Виктор Рябинин - Каждый умирает в своем отсеке

Ознакомительный фрагмент

За два дня до ее завершения лодка должна была идти в Лиепаю для постановки в док. Везти с собой стажера не было смысла, и потому, пожав Андрею руку и поблагодарив за усердие, командир кратко объявил:

– Пару дней перекантуешься у Хватова. Он тоже на переход не пойдет, ему пришел вызов на офицерские классы в Питер. Ну, а после выпуска, если захочешь, приезжай к нам. С радостью возьму тебя в свой экипаж.

По физиономии Хвата Андрей сразу понял, что это с его подачи перед возвращением в училище командир дал стажеру возможность немного отдохнуть. Здорово, что вместо осточертевшей казармы Андрей два дня поживет у коллеги. Тем более Игорь многозначительно намекнул: «Андрюха, с тебя 100 грамм и пирожок. Я тебя с такой дамой познакомлю!» «Дамой» оказалась студентка выпускного курса Московского экономического университета Ирина, приходившаяся жене Игоря – Ларисе – двоюродной сестрой. Андрею показалось, что вся эта акция с «перекантуешься пару дней» была тщательно спланирована самим Хватом, но виду не подал. Напротив, решил подыграть. Этим же вечером за столом, который обе женщины радушно накрыли по случаю появления нежданного гостя, а также в связи со скорым отъездом на учебу в Питер главы семейства, было весело и шумно. Были приглашены еще и многочисленные соседи, без которых в маленьких гарнизонах невозможно представить ни один праздник. Так что за столом плотненько разместилось человек 12. Хват был в ударе. Он на все лады рассказывал веселые истории, а все дружно и громко смеялись. Андрею сразу же приглянулась кареглазая брюнетка Ира, но в отношениях с противоположным полом он никогда не форсировал события, полагаясь на правоту гения Пушкина, заявившего когда-то: «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». Правда, училищные острословы давно уже перефразировали данное изречение: «Чем меньше женщину мы больше, тем больше меньше она нас», от чего суть истины серьезно не изменилась.

В самый разгар застолья Ира, сидевшая рядом с Андреем, чуть заметно придвинулась и лукаво поинтересовалась, мол, будущих морских офицеров в их заведении учат танцам, или они умеют лишь маршировать по плацу? Намек был более чем конкретный, и Андрею ничего не оставалось, как пригласить девушку на танец.

Обвив шею Андрея своими холеными ручками, Ира прижалась к нему всем телом, отчего захмелевший гардемарин почувствовал себя на седьмом небе.

– Ты где хочешь служить? – интригующее прошептала партнерша и, услышав ответ, жеманно расхохоталась: – На Севере? На атомной лодке? Да ты что, с ума сошел? Нужно служить в Москве, рядом с начальством. Тогда и карьера получится. Хочешь быть адмиралом? Будешь, Игорь говорит – ты способный и умный. Мой папа тебе поможет, у него большие связи во всех министерствах.

Андрей не спорил. Он даже не слушал щебетание девушки, а всей грудью вдыхал аромат молодого, стройного и такого близкого тела. Почувствовав это, после завершения танца Ира потащила его на кухню. Там, прильнув к лицу Андрея своим напомаженными губками, она жарко его целовала, умело орудуя язычком.

Потом они опять пили, снова танцевали и целовались. А потом… Андрей смутно помнил, что было потом…

…Зараза-будильник всегда звонит не вовремя. Только приснится что-то хорошее, а тут – как сверлом в ухо: дзынь! Сонный Андрей потянулся на звук, чтобы нажать на кнопку и наконец прекратить это издевательство… и обомлел! Рядом с ним лежала совершенно голая Ирина. Он осторожно тронул ее за плечо, мол, подруга, что ты здесь делаешь? Девушка, еще полностью не проснувшись, потянулась в сладкой истоме, прижалась животом к его бедру, открыла глаза и промурлыкала:

– Милый, ты у меня, оказывается, не подводник, а какой-то Казанова! Замучил бедную девушку, всю ночь не давал спать. Но я на тебя не обижаюсь… Я тебя опять хочу!

Маленькая шустрая рука под одеялом уже решительно и бесстыдно приступила к пикантной ревизии состояния ночного труженика, и противиться этому не было ни сил, ни желания.

Ирка была любовницей что надо. Казалось, в этом деле она все знает и все умеет, а сексуальная ненасытность молодой женщины не знала границ. Понимая, что Андрей пока еще не настолько искушен в любовной игре, она смело взяла инициативу в свои пухленькие ручки, ножки, торчащие грудки и томный ротик, напоминая в этот момент не женщину, а неутомимый секс-агрегат. Без тени робости и стеснения она то широко расставляла свои стройные ноги, то, забросив голову назад, пыталась обхватить ими спину партнера, то, лежа на животе и закатив глаза, беззастенчиво задирала вверх свой упругий зад. Часа через два, окончательно обессилив, Андрей вдруг вспомнил, что они находятся в квартире Хвата.

– Не переживай, – успокоила Ирина, – я их еще вчера к соседям ночевать отправила, а без звонка Лариска с Игорем не придут. Между прочим, когда наконец мужчина сделает своей избраннице предложение руки и сердца? Мы с тобой здесь двойню или тройню точно сделали, а я не хочу, чтобы мои дети росли без отца!

Такого поворота событий Андрей не ожидал. Как человек чести, он тотчас предложил Ирине стать его женой…

…Верный друг Серый выслушал рассказ Андрея с пониманием.

– Ничего, братан, прорвемся. Главное, чтобы она тебя любила. А ты ее хоть любишь?

На этот вопрос Андрей толком ответа не знал. Он сам, пока ехал в поезде, не раз спрашивал себя об этом и не мог честно ответить. Как-то все очень быстро получилось: знакомство, постель, предложение. Хотя, с другой стороны, Ира ему очень понравилась. Когда вместе с четой Хватовых она провожала его на вокзале, то казалась расстроенной и искренней.

– Андрюша, я к тебе скоро приеду, и мы поженимся. Хорошо? Я тебя люблю, мы никогда не будем ссориться, милый…

Но первая размолвка с Ирой произошла еще перед выпуском. Андрей и Серый давно и окончательно решили вместе добиваться распределения на Север. Андрей – на атомоход, а Серый – в ряды морских пехотинцев. В то время четыре советских флота имели, по мнению курсантов, четко выраженную градацию, а стало быть, служебную привлекательность, как, впрочем, и неофициальные аббревиатуры.

СФ (Северный флот) – сюда направлялись для эксплуатации самые современные надводные корабли и подводные лодки. Тут можно было сделать быструю и впечатляющую служебную карьеру. Бытовые же условия проживания и заполярные трудности нередко отпугивали от Севера многих. Острословы нарекли СФ: СОВРЕМЕННЫЙ флот.

ТОФ (Тихоокеанский флот) немногим отличался от Северного по качественному составу кораблей, но находился на противоположном краю страны, откуда до европейской престижной цивилизации (Питера, Москвы, Киева и Минска) было более восьми часов лета на ИЛ-62, а потому его уважительно именовали: ТОЖЕ флот.