У штурвала - Дмитрий Ангор

сейчас идёт война между Англией и Испанией. Но когда-то же она закончится, и тогда офицеры вновь с удвоенной силой примутся за нас. И нам, в случае чего, не помешает объединиться и атаковать их с разных сторон. Лишние укреплённые форты никому из нас не помешают. Так что, когда я со своими людьми воздвигну здесь надлежащую защиту, то любой из вас может приплывать сюда, чтобы найти укрытие. А также без проблем сбывать товар. Или просто отдохнуть и пополнить запасы. Вот и всё, что я хотела сказать.

— А тебе какой от этого толк? Ты, я так понимаю, собственные слитки сюда вложишь.

— Да, это так. Но я привыкла думать наперёд. Я прекрасно понимаю, как важно иметь территории в разных концах света для наших братьев. Так будет легче отражать атаку солдат. К тому же вы станете приплывать сюда после грабежей и тратить монеты в моих тавернах и борделях. Я и мои люди станут получать неплохую прибыль. К тому же за вхождение в мой порт или за укрытие каждый капитан станет вносить взнос. Который уйдёт на улучшение защиты. Выгода будет у всех.

— Нет, погоди. Выгоду по большей части получишь только ты, — усмехнулся рыжеволосый.

— Ошибаетесь. Вот будет вас, к примеру, преследовать флотилия. Вы сможете направиться сюда. И мои пушки в фортах обстреляют их. А вы останетесь целы. Но я при этом нехило так рискую. Так что это, можно сказать, будет плата за риск.

— Откуда у тебя богатства на вооружение и на строительство? — поинтересовался японец.

— С грабежей и с охоты за кладами.

— Черт, а ты, я смотрю, не промах, — вмешался блондин.

— Что есть, то есть. Я рада была познакомиться с вами. И надеюсь, что вы передадите остальным, что на Ндзуани пиратам всегда будет оказан тёплый приём. А теперь, простите, мне нужно возвращаться к восточному побережью, чтобы продолжать работу по началу строительства.

Когда она села на жеребца и отправилась в обратный путь, пираты ещё долго обсуждали её.

— Глазам своим не верю. Женщина, занимающаяся обороной и постройкой борделей. Женщина-пират! Что б меня! — вертел головой мужчина со шрамом на шее.

— Я о ней много слышал. Она своего не упустит. Знает, как дела делаются. Так Стенли с Батлером про неё говорили. У неё стальной характер. Я со Стенли давно знаком, ещё с северных налётов в Тихом океане. Он бы пустословить не стал. Так что женщина она или нет, мне глубоко наплевать! Главное, что она полезным для нас делом решила заняться, — заметил японец.

— А что если ограбить её и забрать её задумку себе, — злобно улыбнулся блондин.

— Тебе же дороже выйдет. Эта Уилсон — стратег. И у неё корабль первого ранга с сотней пушек. Представь, сколько на нём матросов. Говорят, что она лично обучала их боевому искусству. А сама она неплохо сражается. Ничего не боится. Первая шла в атаку на Барбадосе.

— Но у нас с вами в общей сумме четыре корабля. Давайте тогда просто ограбим и поделим добычу, — не унимался блондин.

— Ты осëл, Мальком! Твои матросы просто всë пропьют. А она верно сказала насчёт солдат. Её идея насчёт фортов и порта всем сыграет только на руку. Так что я пас, — японец сделал глоток.

— Она хочет нас объединить на случай нападок со стороны короны, — вмешался другой пират. — А офицеры и так на моей земле разрушили несколько городов. Так что я её поддержу.

Блондину пришлось смириться с поражением в самом начале. Он не рискнул в одиночку пойти против людей Хеллен.

Девушка вернулась к своим кораблям. Вскоре объявился Фирун, но без всего.

— Что-то не так? — спросила она его.

— Нет. Всё в порядке, кэп. Просто материалов для строительства слишкоммного. Но лошадей и телеги я купил и оставил там с несколькими матросами. На них мы будем всё нагружать и отвозить на судно.

— Это само собой. Просто я думала, что уже стоит начать. Чтобы не тратить время. Ну ладно. Главное, что там имеется всё необходимое. Тогда сейчас починим корабли, и ты на "Бойце" обогнешь остров ипривезешь всё. А я закуплю пушки на Мадагаскаре. Слышала, что там их можно перекупить по хорошей цене у контрабандиста. Ну а Мервин пока займётся постройкой временного склада.

Так начались дни усиленной работы. Уилсон привезла на Коморы четыре сотни пушек для начала. Фирун доставил материалы и дело пошло. Кто-то жил под обычными навесами на берегу, охраняя склад. А кто-то ночевал по-прежнему в кубрике. Постройка фортов и порта велась даже по ночам. Трудились матросы и прочие работники по несколько смен.

Спустя шесть месяцев порт и один из фортов были почти готовы, и Хеллен дала команду Спенсеру, чтобы он принимался за трактиры. Сама же она отправилась искать хорошую землю для строительства вилл для себя и своих помощников. Она выкупила её у местных фермеров и наняла строителей и садовников. Также она задумалась о сахарной и фруктовой плантациях, но отказалась от рабов, которых ей предлагали. Вместо этого она их выкупила и сделала свободными людьми с оплачиваемым трудом.

Спустя ещё год. Их оплот полностью преобразился. На берегу возвышались два форта с кучей пушек, прикрывающих вход в порт. От них тянулись высокие крепкие стены с башнями, в которых виднелись амбразуры. Башни с вооружением простирались далеко вглубь острова.

Ей удалось создать настоящую крепость с подъемными мостами. Внутри которой Уилсон приказала вырыть колодцы с водой на случай осады. Там же выстроили хлев для сотни голов скота. Спенсер же занимался тремя чудесными трактирами. Два из них назывались в честь кораблей "Сокрушителя" и "Бойца", а третий — в память об их друге Майлзе. И они приносили неплохую прибыль, так как еда по рецепту кока была редкой для других людей и вкусной.

Хеллен же сначала руководила четырьмя борделями, в которых от посетителей тоже не было отбоя, особенно когда в порт прибывали пираты со своих вылазок. Как-то её навестили Стенли и Эгберт. Эгберт целую неделю не покидал бордель и даже задолжал с оплатой Уилсон. Тогда она сказала, что отрежет ему уши, если не вернёт всё до цента. Стенли поворчал, но со следующей своей вылазки в море всё ей вернул.

У всех людей Хеллен имелись свои уютные дома с работниками. Многие даже обзавелись жёнами. И в один из летних дней состоялась свадьба у Спенсера с индийской девушкой по имени Мохини, которую он прежде выкупил из рабства. Но не все смогли пойти на свадьбу к товарищу, так как Уилсон запрещала