Николай Дроздов - В мире животных

В чем биологический смысл рефлекса следования? Он не дает детенышам затеряться, отстать от матери. Это биологическое открытие Терновского. «Открытие в науке, — говорит ученый, — редкий праздник. Собираешь все по крохам, пока из разрозненных фактов не начнет вырисовываться закономерность. Без глубокого знания биологии того или иного вида невозможна действенная их охрана, рациональное использование».

В коллекции Терновского немало ручных зверьков. Они не испытывали ни малейшего страха, когда их снимали в клетках или просторных вольерах. Мы все время боялись, как бы нечаянно не наступить на зверьков, которые бегали буквально у нас под ногами.

Дмитрий Владимирович дал некоторым зверькам клички. В просторную вольеру он выпустил самку черного хорька, которую назвал Чернушкой.

— Чернушка! Чернушка! — зовет он ее. — Иди ко мне, маленькая.

И зверек идет на зов.

— Дмитрий Владимирович, как объяснить: хорек — и вдруг ручной?

— Среди диких животных нет вида, который проявлял бы только агрессию по отношению к человеку. Много особей добрых, покладистых. Такие быстро привыкают к людям.

— Сколько лет Чернушке?

— Ей восемь лет. Она здесь родилась, с первых дней нас видела и уже привыкла. И потом она от природы добрая. Но очень ревнивая, ревнует ко мне даже Юлию Григорьевну.

— Для животных это естественно — ревновать?

— Да, известно, что животные ревнуют.

Чернушка вертелась возле сидящего на траве ученого и неожиданно цапнула его за палец. Выступила капелька крови.

— Так она проявляет чувство ревности. Были бы мы одни с женой, Чернушка не кусалась бы. Но здесь столько новых людей.

По наблюдениям Терновских, самый ручной из куницеобразных — фуро, одомашненный еще в древности. Общительны и дружелюбны светлые хорьки, солонгои и колонки. А вот соболи и куницы не позволяют брать себя в руки. Злобны черные хорьки, наиболее агрессивны горностаи. Как видим, среди них есть виды, которые хорошо приручаются, а есть и злобные, агрессивные.

Дмитрий Владимирович принес в вольеру еще одного хорька, чтобы мы могли снять их игры, ведь у всех куницеобразных ярко выражен игровой ритуал. Они очень подвижны. Кажется, что не способны даже на секунду остановиться и сосредоточить на чем-нибудь внимание. Все время в движении.

Как только в вольере оказались два хорька, они тут же затеяли динамичную игру. По вольере протекал лесной ручеек. Хорьки забирались в воду, запрыгивали друг на друга, боролись, стояли на задних лапках, исследовали каждый потаенный уголок вольеры.

Терновский принес живую мышь и пустил ее в вольеру на виду у хорьков. Что тут началось! Мышка юркнула в подстилку из травы и листьев. Хорьки мигом отрыли ее. Один зверек с добычей в зубах пытался скрыться, другой настигал его и, схватив мышку, тащил ее в свою сторону. Дмитрий Владимирович сказал, что игра с добычей — характерная черта поведения всех куницеобразных. Горностаи и солонгои носят мышей в зубах, прячут их, играют с жертвой, как домашняя кошка.

У всех куницеобразных четко выражено хищничество. Зверьки подползают к жертве, скрадывают ее, терзают. Приемам охоты родители обучают детей еще в молодом возрасте. Зверьки обладают молниеносной реакцией, даже нападают на опасных для себя животных, например на ядовитых змей. Укус в область затылка — характерный прием куницеобразных при охоте на жертву.

Дмитрий Владимирович своими экспериментами буквально развеивает многие сложившиеся представления о тех или иных видах куницеобразных. Например, что говорят о росомахе? Что это страшный зверь, что коварства этому хищнику не занимать. В природе росомаха охотится на кабаргу и кабанов, причем охотится из укрытия, делая прыжок сверху. Одним словом, росомаха — хитрый и коварный зверь.

Терновский познакомил нас с росомахой по кличке Гулька. Вместе с ним мы вошли в вольеру, где она обитает. Та сразу подошла к своему воспитателю, дала себя погладить, взяла с руки корм. Где же злоба и коварство? Напротив, зверек кажется добрым и очень привязан к Терновскому. Дмитрий Владимирович говорит, что часто гуляет с Гулькой в лесу. У нее стопроцентная возможность убежать, но она этого не делает. Более того, Терновский отпускал ее в лес одну, но она всегда возвращалась в вольеру.

Детеныши росомахи, взятые в природе, привыкают к человеку и становятся совсем ручными и незлобивыми. Значит, доброта человека рождает ответную доброту у братьев наших меньших.

Одна из главных практических задач зоологов Терновских — создание новых форм животных с оригинальной окраской меха. Они добились замечательных результатов, получив новый гибрид с несколько необычным названием — хонор, или хонорик. Зверек так назван по начальным слогам исходных форм его родителей — хорька и норки. Отец хонорика — тоже гибрид черного и светлого хорьков, а мать — европейская норка. Встречаются ли такие гибриды в природе? Дмитрий Владимирович рассказывал, что он видел две шкурки хоноров в Кировском сельскохозяйственном институте. Эти шкурки были добыты 80 лет назад. Ученый назвал это случайностью, игрой природы.

Хорьки и норки принадлежат к разным родам семейства куницеобразных. Хорьки — полунорные хищники, их основная добыча — различные мелкие грызуны. А норки ведут полуводный образ жизни, питаются преимущественно рыбой.

Внешне хонорики похожи на мать: черная блестящая ость равномерно покрывает густую и шелковистую черно-коричневую подпушь. От норки хоноры унаследовали умение плавать, а от хорьков — интенсивно копать норы. Самое удивительное их свойство — способность воспроизводить потомство. Как известно, у межродовых гибридов, как правило, не бывает потомства. Первый приплод от хонориков зоологи Тернов-ские получили в 1978 году.

Ученые разработали и метод целенаправленного получения повторных приплодов. Впервые благодаря этому методу им удалось получить по два приплода в год от солонгоев, фуро, гибридных хоноров, европейской норки. Одна самка трижды давала по два приплода в год. Всего же в эксперименте было получено более 200 детенышей.

У хоноров высокая плодовитость уже в первом поколении. Эти зверьки очень красивы, с удлиненным мехом. Немаловажно и то, что хонорик — довольно крупный зверек.

Результаты этого уникального эксперимента имеют практический выход; более 70 гибридов было передано в Пушкинский племенной зверосовхоз.

Сохранение и разведение зверьков в неволе — очень важная задача. Но не менее злободневная биологическая проблема — сохранение куницеобразных на воле, в местах их естественного обитания. Сейчас в более или менее хорошем состоянии находятся горностай, колонок, соболь, светлый хорек, ласка, американская норка. Эти виды пока еще многочисленны. А вот каменная куница, перевязка и европейская норка очень редки.