Татьяна Виноградова - Дети капитана Блада

– Знаю, что безнадежно. Но попробовать стоит. С Богом. Марш.

Огл скатился по трапу.

– Диего. – сказал Блад, и его голос был сух и деловит. – Мы можем больше не увидеться. Даже если уцелевших не перебьют после боя… а такое случается в наших водах… во время абордажа мы потеряем многих. Я знаю, о чем говорю. Сейчас твое место рядом с мушкетерами. Потом – и если – рядом с сестрой. Я не хочу, чтобы…

– Я понимаю.

Появился Скотт с ромом.

– Твое здоровье, Диего! – сказал Блад, поднимая кружку. – И убирайся с юта. Он хорошо простреливается, а их мушкетеры тоже не дураки.

– Но вы?

– Ты забываешься. Марш.

Корабли сближались.

Счастливчик Чарли развалился в резном капитанском кресле, вынесенном на палубу. Поживиться на бриге было нечем. Правда, сам бриг был хорош – крепкий, ладно построенный и почти не поврежденный, не считая руля, который можно и починить. По всем статьям хороший бриг, хоть и больно дорого достался. Чарли, щурясь, глядел на пленников. Прямо перед ним – босой и без камзола – стоял их капитан, за ним жалась хорошенькая девчонка и теснилось еще восемь человек, которые, в отличии от других десяти уцелевших, отказались от лестного предложения восполнить собой убыль в команде Чарли. Счастливчик их решительно не понимал. Впрочем, их воля. Можно, конечно, скормить всю компанию рыбам. А можно… ему пришла в голову неплохая мысль. Вот только девчонку… Нет, всех, азартней будет.

– А что, – сказал Чарли капитану, – не сыграть ли нам в кости? Ставлю жизни – твою и этих идиотов, раз уж они с тобой. Выиграешь – пальцем не трону: берите шлюпку – и проваливайте.

– Шлюпку и все необходимое – уточнил босой капитан после секундного размышления.

– Может, ты еще захочешь отыграть назад эту посудину? – удивился Счастливчик. Неизвестный наглец забавлял его.

– А что, я бы не отказался, – последовал ответ.

– Команда меня не поймет, – то ли притворно, то ли искренне вздохнул Чарли. – Ладно: шлюпку, немного солонины, рома и воды.

– Хирургические инструменты, компбс, квадрант и судовой журнал, – добавил капитан (под обложкой журнала хранились его документы).

– Черт с тобой. Идет. Развяжите его, – сказал Счастливчик.

Пленник, растирая запястья, уселся на доски палубы. Чарли, не глядя, протянул руку – в нее вложили стаканчик с костями.

Шлюпка шла при попутном ветре. Капитан был мрачен.

– Теперь ты видишь, Диего, каперство – неподходящее занятие для честного человека, – меланхолично сказал он. И, подумав, добавил: – Управление островами – тоже. Я вообще не знаю, существует ли сейчас хоть одно занятие, подходящее для честного человека. Конечно, я мог бы быть хирургом в Бриджуотере…

– Питер, выпей рому и ложись спать, – посоветовал Джереми, баюкая сломанную руку. – Я подежурю.

– Можно быть честным землепашцем, – робко возразил Диего, пытавшийся получше натянуть кусок парусины над спящей Бесс – брызги летели густо. Джереми наградил его сердитым взглядом.

– Можно честно рубить сахарный тростник, – уныло продолжил Блад. – Или честно служить надсмотрщиком на плантации и честно пускать в ход плеть, когда кто-нибудь честно не может работать быстрее…

– Питер, если ты не сменишь галс, я подниму мятеж, – пообещал Джереми. – Ты не забыл еще законы Берегового Братства? Вот выберем нового капитана…

– Кого же? – мрачно полюбопытствовал Блад.

– Да хоть Диего, – сказал Джереми.

Прикорнувший рядом Огл хрюкнул сквозь дремоту. Умница Джерри поддел обоих философов разом.

– Интересно… И как же он проложит нам курс?

– А зачам, собственно, ему прокладывать курс, когда здесь есть такой штурман, как я? Между прочим, опыт командования кораблем ему тоже не понадобится – за отсутствием у нас корабля. А единственное качество, нужное капитану в наших условиях, у него есть.

– Это какое же?

– Он не зануда.

Блад промолчал.

– А что, – воодушевленно продолжал Джереми, – Диего будет отличным капитаном!

Блад молчал.

– Я буду у него штурманом. А Ваше Превосходительство мы поставим судовым, пардон, сэр, шлюпочным, хирургом, и ты будешь честно штопать наши честно надранные…

– Ну, хватит, – оборвал Блад. – Черт знает что! Диего, живо смени Алана. Всем свободным от вахты – он повернулся к Джереми – спать. Услышу хоть одно постороннее слово – лично скормлю виновного акулам. По букве и духу законов Берегового Братства. Всем ясно?

– Да, капитан, – сказал Диего, поднимаясь. Джереми облегченно вздохнул, закрыл глаза и устроился поудобнее.

Диего шагнул было к корме, но заколебался.

– Отец, – сказал он нерешительно и увереннее повторил: – Отец.

Блад вскинул голову. Его лица почти не было видно в сгущавшихся сумерках.

На ладони Диего смутно белела крупная грушевидная жемчужина.

– Вот. Я успел спрятать. Возьми, капитан, удача нам еще пригодится.

Шлюпка под парусом шла курсом норд-норд-ост. Была надежда, что в Сент-Винсентском проливе удастся встретить попутный корабль.

КОНЕЦ[39]

12/I – 15/XI 1997 г., исправления 1999 г., Москва.

[1]

Особая палата при короне, созданная Генрихом VII (дедом знаменитой королевы Елизаветы). Занималась делами государственной важности и обладала неслыханными полномочиями (см. Э. Порридж, В. Порридж. Именем королевы. М.: «НК». 1996 г.). Автор, однако, вынужден признаться, что на самом деле Звездная палата была упразднена еще в 1641 году, но надеется, что ему простят маленькую вольность с датами. Сабатини еще и не такое себе позволял.

[2]

Деревья рода Cecropia, обитающие в Центральной Америке, известны своим симбиозом с весьма агрессивными муравьями, которые устраивают гнезда в полостях ствола цекропии и защищают дерево от насекомых-листорезов.

[3]

Волверстона, разумеется. См. Сабатини.

[4]

На самом деле бывало. Такой случай описан описан Архенгольцем (Ф. Архенгольц. История морских разбойников Средиземного моря и Океана. М.: Новелла, 1991 г., с. 110).

[5]

Случай, опять же, подлинный, описан тем же Архенгольцем.

[6]

Еще один действительный случай, имевший место при штурме Картахены корсарами Дюкаса в 1697 году – см. Архенгольца, 1991. Предыдущие выдержки из обязательств команд – также подлинные.

[7]

Собственно, в Европе шла война за испанское наследство между Австро-Английской коалицией и Францией.

[8]

«Кто предупрежден, тот вооружен» (лат.). Любимая фраза капитана Блада (см. Сабатини).