новые места. А в кустах живой изгороди появились коноплянки и, конечно, скворцы. Для них новоселы развешивают скворечники на сохранившихся деревьях, а то и просто на балконах.

Некоторые интересуются, почему в Москве все меньше становится ласточек и грачей. Действительно, эти птицы отступили. В чем дело? В том, что город разрастается и грачам слишком далеко летать до пустырей и полей, где они могут кормиться. А у городской ласточки причина иная. Ей трудно найти в центре города грязь для постройки гнезда: всюду асфальт или газоны, поросшие травой. А ведь не так давно они гнездились рядом с Театром оперетты. Но ближе к окраинам Москвы их еще много.

Некоторые пернатые совсем исчезли. Не стало соколов-сапсанов, хотя раньше их гнезда находили на зданиях Московского университета и на высотном здании на Смоленской площади.

Следует отметить, что сапсаны исчезают или исчезли в большинстве стран Европы и в Северной Америке. Они, видимо, отравляются ядохимикатами, которыми опрыскивают растения.