Алистер Маклин - Полярная станция “Зебра”

Получилось чертовски неудобно для вас Джолли, верно? Правда, он находился без сознания, но вдруг бы он пришел в себя? Тогда бы он выложил всю правду о вас и испортил вам все дело. Но вам никак не удавалось выбрать момент и прикончить его, так ведь? В жилом доме все время был народ, почти все страдали так сильно, что не могли уснуть. А когда на станции появились мы, вы пришли в отчаяние. Вы заметили признаки того, что Грант приходит в себя, и воспользовались случаем… Впрочем, ничего случайного в этом не было. Помните, как я удивился, когда узнал, что вы использовали весь оставленный мною запас морфия? Тогда я действительно был удивлен. Но теперь нет. Теперь я знаю, куда он пошел. Вы сделали ему инъекцию морфия. И позаботились, черт бы вас побрал, чтобы доза была смертельная. Правильно?

– Вы умнее, чем я думал, – невозмутимо заметил Джолли. – Может быть, я немного недооценивал вас. Но особой разницы все равно нет, старина.

– Как сказать… Если я так давно все знаю о Киннерде, то почему, как вы думаете, я позволил вам якобы одержать верх?

– «Якобы» здесь неподходящее слово. А ответ на ваш вопрос очень прост.

Вы не знали, что у Киннерда есть пистолет.

– Вот как? – я взглянул на Киннерда. – Вы уверены, что эта штука исправна?

– Со мной такие номера не проходят, приятель! – презрительно кинул тот.

– Я просто поинтересовался, – кротко отозвался я. – Я подумал: что, если вся смазка растворилась в бензине, пока он лежал в тракторном баке? Джолли вплотную придвинулся ко мне, выражение лица у него стало холодным и безжалостным.

– Вы и это знали? Да что тут происходит, Карпентер?

– На самом деле, это вот он, коммандер Свенсон, нашел пистолет в бензобаке, – пояснил я. – Вы оставили его там, потому что знали, что на корабле вас ждет медосмотр и переодевание, так что пистолет неминуемо будет обнаружен. Но убийца, если он профессионал, Джолли, никогда сам, по доброй воле, не расстанется со своим оружием. Я знал, что при малейшей возможности вы вернетесь за ним. Поэтому я положил его обратно в бензобак.

– Черт бы вас побрал! – Таким разъяренным я Свенсона ещё не видел. – А сказать мне об этом, конечно, забыли?

– Так надо было… Помните, я прицепился к вам, как репей, Джолли? Я не был абсолютно уверен, что у вас есть сообщник, но знал, что если есть, то это Киннерд. Поэтому ночью я сунул пистолет обратно в бак и постарался не упускать вас из поля зрения, чтобы не позволить вам, Джолли, навестить ваш любимый трактор. Однако пистолет все-таки исчез на следующее утро, когда почти все отправились прогуляться и подышать свежим воздухом. Так что теперь я уже не сомневался, что у вас есть сообщник. Но положил я пистолет обратно главным образом потому, что без него вы бы не стали болтать о своих подвигах. А вот теперь вы нам все выложили, и дело закончено. Положите пистолет, Киннерд.

– Боюсь, меня вам провести не удастся, приятель. – Киннерд рассмеялся мне в лицо.

– Это ваш последний шанс, Киннерд. Внимательно послушайте, что я вам скажу. Положите пистолет, иначе через двадцать секунд вам придется обратиться к врачу.

Он непечатно выругался. Я сказал:

– Что ж, как хотите… Ролингс, вы знаете, что делать. Все повернулись к Ролингсу, который стоял, скрестив руки на груди и прислонившись к переборке. Киннерд тоже перевел на него взгляд и дуло своего пистолета.

Раздался выстрел, резкий, сухой треск «манлихера-шенауэра», Киннерд вскрикнул, пистолет выпал из его простреленной руки. Забринский, держа в одной руке мой пистолет, а в другой газету с обгоревшей по краям дырочкой в самой середине, с удовольствием полюбовался своей работой и обратился ко мне:

– Все так, как вы хотели, док?

– Точно так, как я хотел, Забринский. Большое вам спасибо. Мастерская работа.

– Мастерская работа! – Ролингс сморщился. Он поднял с палубы «люгер» и направил его в сторону Джолли. – С четырех футов даже Забринскому не удастся промахнуться… – Он сунул руку в карман, вынул пакет бинта и кинул его Джолли. – Мы так и подумали, что вам эта штука пригодится, так что запаслись заранее. Доктор Карпентер предупредил, что вашему приятелю понадобится медицинская помощь. Так и вышло. Вы врач. Вот и займитесь своим делом.

– Сами этим занимайтесь, – рыкнул в ответ Джолли. И даже не добавил привычное «старина». Маска рубахи-парня исчезла без следа. Ролингс взглянул на Свенсона и ровным голосом произнес:

– Разрешите, сэр, ударить доктора Джолли по голове его же собственным пистолетом.

– Разрешаю, – жестко бросил Свенсон.

Но крутых мер не потребовалось. Джолли выругался и стал накладывать повязку.

Почти с минуту в кают-компании царила тишина, все следили, как Джолли небрежно, торопливо и без особых церемоний обрабатывает руку Киннерда. Потом Свенсон медленно произнес:

– И все-таки я не понимаю, черт возьми, как Джолли сумел избавиться от пленки…

– Это было легко, – пояснил я. – Стоит вам хорошенько подумать, и вы сами все поймете. Они подождали, пока мы вышли на чистую воду, взяли свою пленку, сунули её в водонепроницаемый футляр, подцепили к специальному буйку и выбросили через мусоропровод на камбузе. Вспомните, они побывали на экскурсии по кораблю и видели эту штуковину. Впрочем, скорее всего, им это посоветовал по радио какой-нибудь специалист. Я попросил Ролингса утречком подежурить, так вот он видел, как Киннерд около половины пятого забрался на камбуз. Может быть, конечно, ему приспичило отведать бутербродов с ветчиной, всякое бывает, но, по словам Ролингса, у него в руках были пакет и буек, а когда он выскользнул обратно, руки были пусты. Пакет всплыл на поверхность, а буек выпустил краску, и на воде расплылось желтое пятно в тысячи квадратных ярдов. Военный корабль вычислил наш кратчайший маршрут со станции «Зебра» и ждал нас в нескольких милях от края льдов. Он бы мог подобрать футляр и без геликоптера, но с вертушкой вообще пара пустяков. К слову, я был не совсем точен, когда сказал, что не знаю, по какой причине Джолли пытался нас задержать. Я это понял сразу же. Ему сообщили, что корабль не успеет подойти к месту нашего предполагаемого выхода из-подо льда до какого-то момента. Джолли даже имел наглость уточнить у меня, когда именно мы рассчитываем выйти в открытое море.

Джолли поднял глаза на меня, лицо его искривилось в злобной гримасе. – Вы победили, Карпентер. Ну, конечно же, вы победили. По всему фронту.

Но вы проиграли в единственном пункте, который на самом-то деле является главным. Мы успели передать пленку, ту пленку, которая фиксирует положение практически всех ракетных баз в Америке. Так что игра стоила свеч. Такую информацию не купишь и за десять миллионов фунтов. А мы её получили!.. Его зубы обнажились в хищной усмешке. Мы можем проиграть, Карпентер, но все равно мы профессионалы. Мы сделали свое дело!