Глеб Голубев - Морские тайны

Некогда было пытаться понять, каким образом вдруг так внезапно мог переменить направление ветер, мчавший «Марину» к «Лолите», вокруг которой море непонятным образом оставалось по-прежнему совершенно спокойным!

Это было чудо, теперь не оставалось ни малейших сомнений, — и чудо ужасное!

Разгоравшиеся и затухавшие там и тут огоньки сигарет и отблеск ламп в глазах слушателей придавали какую-то особую, волнующую атмосферу рассказываемой необычной истории.

А в темноте за кормой, словно подтверждая её, кивали и подмигивали, раскачиваясь на мачте, тревожные огоньки «Лолиты»...

— С дикими криками матросы бросились спускать шлюпку, чтобы успеть отплыть подальше от «Лолиты», пока не покарали её небеса, столкнув со стремительно приближающейся «Марицей».

— Постойте, подождите меня, я только сбегаю в каюту, возьму деньги! — закричал капитан Френэ. — Я сейчас.

— Будь ты проклят! И твои вонючие деньги тоже! — отвечали ему.

Один из матросов, малаец, даже замахнулся на Френэ крисом. Но верный Джек Пурген выбил кривой кинжал у него из рук и ещё раз спас своего капитана.

— Прыгайте в шлюпку, а то уйдем без вас! — кричали им снизу матросы.

— Его и стоит оставить на борту, а то он потопит своими грехами и шлюпку.

— Верно, отваливай!

В последнюю минуту капитан Френэ успел прыгнуть в шлюпку, прямо на головы осыпавших его проклятьями матросов.

— Греби, греби, ребята! — кричал сидевший на руле Джек, испуганно оглядываясь назад.

Они успели отплыть достаточно далеко от своей проклятой небесами шхуны. Остановились на миг, чтобы посмотреть, как «Марица» врежется в неё.

И стали очевидцами ещё одного чуда.

«Марица» врезалась в «Лолиту», но без малейшего шума и треска. И пронзила её насквозь. Прошла сквозь их шхуну, как разрезает подогретый нож кусок тающего масла...

Это было чудесное видение, ниспосланное небесами, призрачное судно! Теперь не оставалось ни у кого малейших сомнений. Они стали свидетелями чуда!

Совершенно потрясенные, они смотрели, как «Марица» под всеми парусами уносится вдаль, подмигивая им ходовыми огнями. На её палубе матросы, как ни в чём не бывало, по-прежнему играли в карты. Мирно светил­ся иллюминатор рубки.

Они провожали взглядами призрачную «Марицу», пока её огоньки окончательно не скрылись в ночи, не растаяли в лунном сиянии.

Их привела немножко в себя волна, вдруг качнувшая шлюпку. Поднимался ветер, словно принесенный сюда «Марицей».

Капитан Френэ оглянулся и всплеснул руками.

И все оглянулись и увидели: пока они ужасались непонятным, загадочным чудом, их собственную шхуну уже унесло далеко от шлюпки! Ведь они в дикой панике и спешке забыли спустить парус...

И только тут до капитана Френэ дошло, что и он в спешке оставил в каюте заветный талисман! Неудиви­тельно, что небо покарало его.

Надо во что бы то ни стало вернуть талисман и вместе с ним удачу!

А ветер всё крепчал, гоня от них прочь родную «Лолиту».

— Греби, греби, ребята! — неистово завопил капитан Френэ.

Гребцов не нужно было подгонять. Весла так и трещали у них в руках.

Но разве могла тяжелая шлюпка догнать шхуну с поднятым парусом?

И вскоре «Лолита» скрылась вдали, тоже растаяла, как видение, в лунном сиянии.

А они остались, затерянные в океане, без пищи и пресной воды, в старой рассохшейся шлюпке...

Волошин замолчал, неторопливо налил из термоса в сразу запотевший стакан ледяного лимонада и начал пить маленькими глотками.

Все помолчали, потом Макаров сказал:

— Мы материалисты и в чудеса не верим. Ждем объяснений, Сергей Сергеевич.

Волошин пожал плечами и невозмутимо ответил:

— Я думал, разгадка окажется понятной каждому, кто ещё не забыл хотя бы школьный курс физики. Разумеется, никакой мистики. Их напугал самый обыкновенный мираж, классическая фата-моргана.

Слушатели негодующе зашумели:

— Ничего себе обыкновенный!

— Разве такие миражи бывают?

— Вы, по обыкновению, чуть-чуть приукрасили, Сергей Сергеевич, это нечестно!

— Ну зачем упрекать нашего общего друга так грубо, — насмешливо сказал Макаров. — Лучше выразиться о его неблаговидном поступке словами весьма вежли­вой восточной пословицы: «Он рассказал больше, чем видел и знал».

— Да уж, дал волю своей фантазии!

А Сергей Сергеевич невозмутимо прихлебывал лимонад, выжидая, когда остряки исчерпают запасы шуточек и настанет тишина.

— Как вам должно быть известно из школьного курса физики, — наставительно начал он, — миражи возникают оттого, что слои атмосферы имеют различную плотность и поэтому по-разному преломляют световые лучи. Возникающие из-за этого миражи бывают порой совершенно поразительны и распространяются на сотни и даже тысячи километров. Это вам может подтвердить профессор Суворов или любой из его коллег-метеорологов. Я не стану утомлять вас многими примерами. Приведу лишь один, имеющий самое непосредственное отношение к рассказанной мною истории. Описал его изве­стный исследователь миражей Бедиге.

И, открыв лежавший перед ним какой-то журнал, Сергей Сергеевич начал читать:

— «В ночь на 27 марта 1898 года среди Тихого океана экипаж бременского судна «Матадор» (капитан Геркнес) был немало напуган замечательной фатой-морганой. Прямо на «Матадор» неслось судно не в опрокинутом виде, как часто бывает в подобных отражениях, а совершенно прямо, стоя на своем киле, отчего иллюзия получалась полная. В седьмую склянку ночи — иначе за полчаса до полуночи — вахтенный заметил на подветренной стороне, приблизительно в двух милях, большое парусное судно, борющееся со штормом. Это обстоятельство особенно привлекло внимание экипажа «Матадора», так как океан кругом на огромном про­странстве был совершенно спокоен и гладок как зеркало. Между тем неизвестное судно, очевидно, напрягало все силы в борьбе с разыгравшейся стихией.

Несмотря на то, что вокруг «Матадора» был полный штиль, капитан Геркнес, опасаясь, что неизвестное судно, как он потом выразился, может «принести с собою ветер», распорядился немедленно зарифить все паруса. Матросы, не будучи в силах уяснить разыгравшееся на их глазах «сверхъестественное зрелище», столпились на палубе с бледными лицами в боязливом ожидании какой-нибудь страшной развязки.

Между тем «призрачный» корабль внезапно переменил курс и очутился прямо перед бушпритом «Матадора». Все схватились друг за друга в ожидании неизбежного, по-видимому, столкновения. Некоторые матросы пытались броситься за борт. Но вот загадочное судно опять меняет курс и в кабельтове расстояния пересекает путь «Матадору».

В то время как оно на парусах и с натянутыми как струны снастями улетало в южном направлении, унося с собою волны и ветер, на «Матадоре» увидели, что яр­кий свет в капитанской каюте на корме, видневшийся все время сквозь два иллюминатора, внезапно потух, а через минуту исчезло и таинственное судно».