Джентльмен змеиного мира - Морис Кейн

Американские исследователи выявили живучесть змей в довольно жестоком эксперименте, обезглавив тринадцать гремучников. Головы проявляли агрессивность полчаса и даже час спустя после отсечения — пасти раскрывались, изготавливались к удару, едва к ним приближалась человеческая рука. Одна экспериментальная голова укусила палку и выбросила яд через сорок шесть минут.

Тела сохраняли подвижность и восемь часов спустя: обезглавленное туловище упрямо переворачивалось со спины на брюхо, у некоторых сердца бились до двух суток.

Змея эта может ничего не есть целый год — именно такой срок удается змееловам продержать гремучника в клетке или виварии. За исключением редчайших случаев (в террариуме зоопарка Сан-Диего в Калифорнии) гремучники отказываются есть в неволе. Один техасский любитель за двадцать лет переловил тысячу змей, но ни одна не соглашалась принимать пищу за решеткой.

Зато на воле они на аппетит не жалуются. Заглотив добычу, змея заползает в нору или прячется в тень: она не слишком любит оставаться на солнцепеке.

Зима для гремучников — время спячки. Рептилии впадают в оцепенение, погремки не гремят. Змеи любят зимовать «в обществе» в клубках по сотне, а иногда и по тысяче штук. И прежде чем успокоиться на зимний период, они закатывают в исполнении погремушек заключительный концерт.

«Музыкальный конкурс» проводится не из меломанской потребности, а дабы обзавестись близким другом (подругой) на следующий сезон. Нельзя же оставить этот мир без гремучего потомства. Тем более что мадам нужно четыре-пять месяцев для того, чтобы разрешиться от бремени. Случается это один раз в год. В северных районах, где лето коротко, дело и того сложнее: детишки не успевают созреть и ждут год, прежде чем показаться «в свет».

Змееныши появляются вполне сложившимися особями длиной от десяти до двадцати сантиметров, с очаровательными ядовитыми клычками, вполне пригодными к действию, и, как уже известно, с заготовкой погремушки.

Их жизненный путь вьется лет по двадцать. Говорят, некоторые успевают дорасти до двух с половиной метров. Хотя в Техасе (а тут все больше, длиннее и толще, чем в других штатах) клянутся, что их гремучники вырастают до пяти метров. Но вообще-то среднестатистический гремучник — особь от полуметра до метра длиной.

Птицы охотно склевывают змеенышей в первые недели их жизни, принимая за простеньких червяков. В отрочестве змейки становятся лакомством для орлов и коршунов. А попозднее дикие кабаны, которых слой сала успешно защищает от яда, большие охотники до плоти гремучников. Но и это не все. Во времена освоения Дальнего Запада переселенцы ели гремучих змей, называя их «угрями прерий». Мясо гремучников, по утверждениям знатоков, напоминает по вкусу телятину. И сейчас оно продается — на любителя — в консервах, под соусом или в виде супа.

Американцы переняли рецепты змеиной кухни у индейцев. Но индейцы Северной Америки не только потребляли гремучников в пищу. Змея была у них символом свободы. Американцы во время войны за независимость тоже изображали гремучую змею на своих флагах. Одно время собирались даже сделать ее символом молодых Соединенных Штатов. Горячим поборником этого знака в гербе был Бенджамин Франклин.

Так что у гремучников славное прошлое. Ну а его будущее зависит от человека: гремучник уцелеет, если его перестанут считать исчадием ада и предоставят «джентльмену змеиного мира» маленькое право на жизнь.