Патрик О'Брайан - Миссия в ионическом море

- Хорошо, что ты зашел, - сказал Дандас. - Я сильно истосковался по возможности поговорить - мрачен как кастрированный кот и устал от своего окружения. Во время блокады очень мало визитов с корабля на корабль. Иногда я играю в шахматы, правая рука против левой, но удовольствия в этом немного.

- На что похожа твоя кают-компания?

- О, очень достойное сборище, в общем и целом. В основном люди молодые, конечно, кроме первого лейтенанта, который достаточно стар, чтобы годиться мне в отцы. Я приглашаю их по очереди, и обедаю с ними по воскресеньям, но это не те люди, с которыми я могу расслабиться, и не те, с кем хотелось бы поговорить, и вечера тянутся и тянутся, недружелюбные, тоскливые, медленные, - со смехом сказал Дандас. - Это люди, перед которыми ты должен представать как полубог от одного полуденного наблюдения до другого. Я очень устал от этого, и сомневаюсь, что играю свою роль убедительно. Тебе редкостно повезло с Мэтьюрином. Передай ему от меня привет, ладно? Надеюсь, он найдет время, чтобы встретиться.

Мэтьюрин действительно намеревался встретиться - капитан Дандас ему нравился, но сначала ему пришлось ждать адмирала и главного хирурга флота. Стивен был готов с раннего утра: тщательно просмотренный и вычищенный Килликом мундир Джек передал ему за завтраком, и теперь Стивен стоял на юте, разговаривая с мистером Мартином.

- Вымпел в верхней части средней мачты означает, что сэр Джон Торнтон - адмирал белого флага, и, как вы понимаете, сам вымпел тоже белого цвета, а на задней мачте или бизани, как мы говорим, большого корабля слева - красный, из которого мы должны понимать, что мистер Харт является контр-адмиралом красной эскадры. Опять же, если мы бы могли видеть флагман мистера Митчелла, командующего прибрежной эскадрой, то обнаружили бы, что там голубой флаг и тоже на задней мачте, из чего должны заключить, что он контр-адмирал голубого флага и поэтому подчиненный как сэра Джона Торнтона, так и мистера Харта. Очередность эскадр следующая: красная, белая, голубая.

- Троекратное ура красному, белому и голубому, - сказал мистер Мартин, чьё настроение поднялось от зрелища многих славных военных кораблей, собранных под блестящим утренним небом: не менее восьми башнеподобных трехпалубников и еще четыре линейных, не считая небольших кораблей. Идеально выровненные реи, свежая краска и блестящая бронза скрывали тот факт, что многие из них быстро изнашивались под непрерывным действием непогоды, некоторые, на самом деле, уже превысили срок службы, и хотя моряк заметил бы фиши на мачтах и снасти, переделанные из старых, сухопутный глаз видел в залатанных парусах и истрепанных ветром вымпелах не более чем намёк на истинное положение дел. - А Юнион Джек на корабле адмирала, несомненно, означает верховное командование?

- Полагаю, что нет, сэр, - сказал Стивен. - Мне сказали, что это, скорее, свидетельствует о трибунале, который состоится в первой половине дня. Может, вы хотите присутствовать? Любой может послушать разбирательства, и это может дать вам более полное представление о королевском флоте.

- Было бы очень интересно, уверен, - отрезвлённо сказал Мартин.

- Капитан Обри достаточно добр, чтобы взять меня в своей шлюпке: её сейчас спускают, как видите, вместительная посудина. Уверен, он найдет местечко и для вас, и вы обнаружите, что на флагман попасть несложно. Это то, что мы называем трехпалубник, и у него удобная дверь в серединке, называемая входной порт. Если хотите, я спрошу капитана, когда тот появится.

- Это оказалось бы очень любезно, если вы уверены, что я не слишком назойлив. Мартин замолчал и, кивнув туда, где неподалеку от куриных клеток проветривались овцы и мрачная гончая, сказал, - то дитя с теленком, я вижу его каждое утро, когда встаю достаточно рано, прошу, скажите, это еще один морской обычай?

- Боюсь, что да, в каком-то смысле. Щупленький юный джентльмен - это мистер Кэлэми. Он жаждет вырасти сильным, необыкновенно мощным, и какой-то нечестивец из старших мичманов сказал ему, что если мальчик будет каждый день носить на плечах теленка на определенное расстояние, его тело незаметно привыкнет к постепенно возрастающей нагрузке, и ко времени, когда теленок превратится в матерого быка, Кэлэми сам станет вторым Милоном Кротонским. Должен с сожалением заметить, что первым это начал сын епископа. Видите, мальчик снова падает, с какой готовностью он несет свою ношу, а остальные подбадривают его, банда Иуд, позор так издеваться над бедным малым, теленок лягнул его, мальчик пытается совладать с теленком - идет, пошатываясь. И с горечью должен признать, что офицеры поощряют это, даже капитан. А вот и он, готовый к визиту.

Капитан Обри на самом деле был не совсем готов. Ночью крысы добрались до его лучшей шляпы - на "Ворчестере" грызуны оказались очень хлопотливыми и предприимчивыми, но несколько месяцев блокады покончат с ними, фор-марсовые и мичманы их съедят - и Киллик занялся золотой тесьмой. Джек непроизвольно взглянул вверх, оценивая состояние неба, парусов и такелажа, потом окинул взглядом весь корабль: его взгляд упал на маленькую группу в проходе левого борта, Джек улыбнулся и крикнул своим зычным веселым голосом:

- Давайте, мистер Кэлэми. Никогда не сдавайтесь. Настойчивость преодолеет все.

Появилась шляпа, Джек нахлобучил её и в ответ на запрос Стивена сказал, - конечно, конечно. Смит, помогите мистеру Мартину спуститься вниз. Давайте же, доктор.

Баркас отчалил, один из многих, направляющихся на флагман в связи с трибуналом. Капитаны собрались вместе, и Джек встретил несколько старых знакомых, некоторых он искренне любил, но ненавидел сам повод для встречи, и когда суд собрался, капитан флота занял место председателя, вокруг него - заместитель председателя и члены трибунала, а клерк вручил каждому список рассматриваемых дел, его лицо помрачнело: обычный список преступлений, слишком серьезных, чтобы капитан решил их сам, поскольку большинство предусматривало смертную казнь - дезертирство, реальное или попытка, нападение на вышестоящих, убийства, содомия, воровство в большом масштабе - неизбежность, когда около десяти тысяч человек собирались вместе в таких обстоятельствах и многие - против своей воли. Но имелся также ряд обвинений, выдвинутых офицерами против офицеров же: одного члена кают-компании против другого, капитанов против лейтенантов или штурманов за халатность, непослушание или неуважение, лейтенантов против капитанов за угнетение и тиранию, или оскорбления и поведение, неподобающее офицеру, или пьянство, или все три проступка сразу.

Джек ненавидел подобные случаи - доказательство неприязни и вражды на службе, где достойные отношения имели большое значение для повышения эффективности, не говоря уже о счастье самих людей. Он очень хорошо знал, что за долгую блокаду люди, практически полностью отрезанные от контакта с домом и внешним миром, почти забытые, плохо снабжаемые, плохо накормленные, остающиеся в море в любую погоду, по всей вероятности, становились раздражительными, а мелкие обиды копились и могли разрастаться до чудовищных размеров, но даже с учетом этого Джек огорчился, увидев длину второй части списка. Все проблемы шли с трех кораблей: "Сандерера" - флагмана Харта, "Суперба" и "Дефендера". Их офицеры, должно быть, пребывали в ссоре друг с другом и со своими капитанами в течение многих месяцев. "По крайней мере", - подумал он, - у нас не будет времени, чтобы разобрать больше парочки дел, а затем, после походов в гости, все остынут и от большей части небольших обвинений откажутся".