Лис-03 - Касслер Клайв

Джумана сжал руки в кулаки, и жилы у него на шее напряглись. Он сделал шаг к берегу, оскалив зубы. И вдруг, словно у него в мозгу произошло замыкание какой-то цепи, ярость исчезла с его лица и он улыбнулся.

— Прошу прощения за свои слова, — с горечью сказал он. — Очевидно, я слишком устал.

Мачита решил, что теперь за полковником необходимо приглядывать, он понял, что Джумана никогда не согласится быть вторым.

— Забудем об этом, — сказал Лусана. — Сейчас нам необходимо узнать об операции «Дикая роза» все.

— Я организую обмен, — сказал Мачита.

— Но этим твоя работа не ограничится, — сказал Лусана, повернувшись к берегу. — Ты придумаешь план, чтобы рассчитаться. И убьешь Эмму.

Джумана разинул рот.

— Вы не собирались отдавать ему два миллиона долларов? — пробормотал он.

Лусана усмехнулся.

— Конечно, нет. Если бы у тебя хватило терпения дослушать меня до конца, нам удалось бы избежать твоей детской выходки.

Мужчина не ответил. Ему было нечего сказать. Он лишь широко улыбнулся и пожал плечами. Тут только Мачита заметил, что полковник незаметно переместил глаза. Джумана не смотрел на Лусану; его взгляд был устремлен мимо, на реку десятью футами выше по течению.

— Охрана! — вскричал Мачита, указывая рукой. — Там, в реке! Стреляйте! Ради бога, стреляйте!

Телохранителям потребовалось менее двух секунд, чтобы отреагировать. Раздались оглушительные выстрелы, и вода в нескольких футах от Лусаны превратилась в кипящие гейзеры.

На поверхности появилось огромное покрытое коричневой чешуей тело, хвост гигантской рептилии отчаянно бил по воде, и пули градом обрушились на могучее тело. Затем стрельба стихла, и крокодил медленно опустился на дно.

Лусана стоял в своих высоких сапогах, его глаза широко раскрылись, тело застыло в полнейшей неподвижности. Генерал ошеломленно смотрел на тушу огромной рептилии, какую медленно несло мимо него течение.

Стоявший на берегу Мачита дрожал, но не столько из-за опасности, только что грозившей Лусане, а из-за сатанинского выражения, промелькнувшего на неандертальском лице Джуманы.

«Ублюдок видел, — подумал Мачита. — Он видел, как крокодил поплыл к генералу от противоположного берега, однако ничего не сказал».

ГЛАВА 25

Чесапикский залив, США

Октябрь 1988

До рассвета осталось еще два часа, когда Патрик Фокс расплатился с водителем такси и подошел к залитым светом воротам компании «Форбс, утилизация отработанного военно-морского оборудования». Охранник в форме оторвался от экрана портативного телевизора и зевнул, когда Фокс передал ему в окошко небольшую папку. Охранник проверил подписи и фотографию стоявшего перед ним человека и вернул панку.

— Добро пожаловать в Америку, капитан. Мои работодатели ждут вас.

— Корабль здесь? — нетерпеливо спросил мужчина.

— Да, пришвартован в восточном доке, — ответил охранник и показал через окошко ксерокопию карты. — И смотрите под ноги. С тех пор как мы стали экономить энергию, освещение во дворе выключают. Там теперь темнее, чем в аду.

Когда Фокс проходил под гигантской грузовой стрелой, со стороны залива подул ветер, он уловил знакомые ароматы порта и с удовольствием вдохнул смесь запахов дизельного топлива, смолы и соленой воды. Всякий раз, когда он их ощущал, у него улучшалось настроение.

Мужчина вышел к пирсу и огляделся в поисках людей. Ночная смена давно ушла домой, и только сидевшая на деревянных перилах чайка посмотрела на Фокса круглыми глазами.

Он прошел еще сотню ярдов и остановился возле огромной призрачной тени, высившейся у пирса. Поднялся по трапу на казавшуюся бесконечной палубу и безошибочно зашагал через стальной лабиринт к капитанскому мостику.

Позднее, когда солнце уже подбиралось к восточному краю бухты, стало видно, в каком отвратительном состоянии находится корабль. Но отслаивающаяся краска, акры ржавчины и следы сварочных горелок не привлекли внимания Фокса. Как отец изуродованной дочери, он видел только ее красоту.

— Да, ты отличный корабль! — закричал он, стоя на пустой палубе. — У тебя все получится.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

ГЛАВА 26

Вашингтон, округ Колумбия

Ноябрь 1988

Начальство Стайгера в Пентагоне никак не отреагировало на его доклад и вызвало полковника в Вашингтон лишь через два месяца. Для него это было равносильно ожиданию кошмара. Стайгер чувствовал себя как свидетель обвинения, а не главный следователь.

Даже имея перед глазами вещественные доказательства, генерал Эрнест Бургдорф, глава безопасности военно-воздушных сил, и генерал Джон О’Киф, адъютант из объединенного комитета начальников штабов, выразили сомнения в важности затонувшего самолета и заявили, что его подъем не даст ничего, за исключением повода для шумихи в желтой прессе. Стайгер был совершенно ошеломлен.

— Но как же семьи погибшей команды? — запротестовал он. — Будет преступлением не поставить их в известность о том, что тела их близких обнаружены.

— Где ваш здравый смысл, полковник? Зачем им вновь погружаться в давно произошедшую трагедию? Родители членов экипажа, скорее всего, умерли. Жены вновь вышли замуж. Детей вырастили новые отцы. Пусть они продолжают мирно жить, не вспоминая о прошлом.

— Однако не следует забывать о грузе, — не сдавался полковник. — Существует вероятность, что на «Лисе-03» перевозили ядерные боеголовки.

— Мы уже это обсуждали, — резко ответил О’Киф. — Тщательная проверка всех баз данных подтвердила, что ни одна ядерная боеголовка не пропала. Все они, включая ту, что сброшена на Хиросиму, находятся на строгом учете.

— А известно ли вам, сэр, что ядерное вещество перевозилось и перевозится в контейнерах из нержавеющей стали?

— Вам не приходило в голову, полковник, что боеголовки, которые вы нашли, могли быть пустыми? — спросил Бургдорф.

Стайгер опустил плечи, признавая поражение. С тем же успехом он мог спорить с ветром. Они обращались с ним как с ребенком, у которого разыгралось воображение, — мол, он видел слона на кукурузном поле в Миннесоте.

— А если это действительно самолет, исчезнувший над Тихим океаном, — добавил Бургдорф, — то лучше всего о нем забыть.

— Почему?

— Военно-воздушные силы не хотят, чтобы причины, заставившие самолет так сильно изменить курс, стали достоянием общественности. Представьте возможные варианты развития событий. Если самолет пролетел тысячу миль в противоположном направлении, значит, неправильно сработали сразу пять разных систем, в сочетании с полной тупостью экипажа. Или, например, штурман неожиданно спятил, или это заговор с целью кражи самолета — и один только Бог знает, зачем они решились на такой поступок.

— Но кто-то должен был санкционировать тот рейс, — с недоумением сказал полковник.

— Да, верно, — кивнул О’Киф. — Приказ поступил с военно-воздушной базы «Трэвис», штат Калифорния, его подписал полковник Майкл Ирвин.

Стайгер скептически посмотрел на генерала.

— Приказы на проведение полетов обычно уничтожают через несколько месяцев. Неужели этот хранили более тридцати лет?

Генерал пожал плечами.

— Не спрашивайте меня, как это случилось. Поверьте на слово: последний план полета «Лиса-03» найден в старых документах в архиве базы «Трэвис».

— А приказы, обнаруженные среди обломков самолета?

— Вам нужно смириться с неизбежностью, — сказал Бургдорф. — Документы, поднятые вами со дна озера в Колорадо, невозможно расшифровать хоть с какой-то степенью достоверности. Вы увидели там то, чего не было.

— Я считаю, — решительно заявил О’Киф, — что попытки объяснить, почему «Лис-03» отклонился от курса, ни к чему не приведут. — Он повернулся к Бургдорфу. — Вы согласны, генерал?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да.

Он посмотрел на Стайгера.

— Вы хотели сказать нам еще что-то, полковник?

Начальство терпеливо дожидалось ответа. Мужчина не знал, что сказать, понимая, что оказался в тупике. Над его головой завис меч — либо Эйб Стайгер навсегда забудет о «Лисе-03», либо его карьера в военно-воздушных силах будет бесславно закончена.