Патрик О'Брайан - Гавань измены

— Замбра еще не видна, — заметил Джек. — Она прячется в юго-восточном углу. Но можно разглядеть Братьев. От Акромы переведите взгляд на пару миль южнее, пока не заметите маленький мыс с пальмой на нем. Чуть за ним расположены четыре рифа в ряд, примерно на расстоянии кабельтова друг от друга. Это Братья.

— Я вижу их, сэр, — прокричал Кэлэми.

А Уильямсон добавил:

— Они прямо на зюйд-вест-вест.

— Вы бы их лучше рассмотрели, если бы дул сильный ветер с норд-оста и успел нагнать большие волны. Между ними риф, всего на глубине в две сажени, и когда волны накатывают с норд-оста, там сплошная белая пена. Но обычно все выглядит вполне спокойно, как сейчас. Мавры не обращают на них внимания, а мы засели там, когда я служил на «Евроте», у него осадка восемнадцать футов и шесть дюймов в корме. В общем-то, разумно предположить, что между цепочкой рифов есть мелководье. Мистер Моуэт, — сказал Джек, резко прервавшись, — раз уж мы подошли к берегу так рано, лучше пополнить запасы воды до того, как войдем в порт. Нам не следует быть в Замбре слишком рано, да и в любом случае, днем наверняка пойдет дождь, так что давайте с этим покончим. Источник пресной воды находится на восточной стороне залива, в бухточке между теми тремя маленькими островами.

Сказав это, Джек направился было в свою каюту, но потом, уже дотронувшись до дверной ручки, передумал и нырнул вниз, в кают-компанию.

Здесь он обнаружил раздраженного и недовольного Стивена. Ничто не могло сильнее убедить Джека в абсолютной невиновности Стивена в истории с миссис Филдинг, как трехдневная борода и старый потертый парик.

— Если в ближайшие две минуты она не пришлет более христианское приглашение, придется пить это, — обратился к нему Стивен, указывая на кофе из кают-компании — слабую, безвкусную, едва теплую бурду, — она предложила нам выпить шоколада. Шоколад в такую рань, матерь божья. Поразительно.

Вошел Киллик с глуповато-вежливой улыбкой и сказал:

— Леди говорит, что если того хотят джентльмены, то обязательно будет кофе.

Естественно, джентльмены хотели кофе, и они сидели и пили его чашка за чашкой, как обычно непомерно, до тех пор пока изменившейся ход корабля не сообщил Джеку, что они уже приблизились к берегу. Обри вышел на палубу и провел фрегат мимо зеленых островков прямо в маленькую бухту с песчаным пляжем, где «Сюрприз» бросил лишь малый якорь, бухта и так оказалась весьма защищенной. Джек сошел на берег вместе с первой шлюпкой, наполненной пустыми бочками, и впервые за это утро снова ощутил то самое чувство чего-то иного, как будто снова оказался в параллельном мире, чувство, которое навязчиво преследовало его последние дни.

Это чувство пробудило удивительно знакомое место для пополнения пресной воды. Джек отсутствовал почти двадцать весьма ярких лет, и все же узнал каждый камень старой, крошащейся кладки и даже этот самый запах зелени и свежести, когда наклонился над маленьким озерцом.

Но доставка двадцати тонн воды на борт, бочка за бочкой, требовала немало внимания и энергии Джека, а поскольку он не хотел поручать это кому-то еще, то для осознанного самокопания не оказалось свободного времени. Вскоре с северо-запада порывами припустил слабый дождь, который значительно замедлил и усложнил погрузку скользких и тяжелых бочонков.

Уже некоторое время «Поллукс» приближался ко входу в бухту, как ранее и предполагалось, и сейчас линейный корабль, движимый любопытством Харта и широко известной склонностью уваливаться под ветер, находился прямо между двумя мысами c подветренной стороны от Акрома, обстенивая паруса, снова их наполняя и тренируя матросов спускать брам-стеньги на палубу.

Хотя фактически корабль уже находился внутри бухты и ему требовалось повернуть через фордевинд или лечь на другой галс, чтобы выйти из нее, «Поллукс» продолжал двигаться вперед (из Замбры он все еще оставался невидим), но присутствие соседа раздражало «сюрпризовцев».

— Если эта любопытная Варвара продолжит в том же духе, то им придется сделать два галса, поворачивая раз за разом, чтобы потом выйти в открытое море, — сказал Моуэт Роуэну, и пока он это произносил, из крепости на вершине мыса Акрома раздался пушечный выстрел.

Грохот, разнесенный ветром, прокатился по всему заливу, и все не занятые работой члены экипажа посмотрели вверх. Но ничего не произошло, и тут подошел баркас, нагруженный бочками, и все снова опустили взгляды вниз.

Но все это показалось Джеку странным, поскольку над фортом не развевалось никакого флага, и он продолжал смотреть на мыс в подзорную трубу, когда из-за мыса в заливе Джедид показался большой корабль.

Линейный корабль, двухпалубный восьмидесятипушечник под турецким флагом и широким командорским вымпелом в сопровождении двух фрегатов: один тридцативосьми- или сорокапушечный, второй поменьше, возможно, двадцативосьмипушечный. Джек успел только разглядеть, как тяжелый фрегат проплывал вдоль левого борта флагмана, когда турецкие флаги скользнули вниз и взвились французские, а двухпалубник разрядил носовые орудия в «Поллукс».

«Поллукс» привелся к ветру — что оказалось непросто, поскольку мыс защищал бухту от ветра — и через две минуты большой француз встал борт о борт, фактически рей к рею, и начал молотить «Поллукс» полновесными бортовыми залпами, а тяжелый фрегат прошел дальше, вдоль незадействованного в сражении борта флагмана и встал поперек клюзов «Поллукса».

Еще до того как француз открыл смертоносный продольный огонь, «Сюрприз», бросив баркас, малый якорь и канат, вылетел из заливчика, на ходу распуская паруса и одновременно готовясь к бою.

«Поллукс» находился с подветренной стороны, и если он не сможет пройти на милю или две вглубь бухты, «Сюрпризу» придется дважды лавировать, чтобы добраться до него, первый раз возле Братьев, а второй — неподалеку от форта Акрома. Девять миль и крайне мало времени на все. Но ветер усилился, и «Сюрприз» уже мчался со скоростью в десять узлов. «Поллукс» теперь отстреливался с бешеной скоростью — на его квартердеке и баке располагались тридцатидвухфунтовые карронады.

В густом дыму, плывущем с места сражения, удалось рассмотреть лишь, что все мачты «Поллукса» целы, и он вполне может продержаться до подхода Джека, который либо поможет ему освободиться от огня тяжелого фрегата, либо прочешет залпами корму двухпалубника. Меньший французский фрегат можно было не учитывать: он болтался рядом, изредка постреливая, но, похоже, был не в состоянии нанести серьезных повреждений и не горел желанием вступить в драку.

— Грот-брам-стаксель, — скомандовал Джек, и когда распустили парус, «Сюрприз» накренился еще сильнее. Хотя крамбол и руслени левого борта уже омывала густая пена, захлестывая до самых поручней, фрегат с каждой минутой несся все быстрее. — Держитесь, мачты, держитесь, — прошептал он, а вслух сказал: — Бом-кливер.