Остров дьявола. На море. Приключения Ганса Стерка. - Майн Рид

пробираясь от одной кучи хвороста к другой, приготовленных для топлива на зиму. Вопрос теперь был в том, чтобы войти не замеченным неграми, которые, вероятно, уже работали возле дома.

Подходя ближе, я услышал человеческие голоса. Время от времени раздавался собачий лай, очевидно, подходить слишком близко не следовало. Правда, я был почти неузнаваем. Платье мое было покрыто грязью и забрызгано кровью, лицо изменилось, рука была на перевязи. Но это и было как раз опасно.

Раздумывая, что делать, я вдруг услышал шум приближающихся шагов и шорох сухих листьев. Кто-то шел от дома по направлению ко мне. По тяжелой и ленивой походке я узнал негра и вскоре убедился, что не ошибся.

Это шел Джек, мой прежний проводник.

Я обрадовался. Лучшей встречи, кроме разве самого мистера Вудлея, я не мог ждать. Я решил рассказать все Джеку и послать его к мистеру Генри с просьбой прийти ко мне.

Так как Джек меня не видел, то я хотел подпустить его поближе, чтобы отрезать ему путь к отступлению, если бы он, увидев меня, захотел убежать.

Я спрятался за ствол старого хлопчатника и стал ждать, заранее улыбаясь тому, как удивится негр. Я видел, что он шел к пристани, вероятно за челноком, чтобы отправиться на рыбную ловлю. Он прошел мимо меня, не заметив моего присутствия. Потом, сделав несколько шагов, он остановился, к чему-то приглядываясь. Он стоял ко мне спиной и не видел, как я вышел из засады и приблизился к нему. В нескольких шагах я окликнул его:

— Джек!

Он быстро обернулся, и я понял, что мои предосторожности были не напрасны, так как он сделал движение, чтобы убежать. К счастью, я загораживал ему дорогу к дому, и ему оставалось бежать к реке, а это не имело смысла.

— Джек! — повторил я, стараясь говорить обыкновенным голосом. — Ты не узнаешь меня, потому что я весь в грязи. Ну, так что же? Узнал ты меня теперь?

— О!.. — сказал он с удивлением, которое при других обстоятельствах меня бы очень позабавило.

— Ты боишься меня, что ли?

— Боже мой, масса! Что с вами? Вы бледны, как смерть, и все в тине! Что с вами? — повторил он, поднимая руки с видом глубокого удивления.

— Со мной случилось очень печальное приключение, но теперь некогда объяснять. Пойди к мистеру Вудлею и попроси его прийти сюда; только никому не говори, что я здесь.

— Масса Генри еще не вставал. Идите в дом, масса, я его сейчас предупрежу, что вы идете.

— Нет. Прежде нужно, чтобы он пришел сюда.

— Сюда? — повторил негр, все больше удивляясь. — Не угодно ли вам войти в дом и переодеться?

— Нет, я не пойду, не поговорив с мистером Генри. Но смотри, никому не говори, что меня видел, — только мистеру Вудлею. Ты попросишь его прийти сюда и принесешь мне чистую одежду. Иди скорее. Мне очень больно.

Действительно, уже час, как моя рана стала ужасно болеть.

После того, как негр удалился, я сел под дерево и прислонился к нему, чтобы удержаться, — так я был слаб.

Я никак не думал, садясь здесь для того, чтобы дожидаться мистера Генри Вудлея, что до его прихода увижу его брата Вальтера. Однако так и случилось.

Место, где я встретил негра, было довольно далеко от плантации. Пока я рассчитывал, сколько времени ему потребуется, чтобы привести хозяина, я услышал пронзительный свист парохода на реке. Я встал и сделал шагов двадцать до того места, откуда видна была пристань. Перед ней только что остановился пароход, и от него отделилась лодка. В ней сидело трое: двое гребли, третий был, видимо, пассажир.

Через несколько минут лодка была уже у пристани. Два гребца выложили из нее несколько вещей, за ними легко выскочил пассажир, и, сделав прощальный знак рукой, веселой походкой направился в мою сторону.

Я увидел молодого Вальтера Вудлея и пошел навстречу.

Он не сразу узнал меня. Только услышав мой голос, он догадался, кто стоит перед ним. Он взял меня за руки и некоторое время смотрел на меня с не меньшим, чем Джек, удивлением.

Я решил, что сначала он должен объяснить мне, как сюда попал. Щадя свои силы, я не хотел ничего рассказывать о себе до прихода его брата, чтобы рассказать все обоим сразу.

Оказалось, что он по дороге в Новый Орлеан, куда ехал для наблюдения за продажей отправленного на барже хлопка, заехал повидаться с братом и сестрой. Он думал уехать следующим же пароходом, дня через два или три.

Не прошло и четверти часа, как мы увидели спешившего к нам Генри. Джек почтительно следовал за ним, неся сверток с одеждой и обувью.

Генри меньше удивился, чем негр и его брат. Он не удивился и тому, что встретил Вальтера, так как ожидал его уже несколько дней и теперь, услышав сигналы парохода, был уверен, что он приехал. С другой стороны, негр подробно описал ему мое странное появление и не менее странный вид. Генри тотчас же объяснил себе это неожиданное возвращение нежеланием Блэна принять меня в качестве пассажира. Он не расспрашивал меня, а помог переодеться, чтобы сразу отвести домой.

Он побледнел только, увидев мою рану, и понял, что со вчерашнего дня произошли события более серьезные, чем он предполагал.

Короче, он так же, как и я, держался мнения, что будет лучше, если никто не узнает о моем возвращении, прежде чем мы обо всем переговорим. Он приказал Джеку убрать с дороги всех негров. Но если бы кто-нибудь из них и увидел меня, то вряд ли узнал человека в одежде мистера Генри, небритого, с рукой на перевязи.

Я прошел в дом никем не замеченный. Наскоро переодевшись и спустившись