Э. Эллис - Понтиак, вождь оттавов

Он оставил лодку недалеко, и хорошо знакомый с местностью, скоро добрался туда. Но там его ожидал сюрприз: лодка исчезла.

При других обстоятельствах он подумал бы, что сам ошибся местом, но теперь, он знал, что его лодку взяли.

— Кто-то взял мою лодку, в таком случае я возьму его лодку! — философски заключил юноша, не теряя времени на оплакиванье пропавшей лодки. Он продолжал пробираться по берегу реки, зная, что вблизи найдет много лодок. Счастье благоприятствовало ему. Не прошел он и пятидесяти шагов, как его рука нащупала край лодки, которая лежала на тропинке, касаясь другим краем воды. Заботливо приподняв ее с земли, Ашер протянул ее несколько шагов и потом столкнул в реку так ловко и бесшумно, что только легкая рябь прошла по воде.

— Лодка не тяжелее, моей, очень приятно. Теперь она моя! — Несмотря на темноту, он различил подальше другую лодку, свою собственную, в которой вечером перебрался через реку и к которой привык, как к собственной винтовке. Ашер помнил, что надо быть осторожным. Кто бы не перетащил лодку, он мог вернуться сюда! Юноша уселся в лодку, направил ее вперед и скоро очутился в ста ярдах далее по течению реки, у берега. Рассчитывая, что враги не догадаются, где он находится, он остановил лодку, схватившись за нависшую над рекой ветку дерева. Небо очистилось от облаков. Месяц ярко светил, отражаясь на зеркальной поверхности воды.

— Зачем мне уезжать с этого берега?

Этот вопрос Ашер предложил себе. Он отправился искать Мэдж Линвуд и ровно ничего не узнал о ней. Она могла быть на восточном берегу или даже во французском поселке. Вернувшись в форт, Ашер мог сказать только, что Петр Мюр взялся доставить Мэдж домой 24 часа тому назад, и с тех пор никто и ничего не знал о них. Странствующий рыцарь должен был сознаться, что он ровно ничего не сделал для раскрытия тайны. Уверенный в том, что Шотэн мог сказать ему более, чем сказал, Норрис досадовал, что не мог воспользоваться его сведениями. Ему неудобно было встречаться с канадцем, который пытался отдать его в руки индейцев. Кроме злобы, которую он чувствовал к этому человеку, он не мог верить ни одному его слову.

Ашер много раз задавал себе вопрос: есть ли в поселке человек, который знал бы все и сказал бы ему? Норрис знал всех колонистов и мог назвать таких, которые были достойны доверия. Но как он мог теперь переговорить с ними?

— Ах, если бы дядя Джо был здесь! — подумал молодой человек. — Его нет, и когда приедет, — неизвестно. А участь бедной Мэдж будет решена в это время!

Сидя в лодке и держась за кусты, Ашер пытливо смотрел на берег, и вдруг убедился, что он не один. Кто-то подвигался вдоль берега у самой воды.

— Это один из Оттавов, — решил Ашер, но ошибся.

13. КАТЕРИНА

Река, казалось, спала. Кругом было тихо. Лодка Ашера неподвижно стояла в тени развесистых кустарников. Молодой человек сидел в лодке и прислушивался к движениям индейца. Каким образом этот преследователь мог узнать о его присутствии? Если существует шестое чувство у индейца, то оно, наверное, играло тут немалую роль.

Ашер удивлялся и выжидал.

Индеец прошил мимо. Он шел спокойно, нисколько не заботясь об осторожности.

Ашер слышал, как он пробирался через кусты, слышал шорох обутых в мокасины ног по мягкой земле, шелест кустарника. Незнакомец подошел близко к поселку. Прошло несколько минут.

— Он будет тут топтаться, пока это ему не надоест! — подумал Ашер, и не поверил своим глазам. Незнакомец вдруг остановился на минуту, словно заметив, что прошел далее, чем следовало, снова вернулся на прежний путь. Как он мог узнать это в темноте? От дяди юноша много раз слышал о необыкновенной чуткости индейцев, но никогда не видел ничего подобного и не верил до настоящей минуты.

Шаг за шагом, вернулся незнакомец назад и снова остановился.

— Чудеса, верно, не перевелись еще на свете, — подумал Ашер с глубоким чувством удивления и страха. Постояв несколько секунд, незнакомец направился прямо к лодке.

Положение Ашера было критическое.

Остаться на месте? — Но индеец мог стрелять в него или бросить свой томагавк.

Ашер готов был уцепиться за ветку и броситься в тихую реку, как вдруг услышал фразу: — Тут ли мой белый брат?

Если бы бесплотный дух заговорил с Ашером, он не был бы так поражен, как теперь.

Это был не белый человек, не индейский воин, но Катерина, индианка из племени Ожибва, которая предупредила майора Глэдуин о намерении Понтиака перебить весь гарнизон. Она следила за Ашером, и нашла его, выказав удивительное чутье и искусство.

Юноша притянул лодку к берегу около девушки, которая, казалось, ожидала этого. Было так темно, что они не видели друг друга и заговорили так тихо, что если бы около них находился сам Понтиак, то и он не услыхал бы ничего.

— Я очень рад видеть вас, Катерина! Как вы узнали, что я здесь?

Она говорила по-английски так хорошо, словно родилась англичанкой.

— Я видела, как мой брат вышел из дома Жана Шотэна!

— А видели, как я шел туда?

— Да. Вы шли с ним, потом он и Серый Волк ушли за другими воинами, чтобы убить моего брата. Но мой брат убежал, и если бы промедлил немного, было бы поздно!

— Вы правы, Катерина, я видел четырех людей, вернувшихся в дом, и знал, что они хотят получить мой скальп. Это вы перетащили мою лодку с того места, где я ее оставил?

— Нет, Катерина ничего об этом не знает. Она следила за вами. Ей надо что-то сказать вам; сердце моего брата жаждет узнать это! — Ашер не стал расспрашивать девушку о том, как она открыла его присутствие в лодке. Последние слова ее наполнили его сердце надеждой и страхом.

— Можете вы мне что-нибудь сказать о Мэдж Линвуд?

— Да, мне есть что сказать вам. Я видела, как она шла в дом больной женщины. Петр Мюр привел ее туда. Этого было не нужно!

— Если бы я находился тогда в форте, этого не случилось бы!

— Брат мой не понимает, что думает Катерина?

— Вы думаете, что Мэдж попала в большую опасность, когда пришла в дом Мюра. И это правда, потому что ее нет дома до сих пор.

— Это не то. Я думаю, что Петр Мюр любит белую девушку. Он хочет сделать ее своей женой!

Эти слова, словно острие ножа, пронизали Ашера Норрис. Его подозрение теперь подтверждалось словами разумной индианки. Петр любит Мэдж и под предлогом, что умирающая мать хочет ее видеть, привел ее к себе.

— Но Петр прошлой ночью решил доставить ее домой, как обещал!

— И не вернулся?

— Нет, может быть сегодня вечером…

— Он не вернулся и никогда не вернется. Но не один Петр любит красивую девушку.

Ашер покраснел, в темноте, думая, что индианка намекает на него.