Жак-Ив Кусто - Жизнь на краю земли

Стая дельфинов катается на носовой волне «Калипсо»; это излюбленная игра дельфинов-весельчаков.

Позже появилось другое объяснение: китовый фонтан — это влажный конденсированный воздух, и потому он становится заметным на холоде; но облачко, о котором идет речь, наблюдают как у полюсов, так и в тропиках. В конце XIX века наиболее широкое распространение получила гипотеза, утверждавшая, что это облачко представляет собой густую аэрозольную смесь воздуха и мельчайших капелек влаги. Спустя какое-то время появилась новая гипотеза — о «расширении» газов, которые перед этим сжимаются в легких во время погружения.

Это темные дельфины. Их можно узнать по серым бокам и характерному носу, из-за которого дельфинов этого вида окрестили «плужным лемехом».

Южный кит отдыхает в вечерней тишине. Хотя южные киты находятся под охраной, браконьеры до сих пор убивают этих редких и великолепных животных.

Возможно, истина кроется в сочетании двух последних гипотез: по— видимому, фонтан кита обязан своим происхождением как расширению воздуха, углекислого газа и паров воды, находившихся в легких, так и аэрозолю из микроскопических маслянистообразных капелек, образующихся в дыхательной системе кита.

Долго еще мы наблюдаем с палубы «Калипсо», как резвится первый приветствовавший нас в этих водах южный кит. Но вот он скрывается на горизонте. А мы продолжаем свой путь, осторожно лавируя между песчаными отмелями, и наконец наш корабль бросает якорь почти напротив бухты, в глубине которой расположился лагерем отряд Филиппа.

Пять лет на Вальдесе

Я покидаю борт «Калипсо» и через несколько минут приземляюсь на вертолете в лагере у пересохшего арройо, где меня ждет не только радостная встреча с Филиппом, его женой Джан, Жаком Делькутером, Ги Жуа и другими членами отряда, но и знакомство с гостем высокого ранга — широко известным ученым доктором Роджером Пэйном.

Этот симпатичный американец, хотя и выглядит бродягой, — настоящий кладезь науки, выдающийся цетолог*. Несколько лет доктор Пэйн изучал поведение «поющих» китов (горбатых китов, или горбачей) в Северной Атлантике, он записал на пленку их грустные величественные песни, а затем приехал на полуостров Вальдес, чтобы заняться наблюдениями за гладкими китами. Ко времени нашего прибытия доктор Пэйн, его жена Кэти и их четверо детей провели на полуострове уже пять сезонов. Сначала доктор жил в палатке, потом в лачуге из досок и толя, которая составила бы гордость любого бидонвиля, не будь она построена с таким размахом. Сейчас доктор Пэйн обосновался более комфортабельно — он живет в бетонном домике и даже имеет в своем распоряжении небольшой самолет, поскольку его исследованиям покровительствуют два научных общества — Нью-Йоркское зоологическое общество и Национальное географическое общество США. Но, по-моему, он вообще не очень заботится о комфорте. Вся его жизнь, как и жизнь его семьи, отдана океану и обитающим в нем животным. Доктор Пэйн знает каждого кита в заливе Сан-Хосе и каждому из них дал имя. К китам он подплывает в легкой байдарке: малейший толчок носом или взмах хвостом — и байдарка разлетится в щепки, но такого несчастья с доктором никогда не случалось.

Наши исследования морских животных на полуострове Вальдес начинаются как нельзя лучше. Киты уже прибыли на место встречи, а многочисленные дельфины, как бы составляющие их свадебный эскорт, дали в нашу честь акробатическое представление. С такими экспертами, как доктор Пэйн и доктор Агуайо, с такой техникой и аппаратурой и с таким опытом подводных погружений будет непростительно потерпеть неудачу!

Вечером в лагере у пересохшего арройо появляются члены команды «Калипсо»: Альбер Фалько, Раймон Коль, Франсуа Дорадо, Доминик Сюмьян, Кристиан Бонниси… Я надеюсь, что, приступив к работе со свежими силами, они помогут нам успешно завершить исследования, начатые отрядом Филиппа. Садимся обедать. Затем собираемся у лагерного костра, в котором потрескивает огонь, под полной луной, освещающей этот край света, и я прошу доктора Пэйна рассказать подробнее о том, как он отличает китов друг от друга. Не сомневаюсь, что сидящий напротив него доктор Агуайо непременно вставит свое слово.

«Как я узнаю китов? Нет ничего проще, надо только быть внимательным, — говорит доктор Роджер Пэйн. — Еще недавно крестьяне в деревнях без труда различали всех коров и давали им имена. Так вот, я утверждаю, что отличить одного гладкого кита от другого проще, чем двух молочных коров одной породы…

Но прежде чем вернуться к этому вопросу, разрешите мне определить место гладких китов Вальдеса — южных китов — среди других китообразных.»

Всемирная популяция: 1500 особей

«В подотряде усатых*, или беззубых, китов, — продолжает доктор Пэйн, — три семейства. К семейству полосатиковых относятся голубой кит, малый полосатик, сейвал (или полосатик Рудольфа), полосатик Брайда, финвал и горбатый кит. Семейство серых китов состоит из единственного вида — серого кита. А к интересующему нас семейству гладких китов относят всех так называемых настоящих китов — так их назвали китобои из-за спокойного нрава и легкости промысла, а также потому, что убитые гладкие киты держатся на плаву в отличие от полосатиковых, камнем идущих на дно.

В семействе гладких китов три рода, то есть столько же, сколько в подотряде усатых китов семейств. Карликовый кит (Caperea marginata) известен нам только по нескольким экземплярам, выбросившимся на берега Австралии, Новой Зеландии и Южной Африки; этот средних размеров кит (длина — 6 м, вес — 5 т) отличается от других видов прежде всего довольно неглубоким разрезом рта и наличием небольшого спинного плавника.

Гренландский кит (Balaena или Eubalaena [12] mysticetus) — самый крупный в этой компании: длина тела 15–20 м, вес до 100 т; его же называют и обыкновенным настоящим китом (common right whale) или „голова дугой“ (bow-head); норвежцы окрестили его nordwhal, голландцы wallfish, немцы nhalfish. японцы ко-кудзира, а эскимосы арбек.

У гладких китов фонтан двойной, в форме буквы V.

Осталось упомянуть южного кита (Balaena или Eubalaena glacialis). Именно он приходит в сезон размножения к полуострову Вальдес; он-то, а вернее, подвид этого вида — австралийский южный кит, ежегодно посещающий заливы Сан-Хосе и Гольфо-Нуэво, нас и интересует.

Южные киты делятся на три подвида, точно так же как семейство гладких китов делится на три вида, а подотряд усатых китов — на три семейства. В Северной Атлантике обитает Balaena glacialis glacialis; его еще называют китом басков, бискайским китом, сардинским китом, или китом сардов (по-английски black right whale, по-голландски и по-немецки nordkapper, по-норвежски hauswhal, по-исландски sletbag или slet-back); в античную эпоху этот кит был описан Плинием Старшим (натуралистом) [13], а в эпоху Возрождения — Конрадом Геснером [14], Пьером Белоном [15] и Гийомом Ронделе [16]. В северной части Тихого океана водится японский южный кит — Balaena glacialis japonica; этот подвид стал в Японии персонажем великолепных гравюр и целой серии литературных произведений. И наконец, последним был описан подвид, обитающий в южных морях, — Balaena glacialis australis (австралийский южный кит). Это как раз те самые киты, к которым уже столько раз подходил в заливе Филипп и чьи фонтаны вы сегодня видели рядом с „Калипсо“.