Джон Мак-Киннон - По следам рыжей обезьяны

Примерно через час лодки причалили к мощенному камнями причалу Бату-Балус, от которого рукой подать до самых больших пещер Тападонга. Под аккомпанемент гонга гроб подняли и понесли через отверстие в скале по опасной извивающейся тропе. Эта тропка привела к расчищенному углублению, обрамленному высокой стеной из известняковых скал, над которым нависали, как полог, ветви деревьев. Примерно на шестьдесят футов вверх по склону к отверстию большой пещеры вела колоссальная лестница, связанная из тонких деревьев и веток наподобие оснастки какого-нибудь старинного галеона. Гроб поднимали наверх ступенька за ступенькой, втягивая на ротановых канатах, а снизу его поддерживали руки множества добровольных помощников. Сунал печально смотрел, как гроб поднимается к зеву пещеры, обрамленному разноцветными флажками для отпугивания лесных духов.

В пещере стоял сильный запах разложения, и дно ее было устлано пылью из рассыпавшихся в прах костей и дерева. Вдоль одной стены высился гигантский штабель из сотен и сотен гробов, а рядом накопились многовековые наслоения разных предметов. Я был потрясен и не мог оторвать глаз от ножей и мечей, украшенных чудесными узорами, от тончайшей резьбы на веслах и прославленных древнекитайских фарфоровых чаш и блюд. Просто не верилось, что дусуны, живущие в такой нищете, оставляют все эти несметные сокровища своим мертвецам. Но эти реликвии давно стали священными, и никто не смел выносить их отсюда. Об этом позаботится вечно бдительный Манои Салонг. Я с любопытством взглянул на углубление в потолке — хранилище головы Манои Салонга, единственной части его тела, которую принесли в пещеру после того, как он был убит на пути к реке Кинабатонган. Гроб другого героя стоял на большом плоском камне возле входа. Ему придали форму головы буйвола и расписали яркими красками.

Гроб Зины поставили на высокий штабель. Над ним укрепили зонтик, и Сунал на гроб положил миску, ложку и саронг, а также немного риса и воды, чтобы ее дух мог всем этим воспользоваться. Старик три раза ударил по гробу ротановой плетью и пропел старинную молитву, призывая дух Зины упокоиться с миром здесь, не возвращаться в кампонг и не докучать семье.

Сравнивая недавно виденные мной дешевые пластмассовое тарелки и жестяные кружки с драгоценными дарами нижних рядов, я чувствовал, что присутствую не только на похоронах Зины, жены Сунала, но и на похоронах целой цивилизации. Дусуны некогда были гордым народом и жили довольно богато, собирая урожай со своих полей, пользуясь дарами джунглей и реки. Их охотничье снаряжение состояло из духовых трубок, копий, ловушек и крючков. Они убивали носорогов ради их рогов, слонов — ради бивней, а крокодилов — ради их ценной кожи. В прибрежных городах они сбывали мясо оленей, кабанов и жирную рыбу тарпа. В лесу они собирали ротановые плети, ароматную смолу дамара, дикие пряности, сладкие плоды дуриана и крепкое красное железное дерево. Они промывали золото из речной гальки, и у них были хорошо обработанные рисовые поля и фруктовые посадки, приносившие высокие урожаи на илистой, плодородной почве. Они обменивали свою лесную добычу на нужные им ткани и ножи, и единственными их врагами были бродячие «охотники за головами» да морские пираты. Сокровища, собранные в пещерах, и то, с каким размахом проводились торжественные церемонии, служили доказательством того, что этот народ лишь недавно впал в нищету. Теперь получить регулярный заработок мужчина может только в городе. Тяжелые времена и свирепствовавшие наводнения и холера унесли множество жизней. Дамар и свинина больше не находят сбыта на рынке, а охота на прочую дичь и продажа древесины теперь считаются браконьерством. Богатство в наши дни приносят каучуковые и кокосовые плантации или крупные лесопромышленные компании. Дальние прибрежные деревни остались ныне вне главной в хозяйственном отношении магистрали.

Когда мы спускались по бесконечной лестнице, Бахат показал мне вход в меньшую пещеру внизу, под нами. Среди костей и остатков гробов скалил зубы человеческий череп.

— Вон там ибаны и кайаны хоронят своих мертвых. Только дусуны используют главную пещеру, — с гордостью сказал он.

— Значит, если я умру, вы положите меня туда? — поинтересовался я. Он был шокирован и воскликнул:

— О нет, туан, вас мы будем считать дусуном!

Мы были готовы вернуться в кампонг, где предстояло пировать еще две ночи, чтобы завершить ритуал почитания усопшей. Перед тем как отчалить, каждый из сопровождающих сорвал зеленый побег и прикрепил его к одежде или засунул в волосы. Их выбросят во время церемонии омовения после нашего возвращения, но мне показалось вполне естественным, после того как на Бату-Балус принесены останки жизни отцветшей, унести с собой в обратный путь свежие побеги новой жизни.

Глава 6

Таинственные существа

Холодные и промозглые зимние месяцы тянулись медленно, но постепенно грозы становились все реже, вода в реке снова стала совершенно прозрачной, и в ней можно было ловить креветок. Громадные деревья одно за другим покрывались цветами, белыми, желтыми и розовыми, и вскоре их подножия были усыпаны, как конфетти, нежными лепестками. Муравьи так и сновали внизу, собирая урожай опавших цветов, тащили их в свои подземные жилища, где у них выращивалась особая грибница. Над головой проносились гудящие рои пчел — они искали прочные сучья, на которые можно будет подвесить тяжелые желтые соты с медом. Над рекой и по берегам кружились в танце несметные карнавальные хороводы ярких бабочек: быстро проносились махаоны, сверкали зелеными крыльями парусники, лениво скользили в воздухе пятнистые данаиды и тучи белянок и лимонниц. Они обрамляли края луж и песчаные отмели живым трепещущим ковром, но стоило мне подойти, как они взлетали вверх вьюгой оживших снежинок.

Необычайное разнообразие насекомых, их хитроумные уловки и тончайшие приспособления служили для меня неистощимым и отрадным развлечением, спасая от скуки в долгие часы одиночества в джунглях. Из отдельных случайно подмеченных мной за долгие месяцы черточек у меня сложилась полная картина их сложного развития и тесных взаимосвязей. Синие бабочки с отливающими металлическим блеском крыльями несли на них сверкающие ложные «глазки» и длинные белые «шлейфы», которые отвлекали внимание хищников от их незащищенного тельца, однако и охотники не уступали им в изобретательности, и множество манящих цветков при ближайшем рассмотрении оборачивалось чем-то совсем иным. Белые пауки-бокоходы затаивались среди лепестков орхидей, терпеливо подстерегая и хватая залетных бабочек, но еще занимательнее были богомолы. Растопырив свои яркие крылья, они становились так похожи на цветы, что неосторожные насекомые влетали прямо в их распростертые объятия.