Остров дьявола. На море. Приключения Ганса Стерка. - Майн Рид

Груз он обычно забирал, а у пассажиров отнимал ценные вещи и деньги.

Поймать Мурреля было очень трудно, а уличить — еще труднее. Сообщников у него насчитывались дюжины. Между ними были коммерсанты, плантаторы, мировые судьи и даже лица духовного звания.

Этим-то и объяснялось, что он был приговорен к заключению всего на десять лет, хотя совершил раз в десять больше разбоев и убийств.

Я никогда не забуду отвращения, с которым смотрел на этого врага себе подобных. Однако в тюрьме я пробыл недолго и почувствовал какое-то облегчение, когда сел на лошадь.

Но, посетив эту тюрьму, я приобрел много сведений, которые послужили вознаграждением за то жуткое впечатление, которое произвел на меня знаменитый преступник.

Я понял, что преступника если и не перевоспитает труд в тюрьме, то хотя бы избавит честных граждан от многих неприятностей.

Эту истину я уяснил себе далеко не сразу после выхода из тюрьмы. Тогда я был слишком молод, беззаботен, и меня мало волновали вопросы политической экономии.

Я понял смысл перевоспитания трудом много позже. Поймут ли это и другие государства и последуют ли примеру штата Тенесси?

Глава 2

ЛЮБЕЗНОЕ ПРИГЛАШЕНИЕ

— А теперь куда вы поедете? — спросил мой спутник, когда мы снова выехали на большую дорогу.

— В Новый Орлеан…

— Куда?..

— В Новый Орлеан.

— Верхом?

— Верхом.

— Но ведь отсюда до этого города около пятисот миль! На пароходе и то нужно ехать целую неделю.

— Я это знаю.

— Значит, у вас есть свои причины, чтобы так путешествовать. Вы, наверное, занимаетесь торговлей?

И он посмотрел на мой чемодан, но, видимо, этот осмотр ничего ему не дал.

Чемодан мой действительно не походил на чемодан странствующего купца.

— Нет, — ответил я, — к сожалению, я не могу сказать, чтобы причина, побудившая меня избрать этот способ путешествия, была так серьезна…

— Я знаю, — продолжал незнакомец, — что многие ездят верхом до Мемдлеста, когда Кумберленд мелеет и нельзя найти лодки; но верхом до Нового Орлеана… Признаюсь, я не верю своим ушам. Вы, вероятно, шутите?..

— Вовсе нет!

— Ничего не понимаю в таком случае.

— Я это вижу, но уверяю вас, что я не сумасшедший, как вы, может быть, думаете.

— Ну в этом я и не сомневаюсь. Но все-таки простите меня за нескромность и настойчивость. Я спросил потому, что мне кажется невероятным предпринимать такое длинное и тяжелое путешествие без важных причин.

— Вы вполне правы. Я откровенно объясню вам эти причины. Я приехал из Нового Орлеана в Нашвиль на пароходе. Все, что я узнал, все, что я вынес из этого путешествия, я мог бы так же хорошо узнать, если бы сидел запершись в любой гостинице. А мне хочется познакомиться ближе с вашей прекрасной страной, и вот я путешествую верхом. А на пароходе что увидишь?

— О, теперь я вас понимаю и нахожу, что вы правы. Так как вы незнакомы с нашей страной…

— Совсем незнаком, — подтвердил я.

— И так как вы путешествуете лишь для того, чтобы удовлетворить свое любопытство, то вы, конечно, не особенно торопитесь. Я уже показал вам тюрьму штата Тенесси; надеюсь, вы позволите мне теперь показать вам нечто менее мрачное, хлопковую плантацию, например… Но, может, вы их уже видели?..

— Нет.

— Отлично. Я уверен, что это вас заинтересует.

— Благодарю, — ответил я, — тем более, что мне и раньше хотелось посмотреть такую плантацию.

Любезность моего спутника очаровывала меня все больше и больше.

— Итак, если вы согласны, я буду счастлив показать вам мою плантацию или, вернее, плантацию моего отца. Она не очень велика. Тут вообще нет таких больших плантаций, как на юге, в Алабаме или Миссисипи. Эта местность расположена на самой границе того пояса, где возможна обработка хлопка, и растение это часто страдает от холода. Но здесь вы сможете составить себе точное представление о главном богатстве страны. Я же с большим удовольствием покажу и объясню вам то, чем вы интересуетесь.

Я не колеблясь принял это любезное приглашение, случай осмотреть плантацию, которую я искал и сам, не стоило упускать.

Я уже детально осмотрел на юге сахарные и табачные плантации, но не имел ни малейшего представления о разведении и обработке хлопка, который составляет главный предмет торговли южных штатов.

Я поспешил поблагодарить еще раз своего спутника за любезность, тем более, что он меня совсем не знал.

Он загадочно усмехнулся в ответ на мои слова и произнес:

— Я, может быть, нехорошо сделал, не сказав вам сразу что вы мне, вероятно, не совсем не знакомы, хотя я вас знаю только по рассказам.

— По рассказам?.. Но что вы могли обо мне слышать?

— Мне кажется по крайней мере, что я вас узнал… Если не ошибаюсь — вы плыли около месяца тому назад вверх по Миссисипи на пароходе «Султан»?

— Совершенно верно.

— Не заметили ли вы между вашими спутниками молодой девушки, ее зовут мисс Вудлей?..

Я не забыл мисс Вудлей уже по одному тому, что, однажды увидев, ее нельзя было забыть. А я имел возможность видеть ее довольно часто, так как проплыл с ней на одном пароходе больше тысячи миль. Она села с одной пристани, расположенной по Миссисипи ниже Винсбурга. До этой пристани ее сопровождал брат, а потом она плыла одна до Нашвиля,