Евгений Марысаев - Пират

– Умная сопака,— сказал Чейвын, соскабливая ногтем со лба замерзший пот.

– Сены нет такой сопаке,— подтвердил пастух-якут.

А Пират тем временем бегал среди убитых волков, выхватывал клоки шерсти то у одного, то у другого зверя. Оставил он их только тогда, когда пастухи начали снимать теплые волчьи шкуры. У охотничьих собак пропадает к добыче всякий интерес, если ее коснулась человеческая рука.

... Пират носился возле чума, взлаивал. Оленеводы вышли из жилища. Они с недоумением глядели на собаку. Если бы она учуяла зверя, то вела себя совсем не так. Пастух-якут высказал предположение: уж не сбесился ли пес? Несколько дней назад Пират вступил в единоборство с росомахой. Росомаха уже сидела на оленьем загривке, и обезумевшее от страха и боли животное мчалось неведомо куда. Пират нагнал их, в длинном прыжке рванул хищника за ногу, и тот свалился с живой добычи. Неизвестно, чем бы кончился поединок — похожая на маленького медведя, росомаха сильна, вертка, злобна,— не подоспей с метким выстрелом Чейвын. Хищник замертво рухнул на снег. А у Пирата на боку зияла глубокая рана. Вдруг росомаха была заражена страшной болезнью — бешенством и передала ее собаке?...

Но беспокойство людей было напрасным. Все прояснилось через четверть часа, когда в небе загудел вертолет.

– Тумает, Костька-хеолох летит, хосяин,— сказал пастухам Чейвын и понимающе покачал головою.

Чукча ошибался. Пират сейчас не ждал хозяина. Совсем по другой причине радовался пес...

«МИ-4» приземлился на таежной поляне. Из багажного отделения вышли главный зоотехник, главный бухгалтер и директор совхоза. Они облетали оленеводческие бригады, в каждой жили по неделе, а то и больше, с утра до вечера пропадали в табуне.

Пятнадцать бригад, двадцать пять тысяч олешек насчитывал совхоз, а паслись животные на территории, равной двум Франциям и трем Швейцариям.

Директор привез пастухам новогодний подарок: три мешка свежих яблок сорта шафран. Свежие, не мороженые яблоки зимою на Крайнем Севере такой же дефицит, как вяленая вобла в городе. Фрукты, предназначенные только для главных работников совхоза — пастухов, везли самолетом прямым рейсом из Алма-Аты. Подобный рейс мог себе позволить совхоз-миллионер.

«МИ-4» взлетел и вскоре скрылся за сопкой. Машина прилетит за руководителями совхоза через неделю.

Пастухи и начальство прошли в чум. Нюргуяна накормила гостей обедом. За чаем директор попросил Чейвына рассказать о главных новостях в бригаде. Чукча прикинул, с чего бы начать. И поведал о своей собаке, которой «сены» нет. Рассказал, как она спасла олешек от волчьей стаи, как бесстрашно вступила в поединок с росомахой, как возит его, Чейвына, на обход табуна.

– Хоть пиши приказ да премируй твою собаку! — усмехнулся директор.— Но где же она? Приведи, похвастай.

Бригадир вышел из чума. Пирата возле жилища не было. Кричал, звал — бесполезно. Собака будто сквозь землю провалилась.

– Наверно, сверя посюял, в тайху усел. Скоро прибесит,— сказал чукча директору.

Но Пират не прибежал к чуму ни к вечеру, ни утром следующего дня. Навсегда исчезли из его жизни совхозные олени, бригада, Чейвын, к которому пес относился уважительно, но никогда бы не смог его полюбить.

... Самое поразительное в истории бегства Пирата от оленеводов было не то, что пес понял: надо залезть в вертолет, грохочущая стрекоза непременно привезет его на аэродром, с которого много-много дней назад улетел хозяин. Это бы сообразил всякий умный пес. Поразительным было то, что Пират понял: надо проникнуть в машину скрытно. Если люди заметят его, залезающего в багажное отделение, то непременно выгонят. И он проник внутрь вертолета крадучись, улучив момент, когда все склонились над развязанным мешком с ароматными яблоками. В хвосте машины лежал скомканный брезент, вертолетный чехол. Пират подлез под него и за два часа лета ни разу не пошевелился, не проскулил, хотя багажное отделение не отапливалось, здесь стоял страшный холод. Умно, осмотрительно пес повел себя и на вертодроме, когда машина приземлилась. Он обнаружил себя лишь после того, как бортмеханик открыл дверцу и сошел на землю: пулей выскочил наружу мимо растерявшегося человека и побежал не куда глаза глядят, а туда, где начиналась взлетная полоса. Здесь он в ожидании хозяина когда-то скоротал немало ночей. Пустырь за взлетной полосой Пират считал своим домом.

XI

Жизнь Пирата вновь обрела смысл. Он ждал, он надеялся. Пес не сомневался ни на мгновение: хозяин должен вернуться. В полдень прилетел серебристый красавец «ЯК-40». Пират сломя голову мчался к самолету, цепко осматривал каждого пассажира, а потом бежал за толпой, двигавшейся к терему-аэровокзалу, и еще раз перепроверял себя: не пропустил ли хозяина? Но того, кого он так ждал, все не было...

Ночевал Пират, зарывшись в снег. Часто просыпался от боли в лапах и тщательно выкусывал лед между когтями. Среди ночи ему становилось чертовски холодно в нежаркой своей шубке. Как бы пригодилось сейчас оленье одеялко, сшитое Нюргуяной! Но в день бегства из оленеводческой бригады Чейвын снял с Пирата одеялко и повесил его на суку дерева проветрить. Питался он возле ближайших к аэродрому изб заледенелыми объедками, какие выплескивали с помоями хозяйки. В одну такую ночь заснул и не проснулся бы Пират, погиб от лютого холода на столь скудных харчах, в легком своем одеянии, если бы не диспетчер аэродрома. От вертолетчиков он узнал о бегстве пса из бригады. Пожалел парень собаку, решил на зиму взять к себе. Но не тут-то было! Едва диспетчер приблизился к собаке, она хватила его за ногу. От укуса спасли высокие медвежьи унты. Однажды Пирата пленили обманом. Теперь он твердо решил не подпускать к себе человека. Другой бы на месте диспетчера озлился, чего доброго, и прибил бы собаку. Но парень знал историю Пирата. Здесь же, за взлетной полосой, он соорудил псу дощатую конуру. Раздобыл на складе совхоза бракованные оленьи шкуры, обшил ими конуру внутри и снаружи, а вход закрыл меховым пологом. Не сразу Пират залез в свое новое жилище. Все ждал подвоха: не ловушка ли? Но однажды лютый мороз все же загнал его в укрытие. И впервые за много дней Пират отоспался всласть в тепле. Приходя на службу, диспетчер непременно приносил собаке маленькое ведерко с объедками.

Но вот парень исчез. Пират не мог знать, что он уехал с семьей в отпуск к теплому морю. Тот, кому диспетчер поручил присмотреть за собакой, оказался человеком необязательным. Он принес еду раза два-три и больше не показывался на аэродроме.

Однажды на взлетной полосе появился не знакомый Пирату человек. Он шел по направлению к конуре. Пират поспешно вылез наружу и предостерегающе зарычал.