Виктор Лаптухин - Тайные фрегаты

Глава 13

Недолюбливал англичан и Старик Вилли.

— За последние годы они очень возгордились и совсем обнаглели, — возмущался он. — После того как разгромили Непобедимую армаду испанцев, а потом разграбили их прибрежные города на американском континенте, возомнили себя хозяевами всех морей. Теперь требуют, чтобы каждое встречное судно первым приветствовало английский флаг.

— Но «Сирена» всегда первой приспускает флаг при виде шведских фрегатов, — возразил Иван.

— Шведы хозяева на Балтике, и с этим никто не спорит. Но англичане требуют салютовать из пушек, а это делает встречное судно на некоторое время беззащитным. Пока ты снова зарядишь орудия, англичанин сможет приблизиться и дать залп в упор. Потом уже будет поздно разбираться, кого именно ты встретил в море — настоящего англичанина или пирата, поднявшего британский флаг. Все моряки помнят, как в Атлантике французы захватили испанский караван, шедший из Америки с грузом золотых слитков и дорогих заморских товаров.

— Старик Вилли, расскажи об этом!

— У испанцев было 24 многопушечных галеона, и они понимали, что никто не устоит против них в бою. Но испанский адмирал не знал, что Франция начала войну с Испанией, и поэтому не обратил внимания на появление нескольких небольших французских судов. Но с тех просигналили, что имеют на борту мать французского короля, она же тетка испанского Карла, потребовали в ее честь дать залп из всех пушек. Говорят, на юте одного из французов появилась даже какая-то разряженная бабенка и помахала адмиралу платочком. Ну а когда пушки прогромыхали, французы дали ответный залп и пошли на абордаж! Дорого обошелся испанцам этот салют!

— Так англичане поступают как пираты?

— Не в этом дело. Если идешь в караване, пираты не страшны. Англичане опасны тем, что выслеживают нас и пробираются следом на наши заморские рынки. Вот в Америке для торговцев мехами и отдыха наших рыбаков и китобоев мы основали городок Новый Амстердам. В молодости я бывал там — очень приличное место, в каждом третьем доме питейное заведение, ром льется рекой. Так англичане захватили его, выгнали голландских купцов и назвали по-своему — Нью-Йорк!

— Ты, Старик Вилли, везде побывал!

— Вокруг света два раза ходил, целый год жил на островах Пряностей[19]. После того, как мы вышибли оттуда португальцев, жизнь стала поистине райской — теплое море, пальмы, ласковые девушки. Но англичане пришли следом и, чтобы захватить этот богатейший рынок, стали платить туземцам за гвоздику, мускатный орех и другие пряности больше, чем наши купцы. По приказу губернатора англичан схватили и пытали огнем. Они признались в том, что хотели взбунтовать туземцев, прогнать голландцев и захватить остров. Десять из них казнили, а остальных выслали, но в Лондоне подняли страшный шум и приняли настоящий разбойнический закон.

— Что за закон?

— Навигационный акт. Английский парламент потребовал, чтобы все товары ввозились в страну только на английских судах. Поэтому тысячи голландских моряков остались без работы, все торговые компании понесли огромные убытки, а иные совсем разорились. После этого Голландии ничего не оставалось, как начать войну с англичанами…

Военные истории мало привлекали Ивана. Каждое утро он видел, как в портовой таможне сменяется караул. Под треск барабанов и свист дудок солдаты, здоровенные мужики в дурацких медных колпаках с перьями, вышагивали друг за другом с ружьями на плечах. А потом весь день стояли столбом. Лица у всех словно обалделые, движения одинаковые — настоящие куклы, которых показывают по праздникам в балагане. И каждый вечер с борта «Сирены» можно было наблюдать, как их майора уводят под руки из какого-нибудь кабака на набережной.

А тут еще и эти вербовщики! Ходят по городу полупьяные с оркестром и распущенными знаменами. Сами обвешаны медалями и обшиты позументами. Как портовые девки, не пропускают мимо ни одного мужчину, оставляют в покое только дряхлых стариков и явных калек. Прохожему сразу же подносят стаканчик шнапса и кружку пива, приглашают продолжить знакомство в приличной харчевне, рассказывают о безбедной солдатской жизни на всем готовом, о подвигах и наградах. Но после такого угощения редко кто возвращался домой. Чаще всего человек оказывался в казарме одного из немецких княжеств, обедневшие правители которых целыми полками продают своих солдат богатым соседним державам.

В порту вербовщики старались не показываться. Здесь искать добровольцев было бесполезно и даже опасно. Матросы умели ведрами потреблять дармовую выпивку, но потом затевали жестокие драки. Все они неизменно заканчивались поражением сухопутных вояк. Многие горожане, особенно члены купеческих гильдий и ремесленных цехов, также могли не бояться насильственной вербовки в солдаты. Но в сельской местности охота на людей велась в любое время дня и ночи.

Часто сопровождая капитана в его прогулках по городу, Иван ловил на себе внимательные взгляды этих красавцев военных. Однажды кто-то из них сам вступил в разговор, начал задавать невинные вопросы. Но знакомство не состоялось. Как рассерженная курица-наседка, маленький капитан налетел на великана в блестящем мундире и начал размахивать казенной бумагой с печатями. Ссылаясь на какие-то международные хартии и законы города Любека, потребовал оставить в покое его подчиненного.

Но однажды случился разговор, изменивший отношение Ивана к военному делу. Среди книг капитана попалась одна, на страницах которой увидел странные картинки. Окутанные пороховым дымом маленькие кораблики с раздутыми парусами вытянулись друг за другом, а сбоку стрелки указывали направление ветра и стояли какие-то значки. На других страницах кораблики стояли в две и три линии, делились на отдельные отряды. Не без труда разобрал малопонятное название книги — «Искусство военных флотов или сочинение о морских эволюциях».

Маленький капитан увидел книгу в руках Ивана и невольно поморщился:

— Ни забивай себе голову этой наукой.

— Почему? А что это такое?

— Книгу написал Пауль Гост, математик, служивший священником на военном корабле. Он наблюдал много морских сражений и понял, что в бою корабли должны выстраиваться в кильватерные колонны или линии, так чтобы с каждого борта все пушки могли вести огонь по одной цели. При таком построении кораблями легче управлять, моряки не слепнут в пороховом дыму и не стреляют по ошибке в своих. Но тебе не стоит читать такое. Морское дело достаточно опасно и без войны. Сам воевал и знаю, что такое сражение на море. Лучше об этом и не вспоминать!

— Зачем тогда на «Сирене» пушка стоит и Корнелис учил меня ее заряжать?