Н. Магуто - Жизнь собачья

Правда, – а что? Ладно, это мы потом решим, перво-наперво пойду мамку приведу, потом думать будем.

Белла с надеждой посмотрела на меня, но в глазах все еще читалось отчаянье. Пришлось добавить, чтобы в ней проснулась уверенность:

– Не волнуйся, запросто научим. Ты главное ее не пугай, а то придется еще кого-нибудь искать. Хотя я сам видел, как она лихо скакала. Знаешь, тут Ночка есть? Пухленькая такая, в горошек?

– Ночка? – Нет, не слышала.

– Так она на ней без седла носилась, я аж испереживался весь, вот-вот думал, свалится. Но ничего, удержалась. Молодец.

– Тогда она точно сможет. Зови! Скорее зови.

– Ладно, побежал. Не скучай.

Я развернулся и пулей рванул к дому.

Мамка, слава богу, дома цветы поливала. И зачем ей цветы? Одна морока. Насажала каких-то палок, розами называются, и поливает их теперь каждый день. Хоть бы один листик вылез…

Правда, она еще дедов куст в землю засунула. Зачем? – Ему его Леночка подарила, племянница, на день рождение. И чтобы вы думали? Чуть и этот в палку не превратила, едва оклемался бедненький. Правда, он вроде вот-вот зацветет, если она его до смерти не утопит.

Про астры я и говорить не хочу – Первые она на полметра в землю зарыла, думала, так лучше. Вторые просто побросала, в пику первым. Их первый же дождик в яму смыл. Может, хоть там зацветут. В общем, садовод из нее еще тот – Да, – что-то я не о том.

Подлетел я к ней и говорю:

– Хватит ерундой заниматься. Пора гулять.

Посмотрела она на меня, по привычке по чубу погладила, и говорит:

– Рано еще.

Тут уж я возмутился:

– Какое – рано! Когда вокруг такое твориться!

Схватил ее за майку и потащил к калитке. Она по дороге чуть о лейку не споткнулась. Хорошо, на ногах устояла. А так бы точно досталось.

– Ричард, прекрати! Приказала она. Ты что, хочешь, чтобы я упала?

– Мусик, – ну, Мусик, – пошли, пожалуйста. Там Белла, она одна, ей плохо – Ричи, что случилось?

– Пошли, Мусик, пошли – Сопротивляться она прекратила почти сразу. Трудно ей со мной спорить. Это я к чему? Да к тому, что она, конечно, моя хозяйка, но вообще-то, это как посмотреть. Вот сказал я гулять, и пошла гулять. Пусть себя хозяйкой считает, ей так спокойней. Женщина…

До Беллы мы добрались без потерь. Мамка, как ее увидела, обрадовалась.

– Здравствуй, Белла, – говорит. Соскучилась я по тебе. А сама ее по шерстке гладит, в нос целует. Та разомлела совсем, глаза закатила, рот раззявила.

– Глаза-то открой, – говорю. Забыла, зачем пришли?

– А что мне делать-то? Испуганно спрашивает.

Да, это вопрос – Ложись на пузо, – говорю, – Я ее на тебя сажать буду.

– Как на пузо? – Перепугалась она.

– Как – как – молча. Ты что думаешь, она сейчас подпрыгнет и тебе на спину взлетит? – А что?

– У тебя с головой все в порядке? Сказал, ложись, значит, ложись, – строго распорядился я.

Она похлопала еще с минуту своими блюдцами. Посмотрела на меня, на мамку и поняла, что никто ей не поможет. Наконец, подогнув передние лапы, почти легла.

– Белла!!! – Что с тобой? – Перепугалась мамка.

– Что! – Что! – Залезай, – говорю.

Мамка растерялась вконец. Пришлось мне схватить ее за майку и подтащить к Белле вплотную.

– Садись, – приказал я.

– Что ты делаешь?! – Хочешь, чтобы я с нее свалилась? Чуть нервно поинтересовалась она.

Но видимо, предложение Беллы ей польстило. – Спасибо, тебе, Белла, огромное спасибо, но без седла я не могу. Ты же еще никогда под седлом не ходила. Скинешь меня – Могу! – Не могу! Садись, сказал!

И чтобы вы думали, затащил я ее таки на лошадь. Майку, правда, порвал – чуть-чуть совсем.

Но это уже ерунда. Такое дело сделали.

Белла, когда всадницу на спине почувствовала, лапы выпрямила и пошла – Красавица – Мамка ей в гриву вцепилась, аж позеленела от страха вся. Вот-вот свалится. А эта бестолковая, знай, коленца выкидывает. Я как заору:

– Осторожнее!!! Ты же ее уронишь!

Слава богу! Поняла – Лапы, тьфу ты, – копыта переставлять аккуратнее стала, скорость сбросила. Смотрю, мамка уже освоилась, заулыбалась, довольная сидит. А Белла раздухарилась в конец. Как пошла на радостях иго-гокать, так тут весь народ и сбежался.

Люди стоят, смотрят, пальцем на них показывают, а Белла то так пойдет, то этак. Тут и хозяин прибежал. Увидел он такое дело, даже прослезился. А Белла умница, к нему подошла, лапы подогнула и поклонилась. Мамка тут, конечно не удержалась, съехала ей на шею и свалилась затем. Хорошо невысоко, не убилась совсем.

Цыган ее поднял, расцеловал в обе щеки и полез на Беллу. А та замерла, стоит, ни жива, ни мертва, больно ему сделать боится. Сел он на нее по-хозяйски, сдавил ей бока, свистнул по-разбойничьи и пошел. Хорошо, что она на цепи оказалась, а так бы точно до Москвы долетели.

Накатался он, в общем, слез, стоит, аж светится весь.

– Спасибо вам, – говорит, – Вот уж не думал, что она к себе седока подпустит. Уже продавать ее решил. Что толку держать, коли ездить не можешь.

– Продавать? – Переспросила мамка.

– Да, продавать. Меня Иван попросил. Он ее к телеге хотел пристроить.

– Жалко – протянула она. Зачем продавать? Вы ее теперь за деньги дачникам можете сдавать. Она вон какая хорошая, сама нагибается, чтобы сесть удобнее было.

– Да – с сомнением пробормотал цыган. А что? – Конечно, я первая готова.

– Вы на ней и так кататься будете, когда захотите. Деньги я с вас ни в жизнь не возьму.

– Зря вы так, не согласилась мамка, – Ей же есть нужно.

– Накормить, я ее всегда накормлю, лапочку мою. А на работу я теперь не на «Оке» ездить буду, а на Белле. От удовольствия он аж причмокнул. Я лесничим в здешнем лесничестве работаю. Теперь не на своих двоих бегать буду, а на ее четырех. Любого нарушителя догоню.

Да, Белла? – Он ласково потрепал ее по шее. А та от удовольствия аж хрюкнула.

Местные смотрели на мамку и восхищались. Леонид даже поинтересовался, как она на такое отважилась. И чтобы вы думали, про меня она, конечно, забыла и начла рассказывать, как ей страшно было на кобылу влезать. Люди ахали, охали, качали головами. Мамка, в общем, прославилась. Мне это слушать надоело, пора было идти домой.

– Хватит болтать, – говорю, – Кушать хочется. Или ты до утра тут стоять собралась?

Посмотрела она на меня, попрощалась с соседями, поцеловала Беллу, и пошли мы домой.

Поужинал я как следует, а потом рассказал Даниле про сегодняшние приключения. Он даже позавидовал. Сказал, что молодец я, спас подружку. Вот так…

Решил я тут на озеро сходить, что у коровника, со знакомой выдрой попрощаться. Совсем я про нее забыл за этими делами.

Погода, правда, слегка подпортилась, дождик мелкий, холодный. Мне и то прохладно стало.