Танит Ли - Пиратика

— Есть! — радостно выдохнула Артия и сверилась с картой: «О», «О» и «Р» — 15, 15 и 16. Дальше идут две «Т» и «U». Она повернулась к попугаям и объявила: — Двадцать!

В воздух взметнулся алый попугай с клювом цвета железа.

— Войди в скалу, — крикнул он. — Двадцать шагов внутрь и еще двадцать.

Одного за другим Артия расспросила всех окруживших ее попугаев. Словно дирижируя плохо спетым хором, она называла номера букв в том же порядке, в каком эти буквы стояли на карте, и на каждое число откликался другой попугай. Если одна и та же буква приходилась на нескольких птиц, они говорили в определенном порядке, как Планкветт и серо-черный попугай, когда у обоих было «15». Некоторые попугаи называли только одно число и соответствующий ему набор советов. На других приходилось сразу по два или три числа.

— Чем занята наша Артия? — удивился сидевший под деревом Уолтер. — Смотрите, какая прелесть: она и Честный разговаривают с птичками.

Но когда Артия, словно вихрь, налетела на них, а за ней по пятам трусил Честный Лжец, а над их головами кружились двенадцать разноцветных попугаев, команда «Незваного гостя» слегка встревожилась:

— Какая муха укусила нашего капитана?

— Успокойся, капитан знает, что делает…

— Заткнитесь и слушайте, — рявкнула Артия и, выкрикнув первое из стоящих на карте чисел, привела птичий хор в действие. Попугаи заговорили.

Вот что получалось, если сложить вместе их слова: «1) Пляж Коттеджа. Десять миль вверх. 15 шагов влево. 2) Еще 15 шагов. Поднимай ноги. 16 шагов влево. 3) Войди в скалу. 20 шагов внутрь и еще 20. 4) Смотри, какой я бледный. Ударь меня право, то есть слева, 21 раз. 5) Пройди сквозь меня. 6 шагов вперед. 1 шаг влево. 2 шага к лампе. 6) Карабкайся, пока не заберешься. 13 шагов вправо и еще 13. Подними крышку. 7) Свободен из тьмы. 14 шагов вперед к птице из костей. 8) 18 шагов вправо и еще 18. Через 19, стоят они или упали. 9) 1 шаг вперед. 6 шагов вправо. 3 шага вперед. 10) Через 8 и еще 8, стоит он или упал. 9 ступеней вниз. 11) 25 шагов влево. 25 шагов вперед. Отсчитай 26 на земле. 12) Читай по солнцу. 6 шагов на север. 1 шаг на запад. 4 ноги приведут тебя ко мне».

— Это в точности совпадает с порядком букв на карте, — пояснила Артия ничего не понимающей команде. — А выяснил это Честный Лжец. Поздравляю вас, мистер Честный! — Недоумевающие пираты разразились аплодисментами. — Теперь надо только найти, откуда начинается отсчет шагов. И понять эти замысловатые советы.

Эбад встал. Остальные тоже поднялись и стояли, тяжело дыша, как Свин, пробежавший с десяток миль.

— На склоне обрыва должны быть какие-нибудь пометки, — сказал Эбад. — Такие, о которых говорится в первой фразе Планкветта. Это не пляж, с ним мы уже разобрались. Точка отсчета — «Десять миль вверх».

— Ничто здесь не поднимается на десять миль вверх, — проворчал Черный Хват и стащил с глаза повязку. Дирк сказал, как незадолго до этого — Артия:

— Десять — это буква «J».

— Но буквы «J» нет на карте. Тут дело в чём-то другом…

— Пойдемте, друзья мои, — вскричал Эйри. — Пойдемте за нашим несравненным капитаном, за нашей драгоценной Пиратикой, зорко, как ястребы, всматриваясь в каждый камушек этой проклятой скалы, и найдем место, откуда начинается подъем.

Свин издал обреченный вздох, встал и, вывалив язык, поплелся к утесу за своими радостно скачущими хозяевами.

Солнце стояло высоко над головой. Отвесный утес отбрасывал узкую полоску тени.

Двенадцать попугаев летели за искателями сокровищ, готовые в любой момент повторить свои полезные (или бесполезные) советы.

— Кто обучил этих птиц? Они умнее, чем курочки Клоры Клюве…

— Я думаю, этим занимались не меньше тысячи человек. Знающих тысячу языков. И вряд ли все наборы советов совпадают с нашими.

— Правильно, потому что алфавит Индеи отличается от нашего. И гречанский тоже…

Они медленно продвигались вперед, осматривая каждую пядь каменистого склона. Первому повезло Уолтеру.

— Ничего себе завопил! Я уж думал, он на змею наступил.

На камне, прямо у них над головами, была вырезана надпись.

«Здесь Джекоби Десетмилл [2] шел вверх. Он свершил это ради своего Капитана и товарищей в году милостью Божьей 1622».

— Так это имя — Десетмилл!

— Тысяча шестьсот двунадесять второй год. Ровно сто лет назад… быть может, день в день.

— А что значит — вверх?

Эйри обернулся к Черному Хвату с презрением поэта, возражающего отпетому материалисту.

— По лестнице, бестолковый ты человек. Она ведет вверх, неужто не понимаешь, клянусь обезьяньими усами?!

— Тогда где же эта лестница?

— Внутри, Черный, — сказала Артия. — Внутри скалы. Начинаем отсчитывать шаги и найдем способ войти внутрь.

Теперь уже попугаи дирижировали ими — давали советы в ответ на каждую произнесенную букву.

Они прошли пятнадцать шагов влево от высеченного в скале послания. Потом еще пятнадцать.

— Поднимай ноги!

Показался невысокий уступ. Они вскарабкались на него и отсчитали еще шестнадцать шагов влево.

— Войди в скалу!

— Войди в скалу?! Здесь? Тут нет никакого входа…

Артия, шедшая первой, указала им на высокие заросли плюща. Сквозь его вьющиеся пряди в скале виднелась узкая расселина.

— Не может быть! Она слишком маленькая. Сюда только кошка пролезет, да и то обратно не выберется!

— Я пролезу, господа. Ну-ка, посмотрим. — Артия оборвала плющ и скользнула в расселину, как шпага в ножны.

Внутри, в тесном просвете между каменными стенами, было довольно темно. Но, протискиваясь сквозь щель, набивая синяки и ссадины, Артия вскоре обнаружила, что проход расширяется. Теперь она двигалась довольно легко. Она окликнула своих спутников.

Один за другим, чертыхаясь и причитая, пираты полезли в тесную щель. Острые камни царапали их тела, рвали одежду и волосы, обломали ногти Дирку. Только Вускери и Эйри ненадолго застряли, остальные успешно пробрались во внутреннюю пещеру. Катберт, казавшийся довольно пухлым, сумел каким-то образом втянуть живот, и просочился сквозь скалу не менее ловко, чем Артия.

Попугаи кружили между выступами скалы, как юркие рыбешки среди рифов.

— Через двадцать шагов проход расширяется. Теперь еще двадцать.

Они хором отсчитывали шаги.

— Двадцать один! — скомандовала Артия.

— Смотри, какой я бледный! — отозвался бирюзово-лиловый попугай.

— И верно, смотрите, вон тот камень в скале кажется белее остальных. Почти что светится!

— Ударь меня право, то есть слева, двадцать один раз.