Полин Джонсон - Затерянный остров и другие истории

Есть, однако, свидетельства, что свое смешанное происхождение Полин переживала весьма чувствительно. Возможно, именно с этим как-то связана и неудача в личной жизни Полин. В 1898 году газета «Брантфорд курьер» объявила о помолвке девушки с преуспевающим юношей по имени Чарлз Драйтон из Торонто; однако уже через полгода стало ясно, что свадьбы не будет. И хотя никто прямо не говорил о причине, считается и доныне, что доля индейской крови, а также «низменная» профессия женщины-лектора, почти «актерки», — вот то, что повлекло за собой разрыв. Глухие отклики на несбывшуюся любовь разбросаны в стихах Полин, придавая многим из них оттенок горечи, а напрямую тема несовместимости подлинного чувства и расовых предрассудков возникает в рассказах «Как это было в самом начале» и «Приговор девушки-индеанки». В том же году умерла мать Полин, и она уезжает на Запад, продолжает писать стихи, ведет лекционную деятельность.

Жизнь свела Полин со многими замечательными современниками — писателями и литераторами. Редактором «Уик», еженедельника, напечатавшего ее первое стихотворение, был молодой Чарлз Роберте, впоследствии прославившийся рассказами о канадской природе и ее диких обитателях. Стареющий Уитьер, американский поэт-аболиционист, написал благосклонный отзыв о ее ранних стихотворных опытах. По родству с Полин был связан Уильям Дин Хоуэллс — известный романист, законодатель литературных взглядов эпохи, «отец» многих молодых писателей. Но поэтесса намеренно не искала сближения, не желая, чтобы ее литературные шаги связывали с покровительством знаменитого родственника, который к тому же весьма скептически отозвался о ее ранних стихах. Единомышленником во взглядах на творчество стал для Текайонваке Эрнест Сетон-Томпсон. В предисловии к ее сборнику «Шагганаппи» он вспоминает об обстоятельствах их первой встречи: «Мы встретились на частном просмотре одной из моих картин. То была сцена с волком, и Текайонваке, тотчас уловив, что симпатии художника отданы волку, нарекла его своим духовным Братом, поскольку сама принадлежала к роду Волка в племени могавков… С того дня дружба наша продолжалась свыше двадцати лет, до самого конца…»

И наконец в Лондоне Полин встретилась с человеком, который оказал огромное влияние на ее позднее творчество. То был вождь Джо из племени Капилано, принадлежащего к обширной семье племен северо-западного побережья Америки. Он приехал к английскому королю с жалобой на дискриминационные законы, действовавшие в провинции Британская Колумбия, которые ограничивали права индейцев на охоту и рыболовство. К тому времени Полин уже свободно изъяснялась на языке чинук, принятом у многих племен этого региона. В ожидании приема у Эдуарда VII завязалась дружба, благодаря которой появились лучшие страницы, вышедшие из-под пера Полин в последние годы жизни.

Известность, пришедшая в ту пору к Полин Джонсон, была связана с ее поэтическим творчеством. Первый сборник стихов — «Белый вампум» (1895), именно белый цвет, традиционный индейский знак мира, стал символом дружественного обращения к читателю, — содержал несколько программных стихотворений на индейскую тему: «Призыв индеанки», «Как умирает индеец», «Песнь моего весла». Второй сборник, «Рожденная канадкой», развил эту тематику, и вместе со стихами разных лет они составили томик под названием «Кремень и перо» (1912), всего до ста стихотворений. Он выдержал массу переизданий, хотя и не вобрал в себя всей поэзии Полин. Его содержание — это прежде всего обращение к природе. Поэтесса глубоко погружается в изображаемый пейзаж и создает выразительные, запоминающиеся картины («Время урожая», «Осенний оркестр», «Собачьи упряжки» и другие). Пожалуй, лучшее из них — «Рабочая пчела», емкое в своем лаконичном сопоставлении человеческого и природного начала. Немалое место в стихах Полин занимает также тема любви и религиозная традиция.

Несомненно, поэтический строй ее стихов часто вызывает в памяти школу английского романтизма и позтов-викторианцев, Теннисона и Лонгфелло, а возможно (в балладах), и Киплинга. Критики-современники отмечали особое, характерное для нее изящество и разнообразие строфики, своеобразное мастерство ритма. Ко всему этому лучшие стихи Полин, такие, как «Ирокезская колыбельная», «Леди Льдинка», «Рабочая пчела», отличаются глубиной и непосредственностью чувства.

Самобытность поэтического дара Полин особенно ярко сказалась в жанре баллады. Подлинным драматизмом отмечены «Орлиный Вождь», «Росомаха», «Баллада о Ядде». В этом жанре она обнаруживает мастерство сказителя, у которого хватает дыхания на динамичный, полный внутреннего напряжения рассказ в рассказе, часто переданный народной речью от лица бывалого старожила Дикого Запада; этот рассказ разбивает невежество, расовые предрассудки, утверждает подлинно человеческие чувства и переживания.

Они не воры и не псы — болтать мне не резон,

Еще раз повторите, сэр, я вышвырну вас вон.

Нет! Краснокожего вовек я псом не назову.

Между тем многолетняя напряженная жизнь публичного чтеца, долгие сотни миль бездорожья, бесконечные переезды, бесчисленные выступления подорвали здоровье поэтессы. Самой Полин Джонсон казалось, что она просто сильно утомлена; однако речь шла уже о необратимой, тяжкой болезни. Вот так и случилось, что в 1909 году Полин осела в городе Ванкувере, на побережье Тихого океана, где климат, по утверждению врачей, был для нее наиболее благоприятным.

Поселившись здесь, в краю, полюбившемся ей по предыдущим поездкам, она начинает заниматься прозой. Писательница возобновляет свое знакомство с Джо Капилано и создает ряд новелл на материале услышанных от него легенд. Через год вождь умер, но поразительное по органичности соавторство уже состоялось: в большую литературу вошел самобытный и прекрасный мир легенд тихоокеанских индейцев. Полин не побоялась соединить простую речь вождя с романтической манерой повествования. «В результате, — пишет критик Ван Стеен, — возникла группа новелл поразительного очарования, вызывающая неподдельный интерес. Опубликованные под названием „Легенды Ванкувера“, они являются, быть может, самым весомым вкладом Джонсон в канадскую литературу».

Истории, обработанные Полин, принадлежат почти исключительно к так называемому жанру «местных легенд»— они объясняют происхождение того или иного названия, какой-либо природной вехи. Все легенды тесно привязаны к окрестностям Ванкувера — города и острова, носящего одно и то же имя. Начиная с «Двух Сестер» (апрель 1910 года), новеллы стали выходить в местных периодических изданиях. Желая помочь Полин, ее друзья собрали и выпустили сборник из пятнадцати легенд под общим названием «Легенды Ванкувера». Сейчас трудно сказать, в какой мере последовательность расположения легенд в сборнике учитывала волю автора. Например, знакомство с Джо Капилано описывается в «Серой Арке», помещенной ближе к концу сборника, тогда как первые из новелл уже основаны на рассказах вождя. Но это не нарушает единства целого, и обаятельный образ вождя объединяет весь сборник, хотя и не каждое предание вложено в его уста.