На утренней заре - Григорий Иванович Барыкин
— Ах ты, бандит! — невольно выкрикнул Петрович и вскинул ружье. Лунь встрепенулся, выпустил из когтей свою жертву и запланировал в заросли. Петрович выстрелил еще, и лунь шлепнулся в воду.
Едва перезарядил старик ружье, как откуда ни возьмись появилась пара серых ворон. Хищницы с громким карканьем кружили над убитым лунем. И опять Петрович поднял централку и раз за разом сбил ворон. А в это время над скрадом шумно взметнулась ввысь стая гоголей, намеревавшихся присесть к чучелам.
— Тьфу ты, досада какая, — огорченно сказал старик. Охота так и не удалась: простояв еще с полчаса, Петрович вздохнул и выплыл из скрада собрать чучела и убитых хищников.
«Вот и опять старухе уток не привезу. Будет воркотни да пересудов. Луня-то с воронами не поджаришь», — рассуждал про себя старик, направляя лодку в сторону берега.
Вдруг Петрович заметил, что впереди за густым тростником у лабз маячит шест. «Кто бы это мог быть вблизи зоны покоя? Уж не браконьер ли какой?» — подумал он и начал бесшумно продвигаться вперед. Вскоре человек в лодке выплыл на чистинку, и Петрович узнал в нем своего свата — Егора Леонтьевича.
«Что он тут шарит? С чего это Егор стал охотником? Правда, лодка у него есть и кое-когда по разрешению он ставит сети вблизи деревни на карасей. Но здесь-то, в этих лабзах что ему делать?» — недоумевал Петрович, наблюдая за сватом. И тут ему вспомнилось, как позавчера маленькая внучка Лена говорила, что была у дяди Егора и ела там яичницу…
— При мне жарили. Яичек у них много-много и все разные, — рассказывала Лена.
Петрович тогда не придал значения болтовне девочки, но вот сейчас… «Неужели Егор яйца уток да лысух из гнезд выбирает?»
Петрович не спускал глаз со свата. А он то заезжал в гущу тростников и терялся, то опять появлялся на чистинках и двигался вдоль лабз. Иногда почти рядом с его лодкой взлетали с криком самки уток или слышалось тревожное цоканье и шлепанье лап разбегавшихся лысух.
Старик продолжал наблюдать и плыть за сватом. И когда оказался на месте, где несколько минут назад был он, увидел плавающее на воде гнездо лысухи, свитое из тростников и листьев тифы… В нем лежало лишь одно яйцо. А рядом с гнездом тростник был собран в пучок и на вершинке завязан в узелок…
«Та-а-ак, сватушка… С опытом работаешь! У гнезд приметные узелки делаешь. Одно яичко для «подклада» оставляешь, чтобы птица не бросала насиженного места, а продолжала для тебя класть яйца, как дворовая хохлатка… Тьфу, паршивец такой!» — выругался Петрович и от волнения, присев в лодке, стал крутить козью ножку.
Покурив и успокоившись, Петрович подплыл к браконьеру.
— Здравствуй, сват! Уж не лягушек ли на лабзах ловишь?
— Здравствуй, дорогой сватушка Герасим Петрович!.. Да нет, какие там лягушки… Хотел вот… куги для циновки нарезать, — растерянно ответил Егор.
— Что ж, не нашел, что ли, подходящей? А вон сколько ее кругом! Отменная! — громко сказал Петрович и тут же перешел к серьезному разговору. — Та-а-ак… Показывай, сколько яиц собрал!
— Каких яиц? Что ты, Герасим Петрович?
— Не виляй хвостом, а то зараз отрублю! — гневно прикрикнул Петрович и подплыл к лодке свата вплотную. В лодке на дне было чисто. Только старая сеть, да пустое ведро валялись в носу. «Где же он прячет добычу?» Петрович еще раз лодку обежал взглядом и… предложил:
— Подними-ка настил!
Егор поднял одну доску настила…
— Собери «добычу» в ведро да не забудь сосчитать, — распорядился Петрович.
Егор не сопротивлялся. Он насчитал девяносто два яйца и поставил ведро в лодку охотника.
— Заплатишь ты за разорение гнезд штраф тридцать рублей да государственный иск по тридцать копеек за яичко… Вот оно как получается, — сказал Петрович. — Поезжай к пристани вперед, а я сзади.
— Да ты что это, Герасим Петрович? Неужто креста на тебе нет? Чужой я тебе али сват? — взмолился Егор.
— Не болтай пустого. Кончились твои даровые яичницы. Совсем совесть потерял. Поезжай! — с гневом сказал Петрович и оттолкнул лодку свата вперед.
До пристани сваты ехали молча. Каждый думал о своем.
На берегу оказался учитель Сизов, только что вернувшийся с озера, две колхозницы и ребятишки, сбежавшиеся посмотреть на добычу охотников.
Петрович составил акт на свата-нарушителя, в котором и расписались бывшие тут свидетели. Затем он отвел Егора в сельпо и заставил сдать собранные утиные яйца по особому акту.
ИКРЯНКА
Два года, как Петр Капитоныч Батин ушел на пенсию. Да и пора. Шестьдесят семь лет стукнуло, сдавать начал.
Капитоныч был завзятым рыболовом. Всегда за удочкой отдыхал, сил набирался. Бывало, когда еще работал, уйдет перед выходным на речку Миасс с ночевкой. Другие, частенько, притащатся туда целой ватагой с водкой и шумными песнями. А уходя с берега обратно, оставят в примятой траве и поломанных кустах пустые бутылки, порожние консервные банки да обрывки газет. Полный разгром в природе учинят, загадят, замусорят берега красавицы речки.
А Капитоныч — не-ет. Он заберется с удочками в укромный уголок, да там и разговаривает со своими рыбами-друзьями…
— Опять, опять насадку сдернуть норовишь? Негодница. Ох, уж эта проказница — серебристая плотвичка! Ага, вот так, так… Тяни смелее! Червячок отборный, специально в саду под малинкой выкопал. Стоп! Ого-о… — скажет рыболов, подсечет и вытащит на траву добренького линя либо тигристого окуня.
Полюбуется на добычу, посадит ее в сетку, что у берега к колышку привязана, и… оглянется. Уж не подсмотрел ли кто его рыбацкого счастья! Нет, тихо в кустах. Только вдали горланит подгулявшая компания…
Наловит так, бывало, хорошей рыбки, принесет домой, скажет жене:
— Сготовь-ка, Анна Степановна, поджарку! Да чтобы на постном масле, с луком и перчиком…
Мечта, мечта… А вот теперь, когда вышел в отставку, время свободного не занимать. Хоть каждый день у речки сиди. Но… прежнего удовольствия не получалось. Перевелась, измельчала рыба в Миассе. Народу стало много, а рыбку-то не каждый бережет и ценит. Сначала здесь ловили ее ряжевыми сетями во время икромета, а потом, когда крупной не стало, понаделали мелкоячейных бредней и начали выцеживать даже мелюзгу. Одним словом, не рыбаки, а хапуги!
Сейчас все чаще получалось, что просидит старый рыболов на любимых местах весь день, заглянет в ведерко, а там только с десяток мелких окуньков, ельцов, плотвичек или пескарей барахтаются.
— Эх-ма-а! — вздохнет Капитоныч, сматывая удочки и собираясь домой. — Ну, что теперь делать? На озера подаваться? Но
Откройте для себя мир чтения на siteknig.com - месте, где каждая книга оживает прямо в браузере. Здесь вас уже ждёт произведение На утренней заре - Григорий Иванович Барыкин, относящееся к жанру Природа и животные. Никаких регистраций, никаких преград - только вы и история, доступная в полном формате. Наш литературный портал создан для тех, кто любит комфорт: хотите читать с телефона - пожалуйста; предпочитаете ноутбук - идеально! Все книги открываются моментально и представлены полностью, без сокращений и скрытых страниц. Каталог жанров поможет вам быстро найти что-то по настроению: увлекательный роман, динамичное фэнтези, глубокую классику или лёгкое чтение перед сном. Мы ежедневно расширяем библиотеку, добавляя новые произведения, чтобы вам всегда было что открыть "на потом". Сегодня на siteknig.com доступно более 200000 книг - и каждая готова стать вашей новой любимой. Просто выбирайте, открывайте и наслаждайтесь чтением там, где вам удобно.
