Татьяна Виноградова - Дети капитана Блада

– Какая прелесть! – воскликнула Бесс, любуясь розоватыми переливами. – Можно? – и она подняла жемчужину за изящное серебряное крепление. – Ты никогда не показывал мне этого раньше. Откуда она у тебя?

– Это талисман моей матушки. Она говорила, что он приносит удачу. Однако – она стоит не менее ста дублонов, целое состояние. Правда, я думаю, что, поглядев на мой костюм, мне не дадут за нее и пятидесяти.

Розовая капля матово светилась на ладошке Бесс.

…Когда она наконец ушла, с ней вместе ушла и моя счастливая жемчужина, мой талисман со времен первого похода… Так стало быть, это ОНА?

– Повременим с этим, – сказала Бесс. Она задумалась. – До Англии – рукой подать, – мрачно добавила она. – Но… Послушай, идея! Здесь в Кале, на Рю де Мер, живет деловой партнер моего отца. Какая-то торговля фруктами. Завтра же я попробую найти его и одолжить немного денег на дорогу.

– А почему не сегодня? До вечера еще далеко. Тебя проводить?

– Не надо. Я думаю, лучше я пойду одна. Ты все-таки не очень похож на моего брата. Да ты не волнуйся, вряд ли Морская улица окажется далеко от порта.

– Это-то меня и волнует, – мрачно сообщил Диего. – Ох, не нравится мне, когда ты ходишь одна. Вечно ты встреваешь в какие-нибудь истории.

– Кто, я?! Это я, по-твоему, дралась с озверелой матросней, спина к спине с великолепным шевалье?

– Ты прекрасно знаешь, что все было не так!

– Знаю, знаю! И ты тоже был просто великолепен – со шпагой в руке, глаза сверкают! Знаешь, ты иногда – вдруг – делаешься очень похож на отца. Какой-то поворот, взгляд… Интересно будет поглядеть на вас рядом.

Диего вздохнул. Чем дальше, тем больше его страшила эта встреча. Бесс уловила его настроение.

– Ну, короче, я иду. Пожелай мне удачи.

– Удачи, сестра, – серьезно сказал Диего.

Расспрашивая прохожих и оглядывая вывески, Бесс постепенно продвигалась вперед. Довольно быстро она нашла нужную улицу, и на ней, как и значилось в записке отца, стояла церковь – к счастью, одна-единственная. Однако напротив церкви никакой торговли кокосами, равно как и другими овощами и фруктами, не наблюдалось. Наблюдался же там невзрачный, но добротный дом, фасад которого был украшен вывеской с изображением объемистого кошелька. У созерцающего вывеску прохожего не должно было оставаться никаких сомнений в том, что кошель наполнен чистейшим золотом – без малейшей примеси дешевого серебра. Бесс озадаченно помедлила. Похоже, зеленщик отсюда переехал. Однако, не зайдя внутрь, ничего не узнаешь, а зайдя – по крайней мере, хоть ненадолго избавишься от пронизывающего ветра. Она шагнула через порог.

Невысокий пожилой человек с колючим проницательным взглядом оторвался от конторской книги, с достоинством отложил перо и поклонился – вежливо, но не подобострастно.

– Monsieur, je suis… – с запинкой начала Бесс.

– Чем могу быть полезен, миледи? – на чистейшем английском спросил человек. На Ямайке Бесс редко слыхала столь безукоризненное произношение.

Решительно тряхнув локонами, Бесс начала:

– Извините, что отрываю вас от дел, месье, но мне крайне необходимо узнать, куда переехал зеленщик, который ранее занимал это помещение?

Лицо человека за конторкой осталось невозмутимым.

– Не хотелось бы огорчать вас, миледи, но, похоже, вы ошиблись адресом. Наш банк весьма уважаем, и за последние полтораста лет у нас ни разу не возникало потребности в смене адреса. Могу заверить вас, что под этой крышей никогда не торговали фруктами.

– Но как же, в записках отца… – растерянно пробормотала Бесс и замолчала. Зачем выставлять себя окончательной идиоткой? Ей живо представилось, как она сообщает Диего результаты своих изысканий. Правда, отец писал по-английски…

– Здесь нет улицы с похожим названием? – обреченно спросила она.

Удивительно, но такая улица была. Улица Пресветлой Матери, которую горожане называли просто Рю де Мэр[18]. Бесс воспрянула духом, но, как оказалось, зря. Прошлепав по грязи под начавшимся холодным дождем (Бесс решила его не замечать) через весь город, она обнаружила ужасную вещь: вопреки названию, на Рю де Мэр не было не только церкви, но даже следов того, что она здесь когда бы то ни было стояла. Пришлось признать поражение и повернуть к гостинице. Тем временем дождь перешел в ливень, и не замечать его стало трудно.

Едва взглянув на сестру, Диего сразу понял, что затея не удалась. Бесс была мокра до нитки, с одежды стекали лужицы, а лицо у нее было несчастным.

– Почему ты так долго? – сердито спросил он, помогая сестре снять накидку и башмаки. – Между прочим, я волновался. Иди скорее к огню, тебе надо согреться!

– Там нет того человека, – тусклым голосом сказала Бесс. – Там какой-то банк, и они уверяют, что никогда не меняли адреса.

– Может быть, это ошибка. Завтра мы пойдем искать вместе.

– Я все проверила, – сказала Бесс. – Ошибки нет.

– Ну, не будем сейчас об этом, – Диего по-настоящему встревожился. Бесс была не похожа на себя. – Сейчас тебе надо согреться. – и он начал стаскивать с Бесс прилипшие к ногам чулки.

Бесс заплакала. Диего снял с нее мокрое платье и, закутав в свой плащ, посадил к огню.

– Это я во всем виновата, – всхлипывала Бесс. – Я притащила тебя в это ужасное место. Если бы не я, ты бы сейчас изучал науки где-нибудь в Саламанке.

– Если бы не ты, я бы сейчас сидел в севильской тюрьме, – сердито напомнил Диего. – Ты всегда была такой мужественной, сестра! Ну… ну что с тобой? Тебе надо поесть и отдохнуть. Тебе теплее?

– Господи, что бы я без тебя делала? Но что же с нами будет?

– Ты выспишься, и все покажется не таким ужасным, – сказал Диего. – Ты же знаешь, я готов себя продать, лишь бы тебе было хорошо. А продавать-то придется всего лишь жемчужину.

– Да, правда! Я и забыла!

– Ну, ты согрелась?

Однако Бесс дрожала все сильнее. Диего напоил ее теплым вином и заставил съесть немного мяса с подливой. Закутав ее во все, что нашлось под рукой, он присел рядом. Наконец Бесс отогрелась и заснула – но затем ее лицо раскраснелось, а дыхание стало частым. Диего положил руку ей на лоб. Бесс открыла блестевшие глаза и что-то забормотала. Диего проклинал все на свете – и себя в первую очередь. Не надо было отпускать Бесс. Не надо было торопить ее. Надо было искать самому. Не надо было ввязываться в драку в Севилье. Не надо было заказывать новый клинок к шпаге. Надо было…

Проклятый болван. Что толку вспоминать о своих оплошностях. Завтра же – уже сегодня – надо найти Бесс врача и продать жемчужину. А теперь – спать. Только можно ли оставить Бесс одну?

Ночь прошла беспокойно. Диего то и дело подходил к Бесс. Он догадался сделать холодный компресс ей на лоб и два раза давал ей напиться. Хуже всего было то, что он понятия не имел, что надо делать в таких случаях, и полночи без толку бродил по комнате. Утром, с распухшей головой и слипающимися глазами, он отправился на поиски врача.